ногами. Если
мы закрываем глаза на что-то, если мы не хотим видеть того, что не увидеть трудно, то у нас
садится зрение.
Множество психосоматических заболеваний имеют корни в не выстроенных должным образом отношениях с родителями.
В нашей шишковидной железе постоянно происходит слияние и деление клеток. Это мамины и папины клеточки. За счет них мы обновляемся и живем.
Поэтому, если у нас есть незакрытые отношения с родителями, это значит, что:
• мы что-то где-то им недосказали;
• мы в чем-то боимся их обидеть или сами обиделись на родителей;
• у нас остались какие-то не решенные в детстве вопросы;
• мы считаем, что родители когда-то нас не благословили, не дали нам любви, гармонии, баланса, чувства безопасности;
• мы ищем то, что было нами недополучено от родителей, в своих партнерах.
Мать не утрачивает эмоциональную связь с ребенком в течение всей его и своей жизни. Ребенок для матери всегда ребенок. Перинатальный период, конечно же, отличается от того времени, когда твоему ребенку уже стукнуло 40 лет. Но все равно мама «на кончиках пальцев» выстраивает отношения с ребенком в течение всего жизненного цикла, полностью перестраивая себя в каждой роли. Она понимает, что, когда ребенку уже 40 лет, говорить, что «я тебя титькой кормила», нелепо. Для отношений взрослых людей эта позиция – слишком инфантильная.
Почему я настаиваю на том, что отношения с родителями нужно тщательно выстроить? Есть несколько основных причин сделать это не откладывая.
Первая причина. Невыстроенные отношения с родителями всегда означают неизбежную компенсацию этих отношений с партнером. Если идет компенсация, то мы либо служим партнеру и, прислуживая, тем самым взращиваем себе хозяина, добровольно становясь его слугой, либо, наоборот, становимся агрессорами и ищем себе слугу, на котором будем вымещать свой гнев за то, что не смогли сделать в свое время с родителями. Это совсем не то, что мы называем гармоничными отношениями. В итоге в обоих случаях любой из партнеров наступает на свои ценности, а значит, плата будет неизбежной. Какая это обычно плата? Деньги, здоровье, отношения, качество жизни – все, что в принципе важно для любого человека.
Вторая очень важная причина. Если у нас не выстроены отношения с родителями, то не выстроена и наша социальная реализация. Не выстроены отношения с людьми: деловыми партнерами, коллегами, соседями и родственниками мужа.
И наконец, третье. Это денежный эквивалент наших талантов. Сколько нам будут платить? Ведь если у нас в отношениях с родителями не выстроены взаимные границы, мы можем лишь бессмысленно раздавать все свои деньги. У нас дома может быть постоянное общежитие из родственников супруга или друзей.
Границы приемлемых взаимоотношений у нас гибкие, размытые или вовсе отсутствуют. Появятся вопросы с самооценкой, ведь у нас можно взять и не отдать – и кто мы после этого? Или, наоборот, мы выстроили такие барьеры, что «аж до небес!». Тогда еще хуже – у нас в доме вообще никого нет. Из-за наших завышенных стандартов к нам никто не приходит. Мы становимся одинокими в окружающем мире, потому что дома мы привыкли постоянно чувствовать одиночество.
Давайте представим себе, что некая Ольга в детстве была свидетелем того, как ее очень успешная, дисциплинированная, организованная мама демонстрировала детям прекрасную ролевую модель сильной и волевой женщины, которая всего в этой жизни достигла сама: медали, награды, регалии, уважение коллег, деньги. Это та самая русская женщина, которая и коня на скаку остановит, и в горящую избу войдет. Чаще бывает, что такие женщины одиноки и самодостаточны. Но в семье Ольги рядом с мамой был папа, который фактически был ее тенью. Скорее всего, мама каждый раз при взаимодействии с отцом сознательно или неосознанно демонстрировала свое превосходство и пренебрежительное отношение к мужчинам. Например, могли звучать фразы: «Да что ты можешь?», «На тебя надеяться невозможно!», «Ты же такие копейки зарабатываешь!», «А тебя вообще спрашивали?». Подобное любой из нас мог слышать от своих родителей. Даже если звучали такие высказывания не часто, все равно могли отложиться, стать важными и оказать на нас влияние.
И вот у девочки формируется представление, что мужчина – слабый. Ее любимый, первый в жизни мужчина – это слабый человек, который ничего не может. А женщина (любая, необязательно такая, как мама) – сильная, успешная и всегда права. Она работает и дает результат, она главный авторитет, она добытчица. Мужчина же скорее приспособленец, его нужно поддерживать, контролировать и опекать. Дети любят своих родителей, и неудивительно, что слова мамы в какой-то момент вызывают жалость и сочувствие к отцу. Постепенно Ольга начинает испытывать такие чувства ко всем мужчинам. Впоследствии она вырастает спасительницей: ей жалко мужчин, ей хочется их поддержать, на своих плечах вознести в рай, и, соответственно, она подобных, подходящих к своей ролевой модели, мужчин ищет и чувствует рядом с ними свою невероятную ценность. Потому что при такой маме она, конечно же, переняла ролевую модель унижения мужчины.
Жалость и спасение, как и неверие в чьи-то силы, тоже форма унижения.
Что же у нас получается? В той среде, где росла и развивалась наша девочка Оля, была предложена неуважительная ролевая модель отношения к мужчинам. Мужчина – слабый. Относимся мы к нему, не скрывая, как к человеку, который сам за жену постоять не может, деньги зарабатывать не умеет. А если этот «слабый муж», опечаленный таким положением, в конечном итоге находит другую женщину, любовницу, он становится еще и неблагодарной сволочью. Возможно, вам известны истории, когда мужчина, «попав в добрые руки», сильно менялся, начинал зарабатывать деньги, делать карьеру. Так вот, это происходит только потому, что там к нему не относились как к «недочеловеку» и слабому существу.
Таким образом, в какую бы сторону мы ни пошли, везде получаем негативную оценку мужчины. Отец Ольги, к слову (это реальный случай из практики), оказался верным и порядочным человеком, который остался рядом с мамой несмотря ни на что.
Но наша девочка выросла и вошла во взрослую жизнь именно с таким отношением к партнеру, что мужчины – слабаки. И конечно же, когда она пытается выстроить отношения, у нее сразу проявляется доминирующая система. В этой системе координат нарисован только график: «я и мои отношения – мужчины-слабаки». Красной нитью раз за разом прописываются только одна история и только один сценарий.
Одна часть Ольги не хочет встречать слабых мужчин, другая же знает только этот, изначально предложенный вариант, а иной построить – нет ни чертежей, ни представления, как может быть иначе. Тем самым из всего многообразия различных мужчин, которые ходят по
