Слава сощурил глаза, посмотрел на меня. Его лицо вытянулось, как у лошади, он удивился, потом помрачнел, рассвирепел.
– Потаскушка… Вот еще одна причина, по которой ты должна быть со мной, рядом. Чтобы не вилять хвостом и не ложиться под других кобелей. Беременна она… Соврала! Будешь заниматься ребенком, готовкой, стиркой, а вечерами ублажать меня… Я найду тебе столько занятий, чтобы у тебя не осталось ни одной свободной минутки!
– Уходи-ка ты по-хорошему, фантазер! – раздался за моей спиной негромкий голос отца.
Слава разозлился, чуть не сорвался вниз.
– Я все знаю. Катись к новой женщине, оставь нашу дочь в покое, – попросил папа. – Будь мужчиной, прими ситуацию и отвечай за свои поступки.
– Кто ответит за то, что она меня предала? Ты мне изменила! – ткнул в меня пальцем Слава. – Это была твоя… Только твоя измена! Ты разрушила наш брак. Но развод ты все равно не получишь… НИ ЗА ЧТО!
Слава неловко слез, продолжал браниться издалека.
Хорошо, что вышел отец. Если бы не он, кто знает, как далеко мог бы зайти Слава. Ведь он был пьян и неадекватен.
– Зайди в дом, Милана! Я пока пса спущу так, чтобы бегал по двору свободно, – заметил папа.
Я рухнула на стул в кухне, налила стакан воды и пила, не раздевшись. Отец вернулся, вздохнул:
– Какой мерзкий у тебя муж. Одного не пойму, зачем ты себя оговорила? Только взбесила мужа еще больше! Развелась бы спокойно…
– Я не оговорила. Я была с другим…
Папа внимательно посмотрел на меня и покачал головой:
– Вот это вы закрутили. И кто виноват?
– В чем? В том, что семья развалилась?
– Нет. Я про новый роман. Этот мужчина… достойный? Если так, то где он? Почему не рядом?
– Ему пришлось уехать.
– Он знает о твоей сложной ситуации с мужем? Или ты ему не говорила?
– Знает, – ответила я.
Тимофей знает даже о моей беременности, и это его не остановило.
– Знает, и все равно тебя оставил одну? Дочка, а ты уверена, что новый мужчина – это тот, на кого стоит положиться, а не просто охотник, ищущий пикантные развлечения?
Глава 29
После того, как возле ворот родительского дома появился Слава, мне расхотелось куда-то идти, гулять.
Целый день я провела, занимаясь уборкой и стиркой, пока не вернулась мама из больницы. Нужно было навести порядок за все те дни, что мы наспех появлялись в доме и убирали кое-как, едва мыли посуду.
Билетов на ближайшие дни не оказалось. Наверное, мне просто повезло схватить освободившийся билет туда и обратно. Папа замечает, насколько я озадачена.
– В чем дело?
– Билетов на ближайшие дни нет. Есть только варианты ехать с пересадками, добираться сначала на поезде, и только потом… Садиться на самолет.
– На твоем месте я бы не спешил с отъездом. Твой муж ведет себя неадекватно. Пусть остынет, примет новость о разводе, как неизбежное. Потом поглядишь. Тем более, насколько я понял, ты взяла дни в счет отпуска? Вот и отдохни…
– Звучит хорошо, но…
– Что “но”? Куда ты жить поедешь? Квартиру, как я понял, заняла сейчас свекровь и любовница твоего мужа с их сыном. Станешь жить с ними вместе? Своего жилья у тебя нет, дорогая. Так что придется снимать, – трезво рассудил отец. – Кстати, о квартирном вопросе. Ты будешь претендовать на половину нажитого в браке?
– Квартиру Слава покупал на свои деньги, с меня ни копейки не взял. Папа, я же не охотница за кошельком!
– Я не говорю, что охотница. Но ты в эту семью вкладывалась годами, быт налаживала. И что теперь? Какая-то кукушка придет на все готовое, а ты останешься ни с чем? Подумай о хорошем адвокате, Милана. Хорошо подумай.
Наверное, в словах папы была правда. Вот только…
Я вспомнила разговор с Тимофеем. Он выглядел уставшим, когда рассказывал о бракоразводном процессе. Судя по всему, та еще нервотрепка, когда есть претензии на имущество. То есть, процедура изнурительная даже для состоятельного человека, с деньгами, связями и нанятым адвокатом.
А я…
Как подумаю, что придется терпеть нападки мужа, свекрови… Она науськает Славика так, что он станет совсем бешеным!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
***
Папа снова завел разговор о разводе и разделе имущества за обедом.
– Папа, я бы не хотела ввязываться в эту нервотрепку.
– Спрячешь голову в песок, как страус?
– Может быть, и спрячу. Речь идет не только обо мне.
– Что, у твоего нового кавалера из-за этого могут быть сложности? – хмыкнул недоверчиво.
– Речь не о кавалере. Я беременна.
Отец поперхнулся чаем, долго кашлял, до слез.
– Предупреждать же надо! – отозвался он сиплым голосом. – Кто отец?
– И ты туда же… – покачала я головой. – Слава, конечно. Наконец-то получилось… Вот только эта новость совпала с тем, когда он принес домой своего ребенка!
– Ясно. Что ж… Тогда тебе, тем более, нельзя оставаться одной. Подумай о ребенке!
– Только о нем я и думаю. Просто больше не могла находиться под давлением.
– И… – взгляд отца затеплился. – Кого мы ждем?
– Еще не знаю, срок маленький.
– Мама так обрадуется, – заметил отец. – Не обижайся, она добра желает, просто ты сама считала Славика идеальным, хвалила его постоянно. У вас все было так тихо в отношениях, спокойно.
– Угу, тихо. Только в тихом омуте черти водятся.
– Признаюсь, я тоже от тебя появления нового кавалера не ожидал. Не спеши, хорошо? Тебе теперь нельзя спешить и нервничать.
– Не буду, – пообещала я.
***
Но как бы мне ни хотелось оставаться спокойной, дни в доме родителей не стали такими безоблачными.
Оказалось, Слава никуда не уехал.
– Милана! – донеслось мне в спину.
Голос Славы.
Я вздрогнула от неожиданности и отступила.
Муж выждал момент, когда я была одна, встретил возле магазина с пакетами продуктов.
Долго же он меня поджидал, что уличил момент, когда я оказалась совсем одна.
– Поговорим? – двинулся ко мне решительно, с потемневшим взглядом.
– Нам не о чем разговаривать, Слава, – произнесла я и оглянулась.
Как жаль, что была одна…
Долго же Слава меня караулил!
– Как же не о чем? А ребенок?
– Твой?
– Нет. Наш, – заявил он. – Ты беременна. Неужели это ничего не значит?
– Для тебя, наверное, нет. Поэтому не вижу смысла продолжать этот разговор. Прошу, оставь меня в покое. Я не хочу ссориться, выяснять отношения. Я желаю тебе найти свое счастье со Стешей и вашим малышом.
– И ты решила мне спеть ту же песню? – воскликнул в отчаянии. – Мама мне все уши прожужжала про эту Стешу, какая она замечательная, милая, добрая, послушная, как она любит Богдана! Вот только не буду я с ней счастлив! Не буду! Только ты – мое счастье, как ты этого не понимаешь?
Слава потянулся в мою сторону, лицо исказилось болью и отчаянием. Он выглядел осунувшимся, невыспавшимся, был плохо выбрит. Мне было больно видеть его таким. Еще не отучилась заботиться о нем… Внутри кольнуло.
Я попыталась заглушить это чувство.
Разве думал Слава обо мне, когда тешил свое эгоистичное право на отцовство?
– Извини, Слава. Дороги назад нет, я не могу.
– А я не могу. Без тебя не могу. Без тебя мне ничего не нужно, ни ребенок этот, ни деньги. Ничего! Мил… Милана, девочка моя.
Славу лихорадило. Он трясся. Я оглянулась, на нас начали оглядывать люди с интересом.
– Прошу, не устраивай сцен.
– Милана…
– Давай поговорим в другом месте?
– В доме твоих родителей?
– Нет. Вот там… – я кивнула в сторону первой попавшейся на глаза забегаловки.
По сути, это было даже не кафе, а просто небольшая кондитерская с двумя-тремя столиками. Мы сели за самый дальний столик, Слава поинтересовался:
– Ты будешь что-нибудь?
– Нет, я не голодна.
Но он все равно заказал мне зеленый чай и чизкейк, а для себя – черный кофе с шоколадным бисквитом. Я невольно отметила, как сильно Слава похудел, если даже ремень начал застегивать туже.
