— Надеюсь, ему уже лучше?
— Да. Он на борту, лежит в лазарете. Из-за этого мы и задержались, но ничего, нагоним. — Он прищурился, глаза его сверкнули. — Однако, видно, нам все равно пришлось бы отложить отъезд, раз ты опоздала. И на сколько, если не секрет? О чем только Себастьян думал?
Фрея опустила глаза. Ей совершенно не хотелось выкладывать ему правду, у него и так уже был такой вид, будто он приготовился услышать самое худшее. Молчание затянулось, напряжение между ними возросло настолько, что, казалось, сам воздух звенит.
— Что не так? Не могла оторваться от него? — Ирония, с которой Дерек произнес эти слова, острой иглой ударила в сердце. Он с любопытством поглядел на ее, сложенные на коленях, руки. — А где кольцо? Мне казалось, он держит его наготове.
Фрея покраснела, словно вареный рак. В его присутствии, она отчего-то постоянно чувствовала себя виноватой.
— Я не собираюсь выходить за Себастьяна.
— Я так и думал. — На губах Дерека заиграла странная улыбка. — С ним ты бы через год с ума сошла от скуки. Тогда почему ты опоздала?
— Мы с ним спорили, и я не заметила, как время пролетело.
Последней фразой она постаралась предвосхитить все неудобные вопросы о том, что произошло между ней и Себастьяном. Но Дерек, который всегда отличался изумительной проницательностью, тут же заподозрил, что на этом дело не закончилось. Фрея не собиралась просвещать его и смотрела куда угодно, только не в лицо своему собеседнику. Именно тогда она заметила на столе две вещи: ее транзистор и… письмо, адресованное миссис Спендер. Выходит, Себастьян все же не соврал ей. Просто Дороти не оказалось на борту, когда принесли это послание, и его передали капитану.
Дерек проследил за ее взглядом, и, когда она подняла глаза, уставился на нее в упор, и приказал:
— Продолжай.
Она задрала носик и затараторила, изо всех сил стараясь придать своему голосу легкость:
— Ну, мы просто не заметили, как прошло время. Себастьян не напомнил мне, что уже поздно. Он был уверен, что я останусь с ним, и даже послал миссис Спендер письмо, ведь она должна была прийти на корабль. Он попросил ее собрать мои вещи, поскольку я, якобы, передумала и осталась в Лиссабоне.
— Да как он посмел! — Дерек еле сдерживал ярость. Он взял письмо и помахал им в воздухе. — Это оно?
Фрея кивнула.
— И он сам рассказал тебе, что сделал это?
— Да, рассказал. И еще он сказал, что приложил к письму щедрые чаевые.
— Надо же, какая предусмотрительность, — саркастически хмыкнул Дерек, взял нож для бумаг и вскрыл конверт. В нем действительно лежали банкноты и записка. Дерек поглядел на Фрею поверх листочка бумаги. — Тут говорится, что ты передумала возвращаться на корабль.
— Он надеялся убедить меня остаться и послал это письмо, чтобы подкрепить свои слова.
— Силу, надеюсь, не применял? — насупился Дерек.
Фрея, как обычно, почувствовала, что от этого человека ничего не скроешь. Но она не могла опорочить Себастьяна. Все его действия были продиктованы любовью. Она и так сказала Дереку больше, чем хотела, но ей пришлось объяснить появление этого письма. Если бы он переслал его Дороти, она бы ни слова не поняла и начала бы названивать Себастьяну, требуя разъяснений. Чем меньше вокруг разговоров, тем лучше. Теперь письмо, скорее всего, закончит свой путь в мусорной корзине, а деньги вернут Себастьяну без лишних слов.
— Себастьян не такой. Он очень милый. — Фрея сделала вид, что не заметила, как его передернуло, и невозмутимо продолжила: — Мне очень жаль, что я не смогла остаться с ним. Я не люблю его.
— Согласен. — Дерек с улыбкой порвал листочек и бросил его в небольшую коробку под столом. Деньги он положил обратно в конверт и швырнул его на стол. — Чаевые я верну. — Он поднялся, подошел к небольшому шкафчику и достал оттуда бутылку и бокал. — Выпей-ка.
— Бренди! — поморщилась Фрея. — Зачем это? Я не больна.
— Все равно пей, потому что теперь мы подошли к тому, из-за чего я тебя, собственно говоря, и пригласил.
Фрея побледнела, задрожала и вскочила на ноги. Неожиданно ей стало трудно дышать.
— Что это ты такое приберег для меня, раз мне бренди пить надо? Я не хочу. Ненавижу эту дрянь!
Вместо ответа, Дерек вложил ей в руку бокал.
— Все равно пей.
Фрею затрясло. От одной мысли о том, что ей предстоит выпить бренди, ее мутило. Заметив, как дрожит ее рука, Дерек обхватил ее пальцы своими, такими теплыми, такими нежными, и решительно поднес бокал к губам Фреи. Она сделала два маленьких глоточка и хотела, было, отставить бокал, но Дерек заставил ее допить до дна. Пустой бокал отправился на стол. Бренди немного согрело, окоченевшее от страха, сердце, кровь быстрее побежала по венам.
— Что случилось? — спросила Фрея, с мольбой поглядев на Дерека. — Прошу тебя, скажи, наконец.
Он указал ей на кресло, но она покачала головой.
— Нет. Не надо, я лучше постою.
Он долго смотрел на нее сверху вниз и потом заговорил, будто через силу:
— Не сомневаюсь, что ты удивляешься, чего это я, последние несколько дней, торчу на корабле. Это имеет отношение к новостям, которые мы недавно получили. Насколько я понимаю, твои родители отдыхают в Австрии.
Фрея кивнула.
— Они же не…
Слова застряли у нее в горле, ноги отказались слушаться, и девушка рухнула в кресло.
— Расстраиваться рано, — поспешил он успокоить ее. — Пока еще ничего точно не известно. Просто они ушли в горы и не вернулись.
— И давно?
— Два дня.
— Два дня? — Какие уж тут надежды! Фрее показалось, что стены каюты смыкаются, чтобы раздавить ее. — Почему ты мне раньше ничего не сказал?
— Но ты все равно ничего не могла поделать. Если бы все зависело только от меня, то я бы тебе до конца круиза ничего сообщать не стал, но слишком уж это рискованно. Конечно, ни у кого из пассажиров не возникнет даже мысли связать тебя с фамилией Мидоуз, но ты могла бы случайно услышать сплетни. У плохих новостей быстрые ноги. — Он показал на ее приемник. — Милая вещица. Подарок?
Фрея кивнула, радуясь, что он решил немного смягчить удар и быстро перевел разговор на другую тему. Глаза ее наполнились слезами.
— От Билла… моего отца, — выдавила она.
Он нежно улыбнулся ей.
— Ты его обожаешь, правда? — Дерек приблизился к ней, и ее ледяные пальчики потонули в его теплых сильных ладонях. — Думай о том, что где бы они не были, они вместе.
Слезы прочертили на ее щеках мокрые дорожки, и Дерек достал из кармана носовой платок.
Она вытерла глаза белой накрахмаленной тканью и подавила очередной всхлип.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
