Разумеется, лучше всего было бы объединить силы сухачей и болотников и вместе наведаться в город Слитых; но сейчас время для миролюбивых проповедей казалось не слишком подходящим. Если на Блейда нападали, он сражался и убивал — пусть по необходимости, но тем не менее убивал, нарушая известную христианскую заповедь. Если тебя ударят по правой щеке, подставь левую… Нет, это было не для него!
Еще одного патрульного сразила Тамар: оставшиеся двое наконец-то сообразили, что происходит, и кинулись было наутек, рассчитывая скрыться в темноте, однако один тут же свалился со стрелой в шее — Тамар разрядила один из валявшихся вокруг арбалетов. Последнего Блейд догнал, сбил с ног могучим ударом кулака и привел к надлежащей неподвижности, пару раз легонько стукнув головой о корень. Тело воина обмякло и замерло.
Бой был окончен.
— Как ты дерешься! — даже во тьме было видно восхищение в глазах девушки. Следы былой обиды исчезли, точно унесенные ветром.
— Пустяки, — благодушно возразил Блейд. — Давай лучше приведем в чувство этого бездельника, — он кивнул на лежащего в траве оглушенного воина.
Немного воды из фляжки Тамар, выплеснутой на лицо пленному, — и незадачливый стражник очнулся.
— Ты? — прохрипел он, с суеверным ужасом взирая на Блейда. Лицо странника было едва различимо в сгустившейся тьме, однако света пока хватало, чтобы опознать удивительного марабута.
— Я, я, — кивнул странник. — Я вернулся! Не понимаю только, зачем вам потребовалось на меня нападать? Чего вы от меня хотите? Или, вернее, что нужно от меня Великой Скрывающей Лицо?
— Я не скажу тебе, — воин побледнел, и эту его бледность можно было разглядеть даже в сгущающейся ночной темноте.
— Ты уверен? — ласково спросил его Блейд, устраиваясь рядом с обезоруженным пленником. В глаз воину Элии сурово смотрел заряженный арбалет, а свирепая гримаса на лице Тамар не оставляла сомнений в том, что она нажмет на спуск при малейшем движении сухотника. Страж предпочел не рисковать.
— Ты уверен? — повторил Блейд, выразительно проводя пальцем по острому лезвию своего топора. — Ты настаиваешь на этом? Или ты думаешь, что пытать умеют только палачи твоей Элии?
Воин с усилием сглотнул. «Еще немного — и, чего доброго, в штаны наложит!» — подумал странник.
— Так как же? Поговорим? Или же ты желаешь лишиться коекаких важных частей своего тела? — голос Блейда по-прежнему был отменно ласков.
— Т-ты… не… посмеешь… марабут… — собрав остатки мужества, пролепетал воин, но бившийся в его глазах ужас был красноречивее любых слов.
— Марабут смеет все. Сейчас мы свяжем тебе руки, а потом спустим штаны, — отеческим тоном произнес Блейд. — Тамар, займись-ка…
Однако связывать руки не пришлось; едва только лезвие топора вплотную приблизилось к поясному ремню воина, он тонко взвизгнул и судорожно забормотал, дергаясь и брызгая слюной от страха:
— Спрашивай, спрашивай, спрашивай…
— Давно бы так, — заметил Блейд, отводя лезвие. — Тогда ответь мне, почему граница с болотами не охраняется? Насколько мне известно, здесь всегда держали куда более многочисленную стражу? Говори, да не вздумай ничего сочинять! У меня есть способ проверить твою правдивость.
— Великая бросила всех, кого могла, на южный рубеж… — торопливо зачастил пленный. — Слитые… они наслали множество своих тварей… мы потеряли все, что было захвачено на южном берегу Реки… Слитые вот-вот ворвутся на наш берег… Элия послала всех туда.
Блейд и Тамар переглянулись.
— А что же такое случилось, что Слитые начали большую войну? Они требовали что-нибудь от вас?
Вряд ли в этом мире додумались до чеканной формулировки, война есть продолжение политики другими средствами. Но, тем не менее, ситуация нуждалась в расследовании.
— Эти Слитые — они не присылали послов? — последнее слово Блейд произнес по-английски — такого термина в языке Гартанга попросту не существовало.
— Послов? — попытался повторить пленник. — Не понимаю!
Пришлось некоторое время растолковывать стражнику, кто такие «послы» и для чего они нужны.
— Ты говоришь странные вещи, марабут… Нет, Слитые никогда и никого не присылали. Они не задавали вопросов и не ждали ответов. Они просто нападали — когда считали это нужным.
— А почему же Великая не попыталась узнать, чем же недовольны ваши соседи? Ведь если Слитые настолько могущественны, воевать с ними может быть весьма опасно и весьма накладно! Не лучше ли заключить с ними мир?
— Заключить мир? — недоуменно повторил пленник. — Но такого никогда не было. Мы всегда воевали… всегда торговали…
— Быть может. Слитых не устраивают ваши цены?
— Мы ничего не меняли. Было выставлено обычное количество товара. За него была получена обычная плата.
— И, если не секрет, какая же?! — голос Тамар звенел от ненависти.
— Не секрет… то, что помогает заживлять раны, то, что помогает расти злакам на полях, то, что дают животным, чтобы они лучше плодились… инструменты, что режут сталь, точно дерево…
— Короче, лекарства, удобрения, медикаменты и сельскохозяйственная утварь, — подытожил на английском странник.
Что ж, весьма разумно. Интересно, зачем этим Слитым долгожив?
— Значит, что вызывало войну, тебе неведомо?
Пленный отрицательно помотал головой.
— А как это отразится на обитателях болот?
Воин неуклюже заерзал, стараясь не смотреть в полные беспощадного презрения глаза Тамар.
— Великая… понизит цены за корень-сырец… Они… ну, те, что с болот… получат меньше, чем обычно…
— Негодяй! — забывшись, Тамар рванулась вперед с явным намерением выцарапать несчастному парню глаза. Ее рука то ли невольно, то ли в пылу ярости вдавила спусковую скобу арбалета, и короткая стрела пропела свою высокую песнь смерти,
— Зачем! — Блейд резко повернулся к своей спутнице. Стражнику уже не помогло бы ничего — железный болт торчал точно из середины лба.
Тамар отвернулась. Ее побелевшие губы сжались в тонкую прямую линию.
— Извини, Ричард. Я не хотела его убивать… хотела только врезать как следует…
— Хотела, хотела! — зло передразнил ее странник. — Ты хотела, а парня уже не вернуть. И зачем я только дал тебе этот проклятый арбалет!
— Это же сухотник, — тихо и непреклонно произнесла. Тамар. — Мерзкий предатель-сухотник. Убить его — первейшая обязанность любого воина моего племени. Я исполнила то, что должна была исполнить… пусть немного раньше, чем хотелось бы, но…
— Никаких «но»!
— Ричард, ты что? — Тамар присела на корточки перед Блейдом, взяла его за руки, заглянула в глаза. — Ты жалеешь их, что ли? Жалеешь этих сухачей, которые едва не отправили нас к Болотным Хозяевам?
