Опытным путём, была также выявлена зона агрессии марионеток, за которую они по каким-то причинам не выходили. Как следствие, с той стороны не было каких-либо проблем до самого наступления.
— Пора. — Сабина расположилась в одной из самых удобных для обзора точек. С ее выбором никто не спорил, да и в целом каких либо осложнений в расположении как войск так и руководителей — не возникло. — Световой день не бесконечен, и пусть ещё солнце не заняло своего пика, но встречать в склепе Луну, мне бы не хотелось.
— Через семь минут выдвигаем передовые отряды. — проигнорировав поэтичные настрой старухи, продолжала курировать работу старших офицеров, Илона. — Малыми группами по двадцать бойцов, зачищаем пространство перед Зиккуратом.
— Принял.
— Понял-принял…
— Ну, во славу Совета! — привычно произнеся девиз ее государства, Илона отдала приказ артиллерии. — Первая, третья, пятая, седьмая, по своим квадратам — огонь!
По каналам связи посыпались ответы, а после раздались первые взрывы…
Артиллерия работала пять с половиной минут, отрабатывая свои участки.
Вскоре, произведя канонаду грохота и буквально изрешетив поверхность прилегающей зиккурату территории, наконец выдвинулись первые отряды зачистки.
Мобильные группы, в строгом соответствии со своим маршрутом, производили зачистку территории. Множеству безмолвных тварей, удалось пережить артобстрел. Однако с полным комплектом конечностей, Зараженных встречалось не так много.
Потому и вторая часть плана, проходила без потерь в живой силе и вскоре посыпались отчеты о том, что с поставленной задачей группы справились.
Далее в плане была переброска по установленным маршрутам пусть не многочисленной, но все же боевой техники. С помощью которой планировалась создать первичные рубежи обороны, непосредственно вблизи от самого зиккурата.
Закрепившись и на этом рубеже, Илона отдала приказ о перегруппировке войск. Можно было констатировать, что первая, пусть и самая простая часть плана, успешно была реализована.
— Есть зрительный контакт Госпожа. — отчитался по внутренней связи, один из ее офицеров.
— Отлично лейтенант, жду картинку. — ответила с небольшим волнением Илона.
Построение в относительной близости впечатляло даже через камеры ПК. Монументальность постройки, резкие черты и угловатость архитектуры наводили на скептические мысли. Однако отринув сомнения и неизбежный страх перед неизведанным, Илона продолжала работу.
После детального отчёта о расположении очередной группы, поступил первый тревожный сигнал…
* * *
Моцарт.
Более трёх лет прошло с того дня, когда огромная тварь, убила Алви и практически прикончила самого Моцарта. От того беспечного, постоянно улыбающегося парня практически ничего не осталось. Улей меняет людей. Даже таких как Моцарт.
Множество кластеров было исхожено, пока он брел по пути мести. Однако очередная, странная череда событий, так же внесла свои коррективы в его жизнь. Знакомство с Знахарем по имени Герольд — отчасти стало переломным. Тогда, став маленьким винтиком в чужой игре, его по сути, в очередной раз, вынесло на берег отчаяния и грусти, лишь чудом оградив от смерти.
В который, уже, раз.
Моцарт отчаянно топил свою грусть в алкоголе и даже разных, не совсем чистых, препаратах. Морально, без дальнейших планов на жизнь и поставив необходимость своего существования в Улье под сомнение, он вновь выгреб в очередное болото интриг.
Подписавшись по пьяни на первое попавшееся задание, он познакомился на нем с сотрудником Института.
Мазай оказался человеком увлекающимся и достаточно интересным. С ним было весело как пить, так и травить байки, на которые тот был особенно падок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Однако, будучи любимчиком фортуны, Моцарт в очередной раз завел судьбоносное для себя знакомство.
Институтский сотрудник, словно ведомый рукой некого, явно лишенного фантазии автора, так же оказался не чуждым его переживаниям, человеком.
На очередной попойке, он с грустью, не понятого обществом индивидуума, поведал Моцарту о своей страшной тайне-страсти. Которая, естественно абсолютно точно, пересекалась с личной трагедией самого Иммунного.
Поражаясь столь колоссальными совпадениями, Моцарт в прямом смысле, потерял дар речи. А после и вовсе впал в настоящую, все сметающую истерику, высвобождающую все накопленные переживания через смех и слёзы.
Лишь спустя какое-то время, пройдя в себя, Моцарт подробно рассказал собственную Историю.
Совпадениями подобного порядка грешит Улей, Вселенная и Бог. А значит никак, кроме проведением их знакомство нельзя было назвать. Следуя подобным рассуждениям, и естественно подержанный Мазаем Моцарт, поступил на службу в институт.
Несколько небольших заданий, по типу — проследи, сопроводи, убереги, способствовали для Моцарта, обретением настоящего, нового смысла жизни. Работа на институт, была сродни его жизни в стабе Монетный, где были свои сложности, но по большому счету, он вновь стал счастливым, ведь он вновь мог стать частью чего-то большего.
И когда их со ставшим постоянным напарником, Мазаем, отправили в боевом отряде, для сражения с некой странной хренью, что по сути разбередила весь регион, он отнесся к этому как к очередному приключению.
Однако когда он увидел масштабы сего действа, Моцарт изменил своё мнение. Он вновь влез во что-то эпическое, и явно претендующее на звание «Заруба десятилетия». И со временем его уверенность лишь крепла.
Их отряд находился на третьей точке приема Монстров. Складские Ангары прилегающего к основным действиям кластера, достаточно быстро и грамотно удалось превратить в петляющий тир. Где по широкой ленте-пути, двигались постоянно прибывающие толпы Зараженных. А сотня стрелков, из удобных точек дотов, вели успешный отстрел неугомонных. С малыми перерывами они вели бои, уже вторые сутки. Благо с численным составом не было существенного затыка, как следствие его переодически меняли на отдохнувшего бойца, отправляя в свою очередь самого Моцарта на расслабляющие мероприятия. В виде сна еды и туалета.
* * *
— Их все больше и больше, не? — глухо пробубнил Мазай, в растрепанную бороду.
— Словно мухи на говно… — Моцарт тоже заметил, что интенсивность стрельбы возросла.
— Как думаешь кто там, ну, на севере? — сбивая двумя одиночными, очередную юрку мишень, Мазай хоть как-то пытался развлечься разговорами.
— Мужики говорят, там целый гарем из нимф.
— А я не верю в это. Ну какой гарем? Кто будет их годами собирать по региону? Воспитывать. Учить работать слаженно, причём так, что его ещё заранее никто не спалит.
— Очевидно кто-то из старых. Хват, сошедший с ума. Не хотел бы встретить такого. — приподнялся в доте Моцарт, так как в очередной раз, нашлась работа и для него.
— Здорово разлетелась… — прокомментировал взрыв черепной коробки топтуна, Мазай.
— А я думаю, там все же сошедший с ума дед. Я от «чёрных» слышал, что тут воду мутит какой-то Великий Знахарь.
— И нахрена ему все это? — не унимаулся Мазай.
— Иди, пойми, что в голове у чувака, что три-четыре сотни лет прожил.
— Ну, если дед строит мавзолей — то это явно идейный дед. Я считаю… Просто нахрена это все ему?
— Если в плен попадёт живым — узнаем… Ох ты, какой красавец… — Моцарт вновь приподнялся, однако в этот раз им срочно требовалось подкрепление.
