Но покорно вернулся в кабину и прошел к консоли, смотря только на выключенный экран и никуда больше. Разбитые в кровь губы Джерри он, впрочем, все равно по пути заметил. Как и сбитые костяшки пальцев. Догадаться, что тут произошло, не составило труда: Джерри, наверняка вызванный по какому-нибудь мелкому вопросу, снова нагрубил или даже – безумец, не иначе! – полез в драку, судя по сбитым кулакам, а Аргза… В общем, неудивительно, что механик нарвался. Сильвенио после его пьяного признания о своей юношеской влюбленности заподозрил, что именно на такой исход их конфликта Джерри и напрашивался в последнее время, пока медленно, но верно выводил пирата из себя.
Через несколько хриплых вскриков Джерри обессиленно сполз по стене, а Аргза подошел к Сильвенио и оценивающе провел ладонью вверх по его спине. Он нырнул в сторону, избегая прикосновений, и подошел к Джерри, чтобы помочь ему встать. На Аргзу, в хлам пьяного, судя по шальному взгляду и пахнущему винными парами дыханию, он старался не обращать внимания.
– Ты в порядке? – спросил он у друга тихо.
Тот невнятно что-то промычал – похоже, это было извинение. За что, Сильвенио так и не понял, но все же с трудом поднял шатающегося механика на ноги, отмечая про себя с неудовольствием, что механик тоже весьма далек от трезвости.
– Зачем ты опять напился? – прошептал он, придерживая его за плечи. – Ты разве забыл, что дал мне обещание не прикасаться к алкоголю, пока это не случится?
Джерри вскинул на него взгляд, но ответить не успел. Аргза подошел сзади, на удивление беззвучно, и мощной затрещиной отправил Сильвенио в другой конец кабины. Потом, не церемонясь, пинком вышиб так и не обретшего способность нормально двигаться механика и заблокировал изнутри дверь. Глаза у него были совершенно мутные и дурные – то ли от злости, то ли от не до конца прошедшего возбуждения, то ли от того, что обеим этим эмоциям изрядно подливал масла в огонь алкоголь в крови.
– Так-так. – Аргза пнул его под ребра, вызывая одновременно пугающий хруст и отчаянный крик. – Что ты, черт возьми, делаешь?!
Сильвенио, корчась на полу от боли, начал лихорадочно размышлять, в чем он на этот раз виноват. Пришел к выводу, что Аргза разозлился из-за того, что он сейчас проигнорировал его так называемое приглашение, выраженное тем касанием, но… но мельком выцепив из затуманенного сознания общий поток мыслей варвара, он вдруг понял, что тот бесится совсем не из-за этого. А всего лишь из-за того, что он помог Джерри. Странно, очень странно. Неужели ревнивого варвара так задело равнодушие Сильвенио по отношению к тому, что он занимался этим с кем-то другим? Неужели он всерьез полагал, что Сильвенио так нравится считать эту «привилегию» исключительно своей?
Это было бы даже смешно, наверное, но в тот вечер ему определенно было не до смеха.
Утром у Аргзы предсказуемо наблюдалось похмелье: он был хмурый и периодически потирал виски. Сильвенио, еле ходивший после вчерашнего, не сказал ему ни слова, привычно скрываясь от любых разговоров за работой. Все тело ломило, про ребра и говорить нечего было, и двигался он с трудом. Дышал он хрипло и со свистом, но Контроль пока помогал мыслить ясно. Уж яснее, во всяком случае, чем мыслил сегодня заметно морщившийся даже от звука мягкого стучания пальцев по клавиатуре пират.
– Эй, – позвал Аргза, когда молчание затянулось. – Я был пьян вчера.
Сильвенио глянул на него с досадой, делая перерыв:
– Сир, не думаю, что упоминание столь очевидного факта сейчас актуально.
Аргза раздраженно дернул его за руку на себя, нахмурившись еще больше.
– Не выделывайся. Я имел в виду, что не слишком хорошо себя контролировал. И я не хотел на тебе срываться.
– Это такое извинение, милорд?
Короткий злой рык заставил его заткнуться и рефлекторно вжать голову в плечи в ожидании удара. Но Аргза, к его удивлению, только поднялся с кресла – и толкнул в него не ожидавшего этого Сильвенио. Затем наклонился, прицепил ему на грудь какое-то круглое устройство и зачем-то зажал ему ладонью рот.
– Мне проще делать так, чем потакать твоему новому пунктику насчет этих извинений. – Пират пугающе усмехнулся.
А потом без предупреждения ударил по кнопке включения, намеренно задев кулаком пострадавшие ребра.
На долгую минуту все вчерашние повреждения словно объяло пламя. Сильвенио закричал, вцепившись в подлокотники кресла до побелевших костяшек, но рука варвара продолжала зажимать ему рот, не позволяя орать слишком громко. Зато, когда Аргза наконец отпустил его, Сильвенио вдруг обнаружил, что никакой боли нет и в помине: мышцы и ребра срослись, ткани восстановились, исчезли даже синяки. Он покосился на устройство, вспыхнувшее напоследок снопом искр: теперь он узнал в нем одно из крайне редких и очень дорогих подпольных медицинских приспособлений, помогавших избавиться от относительно недавних повреждений за короткий срок. Достать такое считалось трудным делом даже для пиратов – Аргза наверняка собирался продать его за баснословные деньги.
Аргза выдернул его из своего кресла и снова уселся туда сам, с хрустом разминая шею.
– В расчете пока, – заявил варвар безапелляционно. – Не думай, что я буду проделывать такое часто.
Сильвенио отвернулся к консоли, пряча улыбку. Наверное, это тоже можно считать за своеобразную победу.
Джерри вечером уже на пороге комнаты механиков встретил его словами:
– Выходит, я зря переживал вчера, и он как-то тебя все-таки вылечил.
Сильвенио пожал плечами, потом кивнул и прошел внутрь, заперев за собой дверь. На всякий случай пошарил по комнате взглядом в поисках извечных пивных бутылок, но ничего не нашел и кивнул еще раз, уже одобрительно. От механика его жест не укрылся.
– Да успокойся ты, я не буду больше пить! Я прекрасно помню, что нам предстоит. И, кстати, свою часть работы я уже выполнил – пропаганда нашего плана прошла успешно. Рабочие с нами, солдат спрашивать не стал, потому что их-то, по-моему, как раз все на этом корабле устраивает.
– Хорошо. А ты сказал им, что мы не должны его убивать? Чтобы не было разочарований? Как-то мне не верится, что они… поддержат более гуманный путь решения проблемы…
Джерри непонятно улыбнулся, не отвечая. Сильвенио резко нахмурился:
– Джерри… Я уже говорил тебе, что…
– Что не собираешься участвовать в убийстве, я помню, да-да. Не боись, никто никого не убьет. Все будет хорошо и… кхм… гуманно. Верь мне, брат.
Сильвенио не то чтобы особенно верил, потому что рыжий механик явно что-то темнил. Но у него в общем и в целом просто не было выбора. Если он откажется
