Читаем без скачивания Фантастичнее вымысла - Чак Паланик

Когда возвращаешься домой, то чувствуешь, как салон автомобиля насквозь пропитался этим запахом, и поэтому понимаешь, что нужно все как следует вымыть.

Расти и Мерфи, собак, которые помогали Мишель отыскивать тела погибших, – уже нет в живых, как и тех, кого они когда-то находили. Мерфи перестали брать с собой, когда ему исполнилось четырнадцать с половиной лет, после того, как у него качались проблемы с позвоночником, которые продолжались еще три года. Расти ушел на покой, когда у него отказали почки.

Мишель смотрит на фотографии – на них изображен Йоги, которого обнимают дети. И рассказывает о девочке, которую встретила в Тегусигальпе. Ее ноги были покрыты незаживающими язвами. Девочка зачерпывала воду из грязной лужи. Мишель бросила ей в чашку с водой дезинфицирующие таблетки. Какой-то журналист стал втирать девчушке в кожу ног бактерицидную мазь.

– Нам приходилось бывать в самых разных местах. Там, куда мы приходили, все начинали улыбаться, завидев Йоги, – рассказывает Мишель. – Если мы где-нибудь останавливались, то люди, как мошкара, облепляли нас и все хотели потрогать Йоги. «Dame lo! Dame lo! Дай мне его!» – без конца повторяли они. А ему это очень нравилось. Он обожает внимание. Уверена, он понимает важность работы, которую выполняет. Я все время пыталась это ему втолковать: «Это очень важно. Ты делаешь для людей очень хорошее дело».

На фотографии с обрушившимся футбольным полем Мишель показывает на толпу людей, стоящих у самого края провала.

– Люди стояли возле самого края бывшего футбольного поля и просто наблюдали за нами, а один маленький мальчик сказал по-английски «спасибо».

Она рассказывает:

– У меня в таких случаях тут же навертываются на глаза слезы. Я слишком сильно реагирую на проявления человеческих чувств.

Она смотрит на следующую фотографию и улыбается:

– Мы поехали в сиротский приют, чтобы немного подбодрить собак. Кто-нибудь из детей убегал и прятался, а наши собаки должны были найти его.

А это остров. Мы ехали два часа по разбитым дорогам с бесчисленными поворотами и разворотами в ржавом кузове самосвала. Мы нашли три тела, – комментирует она очередной снимок. Затем гладит Йоги и говорит: – Наверное, эта работа состарила его. Он повидал и понюхал всего столько, сколько не видел и не нюхал ни один двухлетний пес.

На снимке из другого фотоальбома Йоги сидит рядом с исхудавшими, улыбающимися мужчинами.

– Я верю в бодхисатв, – говорит Мишель. – В буддизме это существа, постигшие просветление, которые вернулись к людям, чтобы помогать им. Я думаю, назначение жизни Йоги состоит в том, чтобы помочь мне стать лучше и творить добрые дела. Мне было бы нелегко решиться прийти в хоспис, но вместе с ним это место стало для меня вторым домом.

По поводу хосписа для больных СПИДом, куда она теперь приходит вместе с Йоги, Мишель говорит:

– Мне хотелось чего-то нелегкого и значимого, и от многих людей мне стало известно о хосписе «Наш дом». Сначала я поинтересовалась, не желают ли они, чтобы с ними кто-нибудь позанимался рэйки, но они ответили, что им это не нужно. Затем я сказала, что у меня есть вот эта замечательная собака, и они попросили меня прийти. Так все и началось. Мы стали приходить туда каждую неделю.

Многие из них когда-то лишились домашних животных, – говорит она. – Иногда дает о себе знать паллиативный фактор: Ну, если бы у меня дома было любимое животное, то я, может быть, и не попал бы в «Наш дом». А потом животное умирает, и от этого человеку становится очень тяжело. Любой, кто живет в этом хосписе, в чем-то является изгнанником. Они потеряли по меньшей мере одного любимого человека. В плане материальном они все лишились дома и имущества.

Это часть его работы, – говорит Мишель, почесывая Йоги за ушами. – Приносить успокоение. Именно это я имела в виду, когда говорила о бодхисатвах. Помощь людям, возможность приносить успокоение, пожалуй, даже важнее, чем собственное благополучие.

Поездка в Гондурас стала по-настоящему продуктивным моментом моей жизни. Своего рода водоразделом. Может, в чем-то даже пиком. Пока я находилась там, то ни разу не задумывалась о том, какова цель моей работы, потому что все было и без того ясно. В это просто погружаешься полностью, отдаешь делу себя всю, без остатка.

Сейчас обе собаки спят на креслах в сером доме на окраине, похожем на ранчо. За стеклянными раздвижными дверьми находится задний двор, весь в комьях земли, оставленных резвившимися там собаками.

– До поездки в Гондурас я окончила школу, – сообщает Мишель. – Я совсем недавно получила степень магистра и ушла из «Хьюлет-Паккард». Я подумала: «Эй, где-то там есть огромный многомерный мир, который кто-то пытается вписать в уродливую корпоративную культуру». Что же означает слово там? Один день поисковых работ в Гондурасе – я не раз об этом задумывалась, пока была там, – куда важнее, чем двадцать лет жизни в мире корпоративной культуры.

Это так прекрасно, – говорит Мишель. – Какая-то часть меня все так же плачет, когда я вижу, как собака работает, будь то поводырь у слепых или мой Йоги, когда он делает все, что только в его силах. Я с благоговением наблюдаю за их стараниями.

Она закрывает альбом со сделанными в Тегусигальпе и в самом Гондурасе снимками, снимками последствий урагана Митч, и кладет его на стол к другим таким альбомам.

Она говорит:

– Это продолжалось всего восемь дней. Думаю, мы сделали все, что могли.

Человеку свойственно ошибаться

Вы, вероятно, видели Брайана Уокера по телезизору. Если нет, то наверняка слышали его по радио. Вы могли видеть его во время беседы с Конаном О'Брайеном или в передаче «Доброе утро, Америка». Или когда-нибудь утром видели вместе с Говардом Стерном.

Он – тот самый парень. Первый человек, который построил собственную ракету – да-да, у себя дома, на заднем дворе, в Бенде, штат Орегон, чтобы слетать на ней в космическое пространство.

Он называет себя Парнем-с-Ракетой.

Да, конечно. Тот самый парень.

Теперь вы вспомнили. В сотнях радио– и телевизионных передач, в журнальных и газетных статьях вы уже про это наслышаны. Про то, что его ракета сделана из плексигласа, приводится в движение девяностопроцентным раствором перекиси водорода, которая соприкасается с покрытым серебром экраном.

– Это что-то вроде химической реакции, – ответит вам Парень-с-Ракетой. – Это все равно что соединить уксус с пищевой содой. Пероксид при соединении с серебром вызывает каталитическую конверсию, в результате которой образуется пар. Пар расширяется. Пероксид превращается в перегретый пар с температурой примерно тысяча триста градусов и в шестьсот раз увеличивается в объеме.

Взрыв сжатого воздуха способствует старту ракеты. Она взлетает на высоту пятидесяти миль, затем начинает падать вниз, и ее падение замедляется специальным парусом-парашютом.

Брайан – богатый человек, изобретатель игрушек. Он обручен с русской женщиной, с которой познакомился через Интернет и с которой встречался, проходя предполетную подготовку вместе с русскими космонавтами.

Да, вы, конечно же, слышали о нем и о его проекте под названием «RUSH» (Rapid Up Super High – Суперскоростной полет). Этот парень окончил всего лишь среднюю школу. Вы, возможно, слышали о нем в радиошоу Арта Белла и после этого послали ему письмо по электронной почте. Если вы это сделали, то наверняка получили от него ответ. Парень-с-Ракетой отвечает на тысячи таких электронных посланий. В электронных письмах люди спрашивают совета относительно своих изобретений. Рассказывают ему о том, как их детям нравятся его игрушки. И что удивительно – он вам ответил. Может статься, даже прислал свою игрушку.

Он – ваш герой. Или же вы, напротив, считаете его хвастливым шарлатаном.

Да, этот парень… Что же с ним случилось?

Да ничего не случилось, никуда он не делся.

Он здесь. И в то же время не здесь.

Если вы отправили ему электронное письмо – его адрес: www.rocket.guy.com, – то он скорее всего сидит за компьютером. Если вы отправили ему электронное письмо, то вы становитесь небольшой частью большой проблемы.

В декабре 2001 года Парень-с-Ракетой работал в своей мастерской над гидравлическим подъемником трейлера, на котором можно довезти ракету на взлетную площадку. Температура на улице под тридцать градусов по Фаренгейту, снега навалило по самую щиколотку. Двенадцать акров земли, на которых обитает Брайан Уокер, раскинулись совсем недалеко от центра города, не успеешь песню допеть, как домчишь до него. Это в основном каменистая почва вулканического происхождения и сосны. Сам Брайан живет в большой бревенчатой хижине. Если спуститься с холма немного вниз, можно прийти к его гаражу и мастерской. Неподалеку от них находится его «Ракетный сад», где выставлены изготовленные им приспособления для полета в ближний космос.