— Я, — ответил король. — Так мы и познакомились.
Имоджин пыталась что-то проглотить и как-то определить свое отношение к мужу.
Двадцать шесть лет — и уже один из самых выдающихся воинов. Непобедимый рыцарь, прекрасно разбирающийся в военном деле.
Она назвала его ничтожеством и тем смертельно оскорбила. Но ей придется поступить именно так, если он попытается нарушить их соглашение. Девушка опять задрожала, и Фицроджер обратился к ней:
— Имоджин, ты ничего не ешь, тебе нужно непременно хотя бы немного перекусить.
Имоджин положила в рот кусочек цыпленка в шафрановом соусе, заставила себя прожевать его и проглотить, хотя ее желудок всячески протестовал.
Фицроджер нахмурился и положил свою теплую руку на ее холодную миниатюрную ручку. Ей было приятно его прикосновение, но Имоджин все равно расценила этот жест как покушение на ее свободу и вырвала у него руку. Он снова наполнил рубиновый сосуд и протянул его ей.
— Тогда выпей, — предложил Фицроджер.
Имоджин повиновалась. Ее волнение привлекало внимание мужа, а ей не хотелось этого, поэтому она, слушая музыкантов и любуясь акробатами, попыталась выглядеть спокойной и счастливой.
Девушка попыталась улыбнуться, и от этих попыток у нее заныли мышцы лица. Ей уже хотелось, чтобы все поскорее закончилось, но ее беспокоило, что же будет дальше…
Имоджин казалось, что на этом пиру только у нее одной было плохое настроение.
На столе было хорошее вино и прекрасные закуски, и все мужчины много ели и еще больше пили. Может. Фицроджер напьется, подумала она. Имоджин следила за кубком, который они делили друг с другом, но он пил весьма умеренно.
Наконец все кончили закусывать, и на столе появилось множество отличных вин. Все это было из Клива.
От жуткого стука барабанов, звучания флейт, хохота и выкриков у Имоджин просто раскалывалась голова.
Фицроджер обратился к ней.
— Нам пора все заканчивать, — сказал он так, будто у него был иной выбор и он мог заняться массой более интересных для него дел. — Король любезно предложил нам занять главную комнату. Ту самую, которая принадлежала твоему отцу. Прислуга ждет тебя наверху. И ничего не бойся. Только король и еще несколько его приближенных увидят наше брачное ложе. Мне кажется, не имеет смысла просить отца Фульфгана, чтобы он благословил его.
— Тебе не следует смеяться над священником, — сердито заметила Имоджин, пытаясь скрыть под злостью свое паническое настроение, сжимавшее словно железной рукой ее сердце. — Он прав. Похоть — это происки дьявола. Преподобный сказал мне, что новобрачные должны не касаться друг друга в течение трех дней, чтобы доказать, что могут победить свою похоть.
К удивлению девушки, Фицроджер поцеловал ее руку и сказал:
— Все будет не так уж и плохо, Имоджин. Я тебе это обещаю.
— Ты не причинишь мне боль? — прошептала она с надеждой, что он как-то успокоит ее.
Фицроджер осторожно приложил к губам палец.
— Тихо. Мы поговорим об этом попозже. Поднимайся.
Глава 10
Имоджин встала. Ноги почти не болели. Наверно, потому что ее сейчас мучили совершенно иные проблемы. Когда она шла к лестнице, раздался свист и какие-то скабрезные замечания. Но все внезапно замолкли. Имоджин посмотрела на мужчин. Тайрон Фицроджер сидел с абсолютно спокойным лицом, но девушка поняла, что он только одним-единственным взглядом приказал замолчать всем своим людям и рыцарям короля.
Имоджин обнаружила, что комната отца сильно изменилась. Фицроджер сделал ее своей. На стенах висели незнакомые гобелены и стояли новые резные сундуки. Хотя Имоджин понимала, что вещи отца были похищены или испорчены Ворбриком, ей все это было крайне неприятно.
Там уцелела огромная кровать отца, и сейчас ее усыпали лепестки роз. Марта стояла рядом, улыбаясь, как будто это было очень радостное событие.
Имоджин подумала, как было бы ужасно, если бы она лишилась чувств на этих простынях, усыпанных лепестками роз. Она очень странно себя чувствовала. Фицроджер опять был прав — ей следовало бы что-нибудь поесть. Она выпила слишком много крепленого вина на пустой желудок.
— Миледи, разрешите я вам помогу, весело предложила Марта. Было видно, что и она тоже под хмельком. Вскоре Имоджин была раздета донага. Марта расчесала ей волосы, и они окутали девушку, как шелковое покрывало. День был теплый, но Имоджин вся дрожала.
— Ну-ну. — сказала Марта, — смотрите не простудитесь.
Она осторожно закутала Имоджин в синюю шерстяную накидку.
— Миледи, вы здесь посидите, а я скажу, что вы уже готовы. У вас будет хороший муж, и он позаботится о вас, ничего, что здесь нет никого из ваших родственников.
Имоджин снова задрожала как осиновый лист.
Вдруг комната оказалась заполненной людьми — среди них были Фицроджер, король, Рональд и какой-то незнакомец.
— Это — лорд Джеррольд, — сказал король, пока Фицроджер раздевался.
Вскоре он стоял перед ней обнаженный. Имоджин не желала на него смотреть, но против воли ее глаза рассматривали его загорелое тело.
Имоджин поразило, каким оно показалось ей прекрасным, хотя на нем было множество шрамов. У Ублюдка были широкие плечи и узкий таз. Его сильные тренированные мышцы были само совершенство, и теперь Имоджин поняла, почему он такой сильный, несмотря на стройную фигуру.
Имоджин увидела, что он специально дает ей время рассмотреть себя, и опустила глаза.
Вдруг раздался смех, и Имоджин снова посмотрела на него. Каков был ужас девушки, когда, казалось бы, безопасный вялый кусок плоти у него между ног начал, качаясь, увеличиваться в размерах.
— Клянусь всем святым, твое тело знает свои обязанности, — громко провозгласил король. — И неудивительно, ведь его ожидает такой лакомый кисочек!
Марта сорвала покрывало с Имоджин. Та инстинктивно прикрылась руками.
— Она просто великолепна, — заявил король. — Быстро оба в постель, и за дело. Сотворите мне побольше славных рыцарей на благо Англии!
Марта подтолкнула Имоджин на кровать. Фицроджер проскользнул под покрывало с другой стороны и удержал там Имоджин железной хваткой.
После нескольких шутливых пожеланий король, лорды и Марта удалились.
Как только они ушли, Фицроджер выпустил жену из объятий. Она не пыталась бежать. Имоджин не хотела поддаваться страху и тихо лежала на спине, широко раскинув в стороны ноги, плотно прикрыв глаза, и ждала…
Но ничего не происходило… Когда она уже больше не могла выдержать ожидания и приоткрыла глаза, то увидела, что Тайрон лежит на боку, подперев подбородок ладонью, и смотрит на нее.
— Я что-то сделала не так? — испуганно спросила Имоджин. — Что мне нужно делать?
