Начиная Любаньскую операцию самой малочисленной армией Волховского фронта, 2–я ударная армия к концу января собрала в своем составе наибольшее число соединений.
Если на 1 января в ней была одна стрелковая дивизия, восемь стрелковых бригад, шесть лыжных и два танковых батальона, то на 1 февраля в состав армии входили пять стрелковых дивизий (111, 191, 327, 366 и 382–я), кавалерийский корпус, семь стрелковых бригад (22, 23, 24, 53, 57, 58 и 59–я), двадцать три (!!!) лыжных батальона и два танковых батальона. Напротив, наиболее многочисленная на момент начала операции 59–я армия (шесть стрелковых дивизий) просела до четырех стрелковых дивизий и одной стрелковой бригады. 4–я и 52–я армии с семи стрелковых дивизий на 1 января упали в численности до пяти стрелковых дивизий. Таким образом, на направление, где был достигнут наибольший успех, была брошена значительная часть войск Волховского фронта.
В конце января Ставка ВГК удовлетворила просьбу командования Ленинградского фронта и разделило войска 54–й армии на два объединения. Войска на участке фронта от Ладожского озера до станции Малукса на Кировской железной дороге перешли под управление штаба 8–й армии, которую возглавил бывший начальник штаба 54–й армии генерал-майор А.В. Сухомлин. Армия приняла полосу шириной 45 км. В состав армии вошли 128, 286, 265 и 294–я стрелковые дивизии, 1–я горнострелковая и 6–я морская бригады, 21–я танковая дивизия (без танков) и 16–я танковая бригада. Такое разделение было вполне логичным: по измененному плану операции войска 54–й армии вели бои фронтом на юг, а 8–я армия объединила соединения, оборонявшиеся фронтом на запад.
В начале февраля основные усилия Волховского фронта были сосредоточены на расширении фронта прорыва. 59–я армия вела бои за Спасскую Полисть. Потерпев неудачу в попытке захватить Любань, К.А. Мерецков 7 февраля решил направить 13–й кавалерийский корпус на Тосно, еще глубже в тыл противника.
В течение февраля план Любаньской операции все дальше эволюционировал к сражению на окружение силами пехоты. Снова была предпринята рокировка двух дивизий из 59–й армии во 2–ю ударную армию. Также были модифицированы согласно изменившимся задачам наступления армий Волховского фронта направления ударов 54–й армии Ленинградского фронта. Директивой Ставки ВГК № 170121 от 26 февраля 54–й армии предписывалось развивать наступление в общем направлении на Любань навстречу войскам 2–й ударной армии. Для решения этой задачи 54–я армия была усилена 4–м гвардейским стрелковым корпусом, имевшим в своем составе одну стрелковую дивизию, четыре стрелковые и одну танковую бригады, три лыжных батальона, один артиллерийский полк и один дивизион PC. Прибывшая с 4–м гвардейским стрелковым корпусом 98–я танковая бригада насчитывала 5 танков KB и 22 Т–34. Операция началась 28 февраля. Ценой больших усилий 54–й армии удалось прорвать вражескую оборону западнее Киришей и продвинуться на 12–15 километров. Потом наступление приостановилось. Любаньская операция окончательно перешла к позиционным боям местного значения.
Недовольство командования действиями 2–й ударной армии традиционно выразилось в кадровых перестановках. Начальник штаба армии генерал-майор Визжилин 5 марта директивой Ставки ВГК № 170134 «за плохую работу» был отстранен, а его место занял полковник Рождественский (бывший начальник штаба 52–й армии). Одновременно принимается решение направить на Волховский фронт энергичного и хорошо себя зарекомендовавшего в битве за Москву командарма. 8 марта 1942 г. генерал-лейтенанта А.А. Власова освобождают от должности командующего 20–й армии Западного фронта и направляют на северо-западное направление заместителем командующего войсками Волховского фронта. Так А.А. Власов попал на Волховский фронт, чтобы через несколько недель написать одну из самых черных страниц войны.
Вскоре последовала репетиция будущей катастрофы. За несколько дней до того, как А.А. Власов получил новое назначение, 2 марта 1942 г. Гитлер в беседе с командующим группой армий «Север» фон Кюхлером потребовал провести в период с 7 по 12 марта операцию по окружению любаньской группировки советских войск. Операция получила кодовое наименование «Дикий зверь» (Raubtier). Целью «Дикого зверя» были две зимние дороги, проходившие через пробитый войсками 2–й ударной армии 12–километровый коридор к югу от Спасской Полисти. Немцы называли эти дороги «росчисть Эрика» и «росчисть Дора». Гниющая органика болот препятствовала промерзанию почвы, и под снегом была болотная жижа. Многочисленные колонны снабжения, пехоты и кавалерии протаптывали снег до грунта. Чтобы в жидкой грязи не вязли люди и лошади, на болото укладывались жерди. Эти своеобразные дороги стали целью немецкого наступления. Войска группы армий «Север» были готовы к проведению наступления на «Эрику» и «Дору» уже 9 марта, но Кюхлер вынужден был отложить операцию, так как авиация была задействована на отражение советского наступления в районе Холма.
Немецкое наступление началось 15 марта в 7.30 утра. В нем участвовало в общей сложности пять дивизий, собранных в две ударные группы к северу и югу от 12–километрового коридора, связывавшего 2–ю ударную армию с основными силами Волховского фронта. Северную ударную группу составили 61–я и 121–я пехотные дивизии и дивизия СС «Полицай». Южную ударную группу образовали части 58–й и 126–й пехотных дивизий. В первый день наступления северная группа продвинулась на 3 километра, а южная — на 1 км. Задача групп была непростой, поскольку им противостояла плотно построенная группировка советских войск, занимающихся расширением пробитой в январе бреши. В течение нескольких дней боев, преодолевая ожесточенное сопротивление советских войск, две группы встретились и замкнули окружение 20 марта 1942 г.
Для пробивания коридора к 2–й ударной армии были привлечены 372–я стрелковая дивизия, 24–я и 58–я отдельные стрелковые бригады, 4–я гвардейская стрелковая и 111–я стрелковая дивизии и 7–я танковая бригада. Эти войска составляли две группы: одна со стороны 2–й ударной армии (24–я и 58–я стрелковые бригады группы Жильцова) и оперативная группа из состава 59–й армии под руководством генерала И.Т. Коровникова (4–я гвардейская стрелковая, 111–я и 372–я стрелковые дивизии). Начало наступления было назначено на 10.00 27 марта. Уже 30 марта командующий Волховским фронтом доложил Верховному Главнокомандующему, что «коммуникации 2–й ударной армии освобождены от противника». Однако освобожденными коммуникации можно было считать достаточно условно: ширина коридора в пределах 1,5–2 км. Такой коридор простреливался противником, и по нему можно было уверенно передвигаться только ночью.
Восстановление сообщения 2–й ударной армии с тылами стоило должности командиру XXXVIII армейского корпуса, снятого приказом командующего группой армий «Север» фон Кюхлера. Гитлер также требовал снять командира 58–й пехотной дивизии, но фон Кюхлер отстоял своего подчиненного.
Несмотря на зримую угрозу для коммуникаций 2–й ударной армии, командование фронта не оставляло надежды переломить ситуацию в свою пользу. Уже 30 марта К.А. Мерецков приказывает Н.К. Клыкову продолжать наступление:
«Ближайшая задача армии овладеть Октябрьской ж. д. и Ленинградским шоссе на участке юго-восточнее Любань. В дальнейшем, обеспечивая себя с чудовского направления, наступать и овладеть Любанью во взаимодействии с войсками Ленинградского фронта»[31].
То есть К.А. Мерецков решил отказаться от штурма Любани в лоб, а перерезать железную дорогу и наступать вдоль нее. Командующий приказывал собрать в ударную группу не менее четырех стрелковых дивизий и артиллерийскую группу до 200 орудий, 250 минометов (82–мм и выше) и два полка PC. Начало наступления на Любань было намечено на 2 апреля. Мерецкова можно было понять: между частями 2–й ударной армии Волховского фронта и 54–й армией Ленинградского фронта оставалось всего 20 километров. Казалось, что желанное кольцо окружения вокруг I армейского корпуса в районе Чудова вот-вот замкнется и тогда противнику будет уже не до прерывания «росчистей» в тылах 2–й ударной армии. Войска 2–й ударной начали наступать 4 апреля, но были остановлены на рубеже р. Тигода.
