Они поужинали и решили сразу лечь спать, не было настроения чем-либо заниматься. Так они пролежали молча полчаса, каждый думал о своем. И вот Джейк, поворачиваясь с одного бока на другой, случайно коснулся спины Джулии. И сразу же почувствовал страстный и призывный отклик женского тела. Новое прикосновение, и новый отклик. Теперь уже у него не было сомнения, Джулия ждет продолжения. Он начал гладить ей спину, в ответ — страстное дыхание. Джейк переместил руку в другое место, Джулия не выдержала, повернулась и заключила его в горячие объятия. Последовавшая бурная страсть длилась недолго, но она начисто, словно стремительный водный поток, который сметает разбросанный мусор с мостовой, очистила их души от переживаний, связанных со смертью Уинстона Джексона.
Затем Джейк быстро заснул, а Джулии все не спалось. Несмотря на успокоение, наступившее после взаимной страсти, она постоянно поворачивалась с одного бока на другой и думала, то о них с Джейком, то о скоропостижно скончавшемся Уинстоне Джексоне. Наконец, и она заснула.
Ей снились их будущие дети — мальчик и девочка. Она сидела с дочкой под высоким деревом, и вплетала в ее шелковистые волосы ленточки. В это время непоседливый сынишка карабкался вверх по дереву. Он уже поднялся высоко, и Джулия начала волноваться за него. Ей приходилось одновременно следить за сыном и завязывать красивые узелки в волосах дочки. Непослушный сорванец поднялся настолько высоко, что Джулия перестала его видеть, из-за густых веток. Она подняла голову вверх и, придерживая рукой шляпку, закричала: «Джейк, вернись!» Закричала, и проснулась…
Джулия сидела на кровати и удивленно оглядывалась по сторонам. Какая жалость, что это был лишь сон! Джулия опять легла и постаралась снова заснуть, чтобы досмотреть этот сон. Однако сон не приходил. Она прижалась к спине Джейка, в надежде быстро заснуть, и от неожиданности отпрянула прочь. Джейк показался ей очень холодным! Джулия не на шутку испугалась, — только этого еще не хватало. Все же, она нашла в себе силы и не стала будить Джейка, внимательно присмотрелась к нему и, убедившись, что он дышит, успокоилась. Однако сон окончательно развеялся. Джулия так и не смогла заснуть до утра. Пройдет месяц и она узнает, что беременна.
Глава 23
В нелегких буднях полицейского все же бывают безмятежные минуты — в это время просто нет срочных вызовов. Каждый полицейский в такое время пытался каким-то образом отдохнуть, расслабиться, заняться интересным делом. Некоторые полицейские любили просто поболтать друг с другом и спокойно покурить, другие устроили в подвальном помещении тир для метания дротиков в мишень, третьи смотрели развлекательные передачи по телевизору. Был в отделении полицейский, который вел себя в такое время весьма оригинально. Он укладывался на единственную в общем зале кушетку, закрывал глаза и занимался психорегуляцией. Вначале он был предметом всеобщих насмешек, однако, потом все привыкли к такой форме отдыха своего коллеги. Сам же полицейский говорил, что психорегуляция помогает ему прекрасно отдохнуть, и предлагал другим последовать его примеру. Немногие отважились, но толком у них ничего не получилось.
Сейчас свободный период выдался и у Питера Саммерса. Раньше он отдыхал, как и большинство полицейских. Больше всего ему нравилось метать дротики в цель. Не раз он становился победителем турниров, главным призом, в которых была банка пива. Потом больше ему стали нравиться беспечные разговоры с коллегами, видимо, начал сказываться возраст. Однажды Саммерс попробовал заняться психорегуляцией, но попытка оказалась неудачной. Он заснул почти мгновенно, как только лег на кушетку и попытался произнести первые слова аутогенной тренировки. Разбудил его срочный вызов — был ограблен очередной магазин. После этого кратковременного сна у Саммерса до самого вечера болела голова, и больше заниматься психорегуляцией он не стал.
Однако все это было в прошлом. В последнее время Саммерс думал только о необычном ограблении банка. Мысли об ограблении и невозможности схватить преступника полностью измучили его. У него постоянно, с периодичностью в несколько дней, происходила смена настроения: то в его голове внезапно появлялась очередная идея, которая должна помочь поймать настоящего грабителя, и Саммерс испытывал прилив сил, то приходило понимание бесперспективности этой идей, и наступала депрессия.
Сейчас Саммерс тяжело переживал крах своей идеи о применении гипноза при ограблении банка. Какая жалость: красивая была идея! Как надеялся он, что это приведет его к долгожданному успеху. И как тяжело он переживал неудачу. И все же визит к профессору Марку Шустеру не прошел даром. Саммерс каким-то необъяснимым образом, начал чувствовать, что приближается к пониманию преступления, его механизмов. Вот только, сколько еще мучиться, в какой стороне искать ниточку, ведущую к преступнику? Возможно, поможет встреча с профессором Франкоером, а, может быть, эта встреча не приблизит его к раскрытию преступления? Мысли в голове Саммерса двигались все медленнее, настроение ухудшалось, сказывались утомление, накопившееся за долгие годы работы в полиции, и неудача в расследовании дела об ограблении банка.
Внезапно прозвучавшие звуки сирены срочного вызова вывели Саммерса из состояния апатии. Захват заложников, стрельба и паника. Нужно было срочно принимать меры. Свободными оказались Саммерс с Хаппелом и детектив Коннер со своим напарником. Они и выехали по указанному адресу.
Через несколько минут машины с полицейскими уже подъезжали к дому, где разыгрывалась трагедия. Типичный четырехэтажный дом для людей с низким достатком. Длинные коридоры с маленькими квартирками, причудливые винтовые лестницы с обоих концов дома.
Около дома уже находились несколько полицейских, вокруг были развешены пестрые ленты ограждения. Один из полицейских рассказал Саммерсу, что на третьем этаже в квартире номер сто сорок пять забаррикадировался некто Альфредо Сикейрос, выходец из Мексики. Он вооружен и удерживает в качестве заложников членов своей семьи — жену и двух сыновей. Выяснилось, что накануне Сикейрос в очередной раз обанкротился, это, видимо, и послужило причиной захвата в заложники своих родных.
Уже прозвучало два выстрела, однако требований, выдвигаемых захватчиком, никто не знал. Не известна была и обстановка в квартире с заложниками. Как только началась стрельба, хозяева дома вызвали полицию, и они совместными усилиями провели эвакуацию остальных жильцов дома. В переговоры никто не вступал.
Саммерс поблагодарил полицейских за грамотные действия и попросил мегафон. Поднес к губам мегафон и громко, чтобы было хорошо слышно на третьем этаже, прокричал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
