Читаем без скачивания Земля лишних. За други своя - Андрей Круз

– Пропускаем дозор, – скомандовал я. – Маноло, веди их.

– Принял, – откликнулся кубинец.

– Если дойдет до стрельбы, хотя бы прижми их к земле, не дай скрыться в зарослях, – добавил я.

– Принял.

Вот дозор достиг все того же пресловутого камня и с явным облегчением занял позицию за ним и вокруг него – все же защита. Мне хорошо видно, как сержант, ведущий дозор, направил бинокль на гребень, туда, где были недавно мы и где теперь настоящее месиво из земли, камней, сучьев и щепок. Смотри, смотри, там нас уже нет. А если бы мы и не успели убежать, то после такого обстрела уже бы и не было: нас бы просто в пыль перемололо.

– Замерли все.

Минометный огонь прекратился, и над нашей старой позицией стоит пыль и из воронок тянет дымом, причем ветер с моря гонит его в нашу сторону, создавая дополнительную маскировку. Дозор смотрит в нашу сторону. Если не шевельнемся – заметить невозможно. Густые кусты, деревья, высокая трава, и сами мы не пожалели ни сил, ни масксети на обустройство позиции. На всех лохматый камуфляж, у всех нанесена маскировочная краска на лица, у всех оружие обмотано лохматой лентой. Мимо нас можно пройти в пяти метрах и не заметить. И не заметили. Двое разведчиков вышли уже на дорогу – видимо, решили, что опасности нет. Еще двое сидят за камнем, шарятся биноклями по вершине хребта. Их почти не видно, закрыты почти полностью. Даже я со своей винтовкой сейчас не рискну утверждать, что попаду, потому что видно их лишь частично и не все время.

Вот что они решили… Что опасности все же нет и можно немного расслабиться. Решили, что противник отступил. Хотя, в общем, мысль понятная: нам бы и следовало отступить. Двое теперь не спеша идут по дороге, оглядываясь, а двое остались ждать «хамви» с крупнокалиберным в «собачьей будке» на крыше. Следом за ним подкатил второй.

– Дмитрий – головную машину. Карлос – пеший дозор. Маноло – пеший дозор. Бонита за заряжающего, я – по замыкающей машине. Огонь по команде.

Пеший дозор надо убрать обязательно. Затерявшись в зарослях, они со своими двумя М16 станут опасней любой тяжелой техники. Я уже ввел поправки в прицел, пощелкав барабанчиками с расчетом на то, чтобы просто наводить перекрестие на цель. Теперь я навел светящееся красным перекрестие в висок пулеметчику.

– Готовность? Огонь.

Голова стрелка дернулась, и он начал проваливаться в люк, но за что-то зацепился разгрузкой и застрял. Через доли секунды передний «хамви» полыхнул огнем, я услышал шипение реактивной струи, выброшенной из «вампира» назад. Затарахтел пулемет, и четырежды резко хлопнула СВД-С.

– Маноло, огонь по второму!

Второй «хамви» начал резко сдавать назад, и в него ударила очередь бронебойными из «печенега». Не знаю, пробило его или нет – наверняка нет, но машина на какой-то момент остановилась. Я положил винтовку, схватил РПО, приподнялся на колено. Ну теперь если откуда-то стрелять, то именно по мне: лучшая мишень. Передвинул чашечку целика, нажал большим пальцем на предохранитель, выстрелил. Хорошо, что затычку из правого уха так и не вытащил. Сейчас бы я вставить ее не успел и, скорее всего, оглох до конца дня. Чушка заряда по плавной дуге пересекла разделяющее нас с противником пространство и ударила прямо под переднее колесо замыкающей машины. Там вспыхнуло, грохнуло, «хамви» подскочил, все колеса разорвались, и он опустился на диски, дым повалил из-под капота. Я вновь схватил винтовку, но не успел навести ее, как Дмитрий выпустил еще один заряд из «вампира», покончив с машиной окончательно. Она еще раз подпрыгнула и окуталась черным дымом от горящей солярки.

Взрывами досталось и тем двум бойцам, которые как раз грузились в машины. Одного из них отбросило от переднего внедорожника, когда в тот угодила тандемная кумулятивная боеголовка, и теперь он, в дымящемся камуфляже и с тяжелой контузией, пытался подняться на четвереньки на асфальте. Второй попал под разрыв снаряда из РПО и лежал неподвижно на обочине, куда его отбросило. Я бросил взгляд на пеший дозор – оба лежали на асфальте лицом вниз, неподвижно. Под одним из них расплылась огромная лужа крови.

– Сваливаем! – заорал я. – Раулито, на точку встречи!

– Понял! – донеслось из наушника.

Все, теперь ждать нельзя ни секунды. Теперь нам так дадут, что мало уже точно не покажется никоим образом. Я повесил на спину вьюк с транспортно-пусковыми контейнерами «метисов», взял винтовку наперевес. Дмитрий быстро разобрал РПГ-29, упаковал его половины во вьюк, передал Карлосу, собрал ракетную пусковую. Закинул за плечо пулемет. В общем, все снова нагрузились как верблюды. Ладно, нам теперь под гору. В чем-то легче, а в чем-то и сложнее. Проще упасть.

– В колонну по одному, за мной шагом марш.

Скользит покрытый травой склон даже под рубчатыми подошвами «вибрамов». Эх, почему у нас таких в Афгане не было? Заменяли штатную обувь кроссовками, а по мне, так лучше этих горно-туристических ботинок и нет ничего. И легкие, и форма эргономичная у них, и высокие, с берцами, и подошва лучше некуда. Главное, яркими цветами не баловаться, маскировку не нарушать – и все будет хорошо.

Возобновился минометный обстрел, но огонь велся по нашей старой позиции или даже правее. В нашу сторону не летела ни одна мина. Значит, листва нас пока и от «бипла» прикрывает, не заметили нас пока с этой «птички». Я снова бросил взгляд на часы. Еще пятнадцать минут протянули. Но не думаю, что у нас есть шансы держаться без потерь и дальше в этом месте. Свой запас везения здесь мы уже исчерпали, пора и честь знать. Ничего не следует доводить до крайности.

Вниз – все же не вверх. Скользко, но не запыхались. Выбежали на дорогу поочередно, точно на пристроившийся под кустами «хамвик», за рулем которого сидел Раулито. Как его не заметили? Или не сочли нужным реагировать? А ведь может быть – если засекли, что в открытой машине один человек за рулем, а машина с опознавательными знаками Патрульных сил. Мог и кто-то свой прорываться с той стороны, потому что они и не знают до сих пор наверняка, что с их аэродромом.

Я свалил спарку контейнеров в кузов машины, сам уселся за руль, согнав подрывника и уложив винтовку на длинный и широкий тоннель между рядами сидений.

– Готовы? – спросил я у товарищей, повалившихся в кузов кучей. – Поехали.

И я рванул по дороге вниз. И этот маневр противник уже засек и понял, кто отходит с позиции. Первые четыре разрыва мин легли чуть выше по склону, но стреляли явно в нас. Я утопил педаль акселератора в самый пол, машина зарычала дизелем и начала энергично ускоряться. Следующая серия разрывов легла ближе – я даже услышал, как осколки свистнули, если не показалось. Но дальше начался затяжной поворот серпантина, и «вилка» не получилась: облака дыма и мусора взметнулись на противоположном склоне, а мы уже смещались левее, причем быстро.

Машина – это не окоп с пулеметом. Пока мина до точки долетит, много времени проходит, успеваешь уехать далеко-далеко. Снова поворот, еще один – и даже беспилотник потерял нас из виду. Его в этих местах тоже далеко не отпустишь: радиотени сплошь и рядом, можно и контроль потерять.

– Mi Corazon, кажется, пока все идет по плану? – спросила Мария Пилар, перегнувшись через мое плечо сзади.

– Сплюнь три раза, постучи по дереву, – ответил я.

– Ты знаешь, что русские – самые суеверные люди в мире?

– Знаю, – кивнул. – Раньше не знал, а когда перебрался жить в другие места, особенно в Англию, – узнал. Бритты от свечки прикуривают, черная кошка поперек пути – добрый знак, и девяноста процентов примет они просто не знают и никогда о них не слышали. Но я остался русским и поэтому требую от тебя своевременно стучать по дереву.

– Подзатыльник хочешь? Три? Как раз прекрасно заменит.

– Нет, я испугаюсь и выпущу руль. Будем считать, что тебя приметы не касаются.

Территория Ордена, остров Нью-Хэвен

22 год, 11 число 10 месяца, воскресенье, 10.00

Мы оказались на второй позиции даже с большим арсеналом, чем рассчитывали. Идти от машин было дальше – почти пятьсот метров, но и спешки не было. И машину на этот раз отгонять не будем: не собираемся засиживаться так долго, как на первой позиции.

Мы ушли с предыдущего места сразу после нанесения удара по противнику, какое-то время у него займет даже то, чтобы понять, что путь дальше свободен, и к тому же наш «хамви» преодолел расстояние между позициями гораздо быстрее, чем целая колонна. Поэтому сейчас мы пришли на позиции не спеша, не утомившись, распределили тяжелое вооружение между собой. Но главное оружие у нас теперь – мины, которые мы установили заранее. А пока мы бились у ворот, группа Совы должна была еще дополнить нашу минную засаду четырьмя противобортовыми ТМ-83,[17] стреляющими в проходящую броню «ударным ядром». Заодно у них сейсмические датчики отключили, переведя на оптические, да еще с активацией по радиосигналу.