защемило еще сильнее. Мне показалось, что еще никогда в жизни я не чувствовала себя настолько одинокой.
Выключила телевизор и в полной темноте на ощупь пошла в свою комнату. Зажгла свет и распахнула дверцы платяного шкафа. Переоделась в джинсы и теплый джемпер, выключила лампу и, подсвечивая себе путь телефоном, выскользнула в коридор. Знаю, это было настоящим безумием отправиться одной в новогоднюю ночь в центр города. Но стены в тихой квартире так давили… Я натянула куртку и шапку, зашнуровала ботинки и, схватив с тумбочки ключи от квартиры, выскочила на лестничную площадку.
Я боялась, что на улице каждый второй окажется нетрезвым неадекватом, но, на удивление, мне везло. По пути попадались только улыбчивые счастливые люди, которые желали друг другу счастья. Это меня воодушевило, и я ускорила шаг.
Но скоро произошел большой облом: решила срезать, чтобы скорее попасть на площадь и встретить Новый год под бой городских курантов, однако один из дворов в эту ночь оказался закрытым. Пришлось возвращаться. Я достала из кармана телефон и посмотрела на экран. До полуночи оставалось всего пятнадцать минут. Я побежала. Метнувшись в какой-то узкий переулок, поняла, что заблудилась. Никогда здесь раньше не была. Как выйти к площади? Меня охватила паника.
– Блин! – выкрикнула я нервно, думая, что нахожусь здесь абсолютно одна.
Но когда кто-то закрыл горячими ладонями мои глаза, захотелось заверещать еще громче. Догулялась…
– Что за шутки? – дрожащим от страха голосом поинтересовалась я.
Услышав знакомый хрипловатый смех над ухом, я задохнулась от возмущения:
– Кайзер, ты сдурел, что ли, так пугать?
Убрала от лица чужие руки и резко развернулась. Роберт стоял передо мной с широкой искренней улыбкой. Боже, как я была счастлива увидеть знакомое лицо в эту минуту… Но после пережитого секундного страха все-таки налетела на Роба с кулаками:
– Ты – болван! Чуть сердце не остановилось. Что тут делаешь?
– То же самое хотел спросить у тебя, Дэнни. Бог мой, какая кровожадная девчонка! Я тебе, определенно, нравлюсь…
Сердито уставилась на парня.
– «Я смотрю на тебя, ты глядишь на меня – искра, буря, безумие»[6]. Бум! – насмешливо процитировал Кайзер, щелкнув перед моим носом пальцами.
– Бум? Ты совсем дурачина, что ли? Я заблудилась, ясно? Хотела встретить Новый год на площади.
– Одна? – удивился Роберт.
– Ну не с тобой же, Кайзер! – язвительно ответила я.
– Знаешь, Севастьянова, судя по времени, встретишь ты его именно со мной!
– Как? А сколько осталось минут? – ахнула я, разворачиваясь.
Но Роб легонько схватил меня за капюшон куртки и насмешливо пропел:
– «Пять минут, пять минут… бой часов раздастся вскоре…»[7] – Дэнни, чего ты пыжишься? Все равно не успеем!
– Сам ты пыжишься! – проворчала я, пытаясь высвободиться: Роберт по-прежнему придерживал меня за капюшон. – Чего вообще пристал?
Роб невозмутимо посмотрел на наручные часы.
– Четыре минуты…
– А ты почему не на даче у Елесина? – спросила я.
– Я не общаюсь с Климом вне школы, – ответил он. – И как раз сейчас шел к своим друзьям, но немного припозднился…
– Припозднился! – фыркнула я. – Да ты, голубчик, конкретно опоздал!
– Три минуты… Дэнни, у меня в рюкзаке есть бутылка шампанского.
– Поздравляю!
– Спасибо! И еще горькая шоколадка.
– Какая прелесть! Но мне – пофиг.
– Ты всегда такая злючка под Новый год?
– Я всегда такая злючка с тобой, потому что ты меня…
– Тсс, Дэнни! Взаимно. Я тебя тоже просто боготворю… Осталось две минуты.
Вдалеке послышался смех и громкие голоса. Мы с Робертом продолжали стоять вдвоем в темном узком переулке. С черного неба редкими хлопьями сыпал легкий пушистый снег. Парень, вытянув перед собой руку, продолжал с важным видом гипнотизировать часы. Некоторое время я молчала, а затем ехидно поинтересовалась:
– А ты уверен, что они у тебя правильно идут?
– Одна минута… – вместо ответа сообщил Кайзер.
И опять – далекий чужой смех, обрывки фраз, обратный отсчет… Внезапно Роберт раскинул руки в стороны и проговорил:
– Родная, иди ко мне!
– С Новым годом! У-у-у! – донеслось до нас.
Я сделала несмелый шаг к Кайзеру, и одноклассник тотчас заключил меня в объятия.
– Шут гороховый, – сказала я, уткнувшись в его холодную куртку.
– С Новым годом, Даша, – склонив голову, негромко произнес Роберт мне на ухо.
А я в ответ обняла его еще крепче.
В этот момент небо над нашими головами вспыхнуло ярким пламенем.
– Кто бы мог подумать, что Новый год мы встретим вот так, правда, Дэнни? – сквозь грохот фейерверков весело спросил Роберт.
– Угу! – откликнулась я.
Хотелось, не переставая, улыбаться.
– А ты знаешь, как Новый год встретишь… – начал Роб.
– Да боже упаси! – рассмеялась я, почувствовав себя счастливой.
– Надеюсь, мы загадали одно желание, – нахально подмигнул мне парень и опять обнял. – А где твои варежки, Севастьянова?
– Забыла дома… Кайзер!
– Толкай пальцы в рукава моей куртки. Ну же, Дэнни, быстрей!
Так, под непрекращающиеся разноцветные залпы, мы простояли, обнявшись, еще несколько минут.
После Роб предложил отправиться вместе с ним к его друзьям. Но я была вынуждена отказать – если бы мама проснулась и не обнаружила свою дочь в квартире, мне бы могло здорово влететь. Тогда Кайзер решил проводить меня до дома.
Уже возле подъезд, Роберт полез в рюкзак.
– Держи, Дэнни, – протянул он мне два мандарина. – Знаешь, какие сладкие?
– Проверю, – кивнула я, взяв из рук парня цитрусовые. – Ты всегда холодильник с собой носишь?
– Ага, – невозмутимо отозвался он. – Холодец будешь?
– Дурак! – нахмурилась я. – Спасибо, что проводил. Хорошо отпразднуй со своими друзьями. С наступившим!
– Пока, Дэнни!
– Пока, Роберт!
Кайзер отсалютовал мне двумя пальцами и быстро направился прочь со двора. Я вошла в темный холодный подъезд и, поднимаясь по лестнице, на ходу начала чистить небольшой сочный фрукт.
И в ту же секунду снова сладко запахло мандаринами, праздником и надеждами.
12 января 20…8
До сих пор не распаковывала подарки, которые отец прислал с курьером на Новый год. Несколько объемных пакетов еще валяются возле кровати. Мама говорит, что мои обиды – это детский сад. А меня даже не тянет узнать, что находится внутри. Впервые все равно.
После праздников папа, безусловно чувствуя вину, стал звонить гораздо чаще. Но разговоры у нас не клеятся. Скомканные и сухие. Странно, что так долго дуюсь на отца, но простить его пока не получается. Слишком много себе напридумывала. Сама виновата.
15 января 20…8
Удивительно, но с началом нового полугодия не проходит и дня, чтобы по вечерам мы не списывались с Витой. Помню, Викуля расхваливала новенькую, как очень интересную собеседницу… И это оказалось правдой. Вчерашний выходной мы провели вместе. Рыжая пригласила меня на каток.
Поначалу Вита вообще предложила прогуляться парами. С Филом она так и не рассталась. Я и не знаю, состоялся ли между ними откровенный разговор. Стеснялась спрашивать. Вита в гимназии выглядит очень довольной, из чего я сделала вывод, что она даже не в курсе, что мысли о разрыве посещали голову Гурьева…
Совместную прогулку я сразу отмела. После того как мы с Робертом встретили вместе Новый год, я старалась избегать парня. Тогда, под взрывы фейерверков, во мне тоже что-то громко щелкнуло. Переклинило.
Но
