Моя лекарша удивленно изогнула бровь, но чемодан принесла.
– Руку освободи. Правую. Спасибо.
Приоткрыв крышку «Кюлленберга», я запустил туда руку. Так, кисти – не то, ага, вот и инструменты. А спирт где? Вот и он.
– Вот, держи. Здесь, в свертке, есть два ножа. Они сделаны из очень хорошего железа и очень острые. В этой бутылочке есть крепкое вино, оно может хорошо очистить лезвия ножей.
– Они и так достаточно чисты, – пробормотала девушка, внимательно рассматривая скальпели. – Даже блестят!
– Не вся грязь видна глазом.
– Не спорю, – серьезно кивнула она головой. – Ты многое знаешь, солдат! Ладно, где там твое вино?
Закончив свои приготовления, она повертела, примериваясь, скальпель и наклонилась надо мной.
– Терпи. Я сниму твою боль, но всю ее забрать не смогу. Понимаешь меня?
– Да.
От ее рук пошло какое-то успокаивающее тепло. В моей голове вдруг стало как-то спокойно и чисто. Как сквозь сон ощущал я прикосновения к плечу, какие-то толчки, нажатия. Что она там делает? Гладит меня по плечам? А когда же резать начнет? Таким макаром еще никого не вылечили…
А-а-а!!!
Острая боль пронзила меня от пяток до макушки!
Прокатилась волною по всему телу и выплеснулась наружу через простреленное плечо!
– У-р-р-р!
– Терпи. Все уже позади. – Она стояла около окна и рассматривала болт. Поднесла его к лицу, понюхала и осторожно лизнула кончиком языка.
– Может, после будешь его разглядывать? А то я тут весь кровью истеку.
– Пусть пока течет, не волнуйся. Будет надо – я ее остановлю. Тебе нужно очистить рану.
– От чего?
– Это архемский болт. Такими, как правило, пользуются наемники.
– И что?
– Обычно они бывают отравлены. Ты не знал?
– Я не видел, что в меня прилетело!
– Действительно. Я об этом не подумала. Вынуждена тебя разочаровать, я останусь с тобой еще немного.
– Не расстроюсь. В комнате места хватит. Если только…
– Что?!
– Ты не будешь храпеть ночью…
– Ну, ты и нахал!
Она крикнула, и в дверь ввалились оба ее помощника. Меня перетащили на кровать, попутно обтерев от крови. Рана продолжала кровоточить, скосив глаза, можно было рассмотреть, как из нее точками выплескивается кровь.
Уложив меня, парни ретировались, прихватив окровавленную одежду.
Лекарша присела рядом и положила руки мне на грудь.
– Расслабься.
От ладоней снова пошло тепло, даже в кончиках пальцев ног приятно закололо. В голове снова стало ясно и спокойно.
Я видел, как понемногу успокаивается рана. Кровь сочилась все реже и, наконец, остановилась совсем. Ну, ни фига ж себе! Я про такое слышал, но вот чтобы самому увидеть…
– Спи… не вертись, я тебя ремнем прихвачу…
Хорошо-то как… Тепло и уютно, так бы и спал все время…
Глава 16
Плечо снова стрельнуло болью, и я открыл глаза. Видимо, проспать мне удалось немало, ибо солнце только-только заглядывало в мое окно. Хм, а когда засыпал, оно уже садилось. Хренасе… сколько же время прошло?
Пить хочется. А чего? Рядом никого нет, с кровати не встать, ремень крепко удерживает меня от необдуманных поползновений.
– Эй! Есть тут кто-нибудь?
– Проснулся? – В двери появилась копна русых волос. – Как себя чувствуешь?
– Дак… не пойму пока. Вроде бы живой.
Она подошла и присела на край кровати. Отстегнула ремень, откинула одеяло и нахмурилась. Чего она там увидела? Болта-то нет уже!
А что есть?
Посмотреть было на что.
Вокруг раны расползалось кольцо темно-синего цвета.
– Что это?
– Яд. Я говорила тебе.
– Охреносоветь… И что теперь?
– Ну… у тебя есть какой-нибудь талисман? Святая вещь?
Рунный клинок? Тот еще талисман… а уж что касается его святости…
– Пожалуй, что и нет. А что? Все настолько плохо?
– Когда кольцо дойдет до сердца – ты умрешь. Единственное, что я могу сделать – чтобы ты умер без боли.
– И что – шансов нет?
Похоже, что она поняла.
– Нет.
– Интересно девки пляшут… Как тебя зовут-то?
– Мирна, – она убрала со лба прядь волос. – Что будем делать, солдат?
– Сандр. Меня так зовут.
Девушка кивнула головой:
– Что будем делать, Сандр?
– Пожить еще хотелось бы…
– Мне тоже. Только я не могу вылечить смерть.
– Ты-то здесь при чем? Яд во мне!
– Ты не понимаешь… когда я лечу человека, отдаю ему часть своей души, часть жизни, если хочешь. Если он выздоравливает, это возвращается назад, и я становлюсь сильнее. Но вот если он умирает… Я теряю очень много… очень…
– И… так уже было?
Мирна кивнула головой.
– Три раза. Еще один раз… и следующая ошибка будет для меня последней. Я тоже умру.
– Отчего?
– Не знаю. Что-то произойдет. Так всегда бывает. Целитель не имеет права сделать больше четырех ошибок.
– Но… ты же можешь остановить это! Прекрати лечение и живи просто так. Чего тебе не хватает? Денег? Я тебе дам. У меня они есть. И с собой имеется, и в кассе ордена лежат.
– Спасибо… – она погладила меня по щеке. – Только это сделать нельзя. Я не могу прекратить лечить людей.
– Но не ценой же своей жизни!
– Именно так! Иначе не станешь целителем. Мы все проходим через это. Можно отказаться, жить обычной жизнью. Многие так и поступают.
– И долго живут?
– По-разному. Во всяком случае – дольше нас.
– Тогда зачем все это?
– Кто-то же должен лечить людей!
– Но почему ты?
– Потому что я могу! У меня есть этот дар! Отчего ты, Сандр, стал солдатом? Тебя к этому силой принудили?
Хм, если считать и армию… туда-то я совсем не по своей воле попал. А последующую службу? Палкой вроде бы не гнали…
– Ну… я просто умею это делать… лучше других… наверное.
– Я тоже.
Мирна встала и, подойдя к окну, открыла его.
– Тебе вина принести? Может быть, еды какой-нибудь?
– Не знаю. Пить хочу, можно и поесть чего-нибудь. Сколько у меня еще осталось времени?
– День. Может быть, два.
– Да уж… тогда хотя бы поесть, может быть, выпить чего-нибудь. Деньги нужны?
– Будут нужны – скажу. Тебе тут за два месяца вперед оплачено, так что об этом не волнуйся.
Дождавшись, когда Мирна вышла за дверь, я потянулся здоровой рукой за Рунным клинком. Хоть и слабая, но надежда на него оставалась. Ну не мог же он быть просто орудием убийства? Гарт, как я уже успел убедиться, рассказывал мне далеко не всю правду.
Вот клинок в моей руке. Страшновато… Ведь помню, как он полоснул того на постоялом дворе. Даже крови не появилось из раны – выпил клинок ее, что ли? А ну как и со мной таким макаром поступит? Может ли он убить своего хозяина? По зрелому размышлению – может. Ну что – рискнем?
Холодная сталь коснулась раны. Легкий толчок в руку. Кончик клинка потемнел – реагирует на яд? Похоже…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
