Читаем без скачивания Пуля любит свою жертву - Алексей Макеев

– Линия защищена? – осведомился один из прибывших, расстегивая плащ.

– Да.

– Запись?

– Ведется в соответствии с протоколом.

Второй мужчина вынул изо рта спичку и сунул ее в карман.

– Говорить буду я, – заявил он.

– Это ваше право, – лаконично отозвался обладатель надтреснутого баритона.

Мужчина в сером плаще, превосходно ориентируясь в темноте, прошел вперед и занял место за столом с аппаратурой. Две мигающие лампочки отразились в его бесцветных глазах. Он протянул руку и щелкнул тумблером. Одна из лампочек погасла. Мужчина надел наушники. Пошел сигнал вызова, и уже через пару секунд голос с легким восточным акцентом произнес:

– Слушаю.

Мужчина в сером плаще поправил стоящий перед ним микрофон.

– Это я, – сказал он, избегая прямых обращений. – Ситуация изменилась. Слишком многое вышло из-под нашего контроля. Стабилизировать не представляется возможным.

– Мои действия? – откликнулся невидимый собеседник.

– Вам удалось выяснить, с кем из действующих экстремистов Астамур поддерживает контакты?

– Буквально пару имен. Преимущественно связных. Но люди, стоящие на самом верху, мне неизвестны. Подобраться к ним не так-то просто. Астамур очень осторожен. Он не доверяет мне до конца. Он никому не доверяет.

– Это нам известно. Вы знаете, что убийство Джамала Гамсахурдия – его рук дело?

– Я об этом догадывался. – Последовала непродолжительная пауза. – И представляю, насколько серьезна потеря. Хочу напомнить, что я изначально был против бизнеса с наркотиками.

– Нам это тоже было не по душе, – признался человек в сером. – Но мы не могли прикрыть каналы, не спугнув Астамура и тех, кто стоит за его спиной. Теперь, как я понимаю, каналы прикрылись сами собой.

– Да, так случилось. Потеря второго курьера поставила жирный крест на планах Астамура. Он сворачивает бизнес с целью его дальнейшей переброски в иное русло. Возможно, будет сменен только город, а возможно, и вся система экономического притока. Финансовое положение экстремистов на данный момент оставляет желать лучшего…

– Это может сыграть нам на руку, – сказал мужчина в сером.

– Каким образом?

– Займите место Астамура.

– А его?..

– Его придется убрать. У нас нет другого выхода. Я повторюсь: ситуация вышла из-под контроля. Ликвидируйте Астамура и представьте все таким образом, что именно вы готовы занять его место. У вас должен быть готов план новой экономической подпитки экстремистов.

– Он у меня уже есть.

– Вот и прекрасно. В ближайшие два дня мы отправим к вам человека… Необходимые инструкции по дальнейшему планированию операций получите позже. Сейчас главное – Астамур.

– Я понял.

– Сколько времени вам необходимо на решение этого вопроса?

– Через три часа все будет кончено.

– Нас это устраивает. Приступайте.

Человек в сером плаще опять щелкнул тумблером. Рядом с горящей лампочкой вспыхнула другая. Мужчина поднялся из-за стола, достал из кармана спичечный коробок, энергично встряхнул его, раскрыл, выудил свежую спичку. Пристроил ее во рту.

– Запись сдайте в архив, – распорядился он, обращаясь к сидящему в темноте обладателю надтреснутого баритона. – Под соответствующим грифом.

Он двинулся к выходу. Напарник последовал за ним. Вновь щелкнул автоматический дверной замок, выпуская наружу сотрудников внешней разведки.

– Его тоже придется убрать, – сказал второй мужчина, когда они оказались в кабине лифта.

– Кого?

– Таймураза Зарандиа.

Человек со спичкой во рту недовольно покосился на напарника.

– Давай обойдемся без имен.

– Хорошо, – согласился тот. – Пусть не будет имен. Но его придется убрать… Как ты ему только что и сказал, он ликвидирует Астамура, займет его место, поможет создать новую сеть… Но потом от него самого нам тоже придется избавиться. Оставлять его опасно.

Мужчина со спичкой покачал головой.

– Он слишком ценный агент. Было проделано много работы…

– Но риск тоже очень высок.

– Я согласен с тобой. Однако решать будет руководство, а не мы.

– Это понятно. Кто представит доклад?

Спичка перекатилась на зубах из одного уголка рта в другой.

– Давай ты. Бумажная работа у тебя выходит лучше…

Орлов в течение десяти минут сосредоточенно, не поднимая головы, изучал материалы дела. Его лысина, с каждым годом увеличивавшаяся в размерах, бликовала в свете электрической настольной лампы. На улице все так же барабанил дождь. Частые порывы ветра швыряли крупные капли в окно генеральского кабинета.

Гуров, сцепив пальцы в замок, сидел по левую руку от генерала и молча ждал.

– Ничего не понимаю, – буркнул наконец Орлов и резко захлопнул папку. – Что это, Лева?

– Материалы дела, – спокойно ответил полковник. – Как вы и просили…

– Я вижу, что это материалы дела. Маразмом я еще не страдаю, товарищ полковник. И со зрением у меня, слава богу, пока тоже все в порядке… Я только одного не могу понять. Ты где работаешь, Лева?

Гуров явно не ожидал такого вопроса. Орлов порой ставил его в тупик подобными поворотами в разговоре. Хотя казалось, что за время совместной работы сыщик успел привыкнуть абсолютно ко всему.

– В каком смысле? – Гуров расцепил пальцы.

– В прямом. Ты – сотрудник УБНОН?

– Нет.

– Странно. – Орлов откинулся на спинку высокого кожаного кресла. – А я вот читаю материалы дела, и складывается такое ощущение, что их составлял сотрудник отдела по борьбе с наркотиками. Накродилеры, наркокурьеры, арест крупной партии наркотиков… И так далее и тому подобное. Но сколько бы я ни листал это дело, я так и не нашел в нем имя убийцы или хотя бы подозреваемого в убийстве Александра Калашникова. Я что-то просмотрел, Лева?

На какой это странице?

Полковник вздохнул.

– Его там нет, товарищ генерал.

– Нет? Ах, вот в чем дело! А я ищу-ищу, как дурак, и не нахожу. А оказывается, его там просто нет.

– Товарищ генерал…

– Ты, Лева, как я погляжу, – Орлов постучал указательным пальцем по папке на столе, – тут половину криминальной Москвы либо арестовал, либо пристрелил. А дело по убийству до сих пор не сдвинулось с мертвой точки. Ни на миллиметр.

– Мы работаем, товарищ генерал… – спокойно пояснил Гуров. Он совершенно не чувствовал себя виноватым.

– Да что ты говоришь! – язвительно парировал генерал. – Работают они! И как долго вы собираетесь работать? Надеюсь, убийцу поймают до того, как мои внуки выйдут на пенсию?

– Ну, не позже, – улыбнулся полковник.

– Ты мне поостри еще! – повысил голос Орлов. – Сейчас самое время острить. Да? У нас же продуктивная работа ведется. Ты наркоманов ловишь по подворотням, Крячко отгулы решил взять. Подозреваю, что по семейным обстоятельствам… У вас есть подозреваемый?

– Есть версии…

– Уже неплохо. Уже кое-что. – Орлов встал, потянулся и решительно прошел к окну. Гуров следил за ним. – Как говорится, есть с чем работать. И что же это за версии?

– У меня есть подозрения… – сыщик старательно подбирал слова, опасаясь новой бури эмоций со стороны начальника, – что ниточка все-таки тянется из Абхазии…

– Ты опять? – Глаза Орлова недобро сверкнули. – Оставь абхазов в покое.

– Не могу. – Гуров упрямо покачал головой. – Я допускаю мысль, что и убийство Калашникова, как этот человек числится по документам, тоже дело рук абхазской группировки.

– Убийство своего человека? Абсурд! Зачем им это?

– Война за территорию.

– С кем?

– С дагестанцами. А смерть Калашникова – отправная точка. Повод, что называется. Позвольте мне хотя бы…

– Не позволю! – в категоричной форме осадил подчиненного Орлов. – Никаких абхазов. К ним не надо соваться. Мне ясно дали это понять. А я ясно дал понять тебе. Какие еще есть версии, помимо абхазов?

Гуров заметно понурился.

– Владимир Симоненко. По прозвищу Сват. О нем упоминается в деле. – Полковник кивнул на папку. – Войну мог развязать он. И тем же самым способом. Путем ликвидации курьера. Кстати, из непроверенных пока источников мы получили информацию, что Симоненко тоже мертв.

– Еще один труп? – вскинулся генерал. – Не перебор ли, полковник?

– Перебор, – согласился Гуров. – Но…

Он не успел закончить. Решительный стук в дверь прервал их дискуссию.

– Войдите! – недовольно бросил Орлов.

Растянув губы в широченной улыбке, порог кабинета переступил полковник Крячко. Вид у Станислава был изрядно помятый, но это ничуть не омрачало его прекрасного расположения духа. В руках у него были какие-то бумаги, бережно упакованные в прозрачный файл.

– Товарищ генерал! – бодро козырнул он, на секунду приложив два пальца к виску, затем повернулся к напарнику: – Полковник Гуров. Чертовски рад видеть вас в полном здравии и за работой…

– Смотрите, кто объявился! – Губы Орлова скривились в саркастичной усмешке.