день во время работ. Мои золотари всегда отыскивали в канализации что-нибудь этакое. – Он дернул Хэксби за рукав и понизил голос, словно сообщая важный секрет. – Вы не поверите, что люди роняют в уборные, случайно или намеренно. Признаюсь вам, сэр, чего я только не видел: от колец с бриллиантами до мертвых младенцев.
Однако во времена Реставрации Ривсу пришлось тяжело. На все ключевые должности во дворце были назначены роялисты. Они, разумеется, привели своих подчиненных и оказывали предпочтение своим людям, а не тем, кто служил Кромвелям. Такие перемены в Уайтхолле касались всех уровней иерархии, вплоть до слуг, которые зарабатывали сущие гроши на хлеб и одежду, чтобы прикрыть тело. В общем, Ривса уволили, а на его место взяли другого, более молодого.
– Прогнали, как старого шелудивого пса, – пожаловался он, снова хватаясь за руку Хэксби. – Ну разве так можно? После стольких лет службы. Хорошего, опытного мастера. Ну вот скажите: разве это правильно?
– Конечно же неправильно, – отозвался Хэксби.
– Канализация – вещь очень тонкая, – продолжал Ривс. – Если хочешь, чтобы она тебе верно служила, то и обращаться с ней нужно, как с женщиной. Деликатно, но при этом держать в строгости. Чтобы понять ее как следует, надо досконально знать все ее особенности. Знаете, можно изучать канализацию всю жизнь, а она и половину своих секретов не выдаст. В таком месте, как Уайтхолл, здания с годами сильно изменились. И канализация тоже. Я так вам скажу, сэр: когда я вижу, что творят эти лодыри и недоумки на моих коллекторах, у меня аж слезы на глаза наворачиваются. А они ведь еще мною командуют, поучают, как нужно работать. Это уже вообще ни в какие ворота!
Ему еще повезло, с горечью поведал Ривс, что разрешили остаться в Уайтхолле, пусть даже и на побегушках у сопляка на двадцать лет его моложе. Да и работать теперь стало тяжелее, чем раньше: в пятьдесят лет силы уже не те, что в двадцать, да и прежней гибкости нет.
– Любой молодой олух, – изрек Хэксби, жестом показывая Кэт, что пора снова наполнить кружку Ривса, – может выкопать содержимое ночных горшков или прочистить засор. Но у них нет вот этого. – Он постучал себя по лбу. – Вашего опыта. Знаний. Того, что меня как раз интересует.
Ривс поставил свою кружку на стол с чрезвычайной осторожностью опьяневшего человека. Его голова покачивалась.
– И что именно вас интересует, сэр?
– Жилые помещения в Кокпите.
Ривс округлил губы, будто хотел свистнуть:
– А я смотрю, вы не ищете легких путей!
– С чего вы решили?
– Да там под землей черт ногу сломит, сэр. Не в самом Кокпите, там все как раз обстоит не так уж и плохо, после того как его превратили в театр. А вот остальное – жилье и теннисные корты – это хуже всего в Уайтхолле, за исключением разве что старых королевских апартаментов. Сначала Кромвели внесли свою лепту, а потом и герцог Альбемарль. «Поменяйте то, замените это, перестройте здесь, пристройте там». – Как только Ривс снова начал жаловаться, его голос стал хныкающим. – Ни малейшей гармонии или логики. Никто даже и не думает, что там под землей, куда уходят стоки. А когда потом все катится к чертям, когда соседи жалуются, когда даже сам король замечает, что вонь стала невыносимой, кого, как вы думаете, во всем обвиняют? – Он ткнул себя в грудь рукой, свободной от почти опустевшей кружки. – Нас, золотарей, вот кого. Нет бы нам спасибо сказать. Да какое там, будь они все прокляты!
– Да уж, и впрямь могли бы вас поблагодарить, вы ведь решаете их проблемы. Где бы эти умники были без вас?
– По уши в собственном дерьме, вот где.
Хэксби достал из кармана рулон бумаги и раскатал его на столе:
– Так случилось, господин Ривс, что у меня возникло небольшое затруднение. В отличие от прочих, я вас должным образом отблагодарю, когда вы его разрешите.
Его рука задрожала, и Кэт закончила работу за мужа, прижав одну сторону листа кувшином. Это была сделанная ею копия с оригинального плана помещений Кокпита до переделки их Кромвелями в 1650-е годы. Хэксби кивнул, давая сигнал, что жена может говорить.
Кэт повернула чертеж так, чтобы Ривсу было лучше видно.
– Вот это, – она провела пальцем по линии, – Кинг-стрит. А вот здесь Кокпит. Главные здания старых жилых помещений на юге, с садом.
Наморщив лоб, Ривс склонился над столом, обдав ее своим запахом.
– Ха! – произнес он, обращаясь к Хэксби и не обращая внимания на Кэт. – Вы бы теперь не узнали Кокпит, сэр. Правда, не узнали бы. Там возвели целый ряд зданий с этой стороны, до самого парка. Да и сад стал меньше – южную часть застроили.
Хэксби ткнул в линию, обозначающую границу огорода. Его палец так дрожал, что трудно было понять, на что именно он указывает.
Ривс вопросительно посмотрел на собеседника:
– Бог мой, сэр, что случилось? Почему вы дрожите?
Хэксби отдернул руку.
– Лихорадка, – буркнул он. – Из-за холодной сырой погоды. Ничего серьезного.
– Посмотрите сюда, господин Ривс. – Кэт постучала пальцем по чертежу. – Узнаете это место? Там когда-то был огород.
– А-а-а, точно. Теперь здесь в основном хозяйственные постройки.
Хэксби спрятал свои предательски дрожащие руки под стол.
– Пунктирная линия, – пояснил он, – показывает коллектор. Там еще протекал ручей.
– Ручья теперь нет, сэр, русло пересохло. Разве что раз или два в год, когда бывают сильные дожди, появляется вода.
– Этим коллектором еще пользуются?
– Да. Но есть и другой, намного больше. Новый тоже идет на юг, но ближе к проходу на теннисный корт. Он шире, чем старый.
– Расскажите мне о старом.
Ривс отвернулся и сплюнул на пол.
– В последний раз, когда я осматривал коллектор, он был в плохом состоянии. Чувствовалось, что старая кирпичная кладка вот-вот осыплется. Вентиляция там не ахти и засоряется в плохую погоду. В нескольких местах кровля обрушилась. А что вы хотите? За коллектором ведь не ухаживали. Я же говорил вам, сэр: канализация – она все равно как женщина. Хорошо служит, если время от времени уделять ей толику внимания. И держать в строгости. Женщин так вообще надо регулярно пороть.
Кэт кашлянула. Ривс встретился с ней взглядом. Она сердито посмотрела на золотаря, и он отвел глаза.
– Как вы попадаете в старый коллектор, когда его нужно чистить? – спросил Хэксби. – В огороде, помнится, когда-то была шахта.
– И сейчас есть. В погребах. – Ривс постучал по плану мозолистым пальцем. – Но туда не так просто спуститься, проход очень узкий.
– А как используются погреба?
Золотарь заглянул в пустой кувшин:
