де-юре.
Европа знай себе сплетничала по любым поводам. На тотализаторе уже ставили на вероятность исхода матча Япония-Китай, хотя, чисто по-еврочеловечески, не задумывались о реках пролитой крови и массовых смертях. Кому важны косоглазые, когда собственный сосед целую дохлую кошку через забор подкинул? Вот это трагедия, а то, что на расстоянии в полглобуса происходит, лишь статистика и повод почесать языки.
Баварский регент Луитпольд, избавившись от парочки нахлебников (Бадена и Вюртембурга), а также от угрозы французского вторжения, всё равно не был счастлив. Во-первых, появились дополнительные налоги на кормление Вены и администраторы «из-под императора». Во-вторых, социалисты Австрии, разбушевавшиеся последнее время, обрадовались вхождению солидного европейского королевства в миниатюрную империю и понаприсылали своих активистов в Баварию. Чтобы зажравшиеся сытые карпы не забывались. Ну и, в-третьих, собственный ландтаг начал всякой фигнёй заниматься. Мол, королевству тоже бы освобождение от налогов получить, чтобы народу жизнь облегчить, да более упорядоченный порядок во власти. А спорить конституционные монархи не в силах — сами зависят от тех сумм на проживание, которые парламент назначает. Вон, когда-то короля Густава Васу нагнали со шведского престола в обычные полковники Густавсоны, а бывшего простолюдина Бернадота возвели на трон. Потомки евойные до сих пор Швецией правят.
А британцы, абстрагировавшись от япошек, уже крутили фигли с урезанным осетром Оттоманской империи и новым свеженьким султаном. ставшим таковым за их деньги. Мустафа Пятый, в миру Абдул-Мурад, цивильный и послушный, их вполне устраивал в качестве карманного. Таким образом, русским отошли Балканы, зато всё остальное фактически стало английским, пусть и неофициально. И если бы не дурацкое бенгальское восстание, расползающееся в разные стороны, всё было бы чики-пуки. Впрочем Британия потому и великая, что пережила все войны Европы, социалистов, Кромвеля, безвластие, и многое другое. И, ничего, ещё простоит тысячу лет, несмотря ни на что.
Французы своими волнениями привели к президентской власти Поля Лафарга и сами не поняли, что сделали. Ох, обернётся он им новым Наполеоном со всеми вытекающими, как только укрепит президентскую власть.
Пока обе воюющие стороны накапливались для взаимоуничтожения — время шло своим порядком. В середине мая сорокотысячный корпус японцев двинулся к Ялу, чтобы укрепиться и дождаться подкреплений. Увы, но русско-старковская флотилия уже прошла мимо Тайваня и приближалась к Корее. Согласно предварительным договорённостям русские отправились перекрыть поставки из Японии, а старки двинулись к Инчхону, чтобы разделаться с Ито. Моря, конечно же, велики, вот только места в них мало — японский флот оказался в ловушке. От Ялу приближался Бэйяньский флот, а с юга — флот Старкшира. Нет смысла описывать избиение кораблей страны Восходящего Солнца, это мерзко, когда сильный дубасит слабого, пользуясь огромным превосходством, как в количестве, так и в качестве. Японцам чуть-чуть не хватило времени, чтобы дождаться более современные и сильные корабли из Британии, каких-то нескольких лет. Впрочем, в любом случае, итог был бы таким же. Многие японские морские офицеры предпочли покончить с жизнью сами, не желая сдаться врагу. А захваченные корабли пополнили военно-морские силы Китая.
Битва за Инчхон свелась к массовой двухдневной бомбардировке, вынудившей защитников отступить к Сеулу. Странным образом, ещё одна китайская армия нарисовалась практически из ниоткуда, высадилась возле порта и направилась вослед противнику. А во Владивосток, свободный от зимней спячки, прибывали по Транссибирской магистрали подразделения НРА (новой русской армии). Что делать, если название закрепилось и пошло в народ? Впрочем, никто не позволял солдатам и офицерам без толку накапливаться в переполняющемся городе. Транспортные суда перевозили их на Хоккайдо, чтобы раз и навсегда лишить японцев поводов для передела территорий. На острове имелось лишь четверть миллиона мирных японцев и множество покорённых айнов. И лишь несколько тысяч солдат, наводивших последние годы порядок. Русские корабли перекрыли Сангарский пролив, перерезав пути доставки войск, оружия и боеприпасов. Причём для этого хватило части обычного Балтфлота. Ведущая эскадра из дюжины эсминцев-семитысячников злодействовала вдоль побережья трёх основных японских островов. Можно иметь армию даже в зиллиард бойцов, но она бессмысленна, когда её нет возможности передислоцировать из пункта А в пункт Б.
Сухопутная война в Корее шла тяжело для обеих сторон. Упорство и взаимоненависть соседей по тихоокеанскому подъезду слишком сильны, а сила духа часто превосходила силу оружия. Стотысячная японская армия таяла постепенно, ведя войну не только на два фронта, но и против корейских партизан. Зато боеприпасы, как и припасы вообще, расходовались быстро, слишком быстро. Через полтора месяца лишь отдельные героические японцы воевали где-то в горах, так как правительство Японии капитулировало, не дождавшись поддержки из Европы. Вместо Ляодуня, Тайваня и Кореи в РеИ, чтобы резко услиться и начать мощное развитие, тигрёнка забили, пока он не вырос в тигра.
По условиям капитуляции побеждённые отказались от Рюкю, Хоккайдо, Курильских островов. Выплату контрибуции в пользу Китая, в размере пятидесяти миллионов британских фунтов, доброжелательно рассрочили равными суммами на десять лет. Других претензий к Японии не было. Страны-победители провели свой внутренний взаиморасчёт, вроде бы устроивший всех. К владению Тайванем, королевство Старкшир получило право развивать и оборонять провинцию Фуцзянь. Русским достались Цусимские острова и северная часть Маньчжурии, ограниченная железной дорогой, идущей из Владивостока через Харбин в сторону Читы. В обмен Пекин получил в своё полное подчинение Хоккайдо (с обязательством отселить с острова всех японцев) и предоставил русским право пользоваться портами Ляодуня и даже организовать там береговую оборону. Приятно, когда между единомышленниками наступает мир-дружба-жвачка.
Глава 26
Глава двадцать шестая
К октябрю разрешился и вопрос с Баварией. Ландтаг и регент Луитпольд устали от социал-демократов, понаехавших из Австрии, да и не было смысла цепляться дальше за Австрию. Франция вроде успокоилась и ни о каких вторжениях больше не мечтала. А делиться доходами с императором не очень-то и хотелось. В итоге, нашлось соломоново решение с позиции силы и разумности. Бавария вышла из состава Австрийской империи не успев даже слегка прикипеть. Следующий кунштюк, однозначный и очевидный, свёлся к тому, что королевское семейство, под давлением собственного ландтага, отказалось от прав на страну. За каких-то двести тысяч русских железнодорожных акций и пару миллиончиков бритофунтов наликом. Платить, ясен пень, пришлось бомжаре, но куда деться от обстоятельств?
Весь мир дружно волновался по поводу американской великой депрессии, зацепившей даже иностранных инвесторов. Сотни закрывающихся банков и тысячи обанкротившихся предприятий
