Ричи напоминала ему его собственную. Он чувствовал, что и отношения у того с отцом такие же точно, какие были у него самого – то есть отношений нет вовсе. Просто один довлеет над другим. Морису очень захотелось как-то помочь парнишке. Если бы он оставался на Земле – без раздумий взял бы Ричи к себе. Но возвращение на Альтеран не за горами...
Ростиславу появление Ричи тоже напомнило о его собственном недавнем поведении с сыном. Конечно, он Макса никогда не бил. Но пренебрегал им – факт. За что и поплатился в итоге, едва не потеряв сына навсегда.
***
— Ответа с Альтерана так и нет? — спросил Макс, посмотрев на Мориса.
Ричи ушёл пообщаться с сестрёнкой. Элина тоже была с ними. Так что говорить можно было не таясь.
Хакер в очередной раз проверил почту:
— Нет. Зато Розовский интересуется, почему не приехал на встречу наш мифический продавец меча.
— Интересуется, говоришь? — оживился Илзи. — Давайте назначим ему вторую встречу.
— Зачем? — опешил Дэн.
— Пленим его, вывезём в тихое место, где я смогу перекинуться, и стребуем с него мечи.
Глава 18
Сэйнорра, замок Зоингварт
Прошло две недели
Благодаря драконам в Зоингварте вновь появилась еда. В поисках мечей они, правда, не продвинулись ни на йоту. По сведениям, полученным от вампиров Энзисанта, до их замка Илзи так и не доехал, исчезнув где-то по дороге. Но между Коингнантом и Энзисантом как раз находится вход в пещеры, где располагается портал на Землю – очень может быть, что именно к нему Илзи и направлялся.
Конечно, искать его следы в дико перенаселённом мире – задачка хуже не придумаешь. Но ничего другого им, похоже, не остаётся. Ни в одном другом вампирском замке Илзи тоже никто не видел – драконы побывали во всех, заодно поставляя голодающим вампирам продовольствие.
Навестили они и эльфов. По части выяснения дальнейшей судьбы Илзи и это не дало никаких подвижек. Но хоть разузнали, как обстоят дела у данного народа. Эльфийские леса зима, по счастью, ещё не поглотила полностью. Нет, по окраинам уже бродили ледяные монстры, но в самых центрах ещё теплилась жизнь. В общем, пока эльфам голод не грозил.
В людских городах дела обстояли совсем иначе – там продовольствие как раз заканчивалось. Но, может быть, ещё недели две-три протянут и они.
Гномы, по слухам, ушли глубоко под землю и как-то выживали там. Однако драконы так и не добрались до них, дабы убедиться, что слухи справедливы.
Тролли попросили пристанища у тёмных эльфов, а орки – у северных светлых, и те приняли беженцев в своих лесах. Конечно, перенаселение не лучшим образом сказалось на их собственном положении, но до сих пор оно ещё не стало катастрофичным.
Кстати, какая-то часть тёмных людей нашла приют у всё тех же северных светлых эльфов. Другие же подались в города светлых людей и теперь наверняка сожалели, что не пошли вместе с сородичами к эльфам.
В замках дварров ситуация оказалась различной. Те, что находились в непосредственной близости от людских городов, можно сказать, по-прежнему процветали – за счёт экспроприации всего необходимого у своих соседей-людей. А вот в отдельно стоящих обстановка была между жизнью и смертью: ни пропитания, ни дров, ни подпитки – позаканчивалосьвсё! И их обитатели было согласны на любые условия, лишь бы драконы оказали им хоть какую-то гуманитарную помощь.
Что же касается дварров из процветающих замков, их мнения после прочтения письма Виза разделились. Одни плевать хотели на слова какого-то золо. Другие же – молодежь, по большей части, были близки к осознанию его правоты. Таким образом, в кланах наметился раскол. Что ж, пусть пока выяснят отношения между собой – поисково-спасательной экспедиции сейчас было никак не до их внутренних разборок. Драконам хватало забот с поставками продовольствия и заготовкой дров – до открытия портала на Землю нужно было успеть обеспечить прожиточный минимум всем нуждающимся. Вампиры же и их товарищи вовсе не рвались иметь дело с дваррами.
Альтеранский отряд по-прежнему гостил у клана Зэндела в Зоингварте. Если они и выбирались куда-то вместе с драконами, то неизменно возвращались обратно.
***
— Ты уверен? — на всякий случай переспросил Айнвор.
— Да! — Клорн решительно кивнул.
— Ну, тогда пойдём.
Мальчик неустанно твердил об отце, что якобы тот ждёт их с матерью за стенами замка. Никакие разумные доводы на него не действовали. Он лишь обвинял мать в предательстве после каждой попытки втолковать ему хоть что-то.
Айнвора Клорн ненавидел, считая его первопричиной предательства матери по отношению к отцу. Однако сейчас он просто не смог отказаться от того, что предложил ему главный враг их семейного очага.
Вдвоём они поднялись на стену.
— Папа! — во всё горло закричал Клорн. — Папа!
— Тише! — одёрнул его Айнвор. — Не приведи Тень, мать услышит.
— Даже если услышит – что с того?! — вскинулся мальчик.
— Да то, что запретит она нам нашу безумную затею.
Клорн насупился, но дальше стал кричать почти шёпотом.
Сказать по правде, Айнвор не верил, что ледяной монстр способен отозваться на призыв. Однако мальчик с пеной у рта доказывал, что «папа» непременно придёт. Более того, уже не раз приходил – только не мог приблизиться к стенам ближе, чем на двадцать шагов (это из-за защитной магии), а самому Клорну не позволяли выйти к нему запертые ворота. И сколько мальчик не молил, взрослые наотрез отказывались открыть их.
Сомнения Айнвора разрешились, когда минут через пять в поле зрения возникла одинокая снежная фигура. Роста она была человеческого, явно уступая в габаритах обычным монстрам. Кроме того, на фигуре угадывалась одежда. Нет, она не была из ткани – выглядело это так, будто бы некий скульптор изваял из снега человека, одетого в плащ, штаны, сапоги и всё прочее. Стандартные же твари бегали, так сказать, нагишом. Да и что им было прикрывать – у них даже половые признаки отсутствовали. Их гротескные черепа тоже оставались лысыми, а у этого «скульптор» запечатлел длинные волосы.
Снежное изваяние неспешно приближалось к замку.
— Это папа! Папа! — победно закричал Клорн, дёргая Айнвора за рукав. — Идём! Ты же обещал, что мы выйдем к нему.
— Обещал, — неохотно подтвердил альтеранец. Он уже не был уверен, что затея хороша. По правде говоря, ставку он делал на то, что «отец» не явится вовсе. Однако слово всё же придётся держать. — Только спускаться
