задуматься о возможности отношений с ним. Да и он не делал никаких шагов навстречу. Случайные встречи не в счёт.
И даже если он чист передо мной и перед законом, то это ещё не значит, что можно рассматривать в нём мужчину. Мужчина должен делать, добиваться, завоёвывать. А не говорить: "Ну, ты мне нравишься — давай спать вместе".
Я так задумалась о личном, что когда в кают-компанию ввалились трое мужчин в чёрных защитных костюмах, больше похожих на космические скафандры последней модели, перепугалась до смерти. Я попыталась вжаться в диван рядом с Каем и непроизвольно схватила его предплечье.
В голове пронеслось: "Всё! Это за мной! Добьют!"
Кай обнял меня двумя руками и повернулся так, чтобы закрыть своим телом.
— Ева! — услышала я знакомый голос и не поверила своим ушам…
— Ева, иди ко мне!
Я повернула голову, чтобы посмотреть на говорившего и поняла, что не ошиблась: Макс стоял перед нами, держа на прицеле бластера Кая, и протягивал мне руку. Я бросила взгляд на двоих других мужчин, и они тут же прикоснулись пальцами к вискам: щиты, закрывающие лицо спрятались в шлеме костюмов, и я поняла, что это Ир и Арис.
От облегчения мне хотелось заплакать. Я ринулась к Максу, и Кай нехотя разжал свои объятия.
Я обняла своего кота двумя руками и почувствовала, как по обгоревшей коже щеки потекла горячая слеза. Нашли!
Я повернулась к Иру с Арисом и заметила, что они до сих пор целятся в Кая.
— Не надо! Опустите оружие! Он меня спас!
— Ева. Ты не всё знаешь из этой истории… — начал было Макс.
— Опустите оружие!
— Он бионик. Он сам по себе в сотню раз опаснее наших бластеров, но дело не в этом. Ты должна кое-что увидеть! — сказал Ир и кивнул Максу.
Тот, не выпуская меня из объятий, достал коммуникатор и стал быстро что-то искать. Нажав комбинацию, развернул меня лицом к экрану.
Там вместо фильма, что мы смотрели с Каем, появилось видео, как будто бы с камеры видеонаблюдения. Вот я иду по коридору госучреждения. Я помню этот момент — я только что получила свои новые документы. Потом картинка меняется. Я удаляюсь в объективе камеры, а Кай, который теперь попадает в её охват, смотрит мне в след. Я не могла его заметить пока шла — он прикрывался экраном большого планшета-коммуникатора.
Потом картинка снова меняется: я иду по торговому центру с Диной. С высоты камеры видно не только нас, но и Кая, что стоит в тени колонны и изгороди живых цветов, которой украшен главный холл торгового центра. Он наблюдает за нами.
Снова смена, и камера показывает где мы с Максом и Арисом веселимся в бассейне аквапарка. Смена. Кай стоит на втором этаже ресторана, что граничит с бассейном. Он наблюдает за нами.
И последнее… Я в коридоре клиники. После пробуждения. Пытаюсь заново научиться ходить с помощью взрослых ходунков. Я никогда бы не хотела вспоминать этот момент, ведь мне было безумно больно и сложно… И страшно… Но я смотрю. Смотрю и вижу, что Кай стоит в палате и наблюдает за мной через непрозрачные стёкла. Он смотрит на меня и у него снова сжаты губы, а желваки ходят ходуном, как будто он на меня зол.
Экран продолжал показывать записи с камер наблюдения, но я уже не смотрела. Я повернулась к Каю и постаралась найти ответ на свой невысказанный вопрос в выражении его лица.
Он смотрел на меня как побитая собака, будто сожалея.
— Он не причастен к покушению. А вот к похищению сегодня — ещё как! — сказал Ир, глядя на Кая. — Что смотришь? Да, я психосиз. А ты — чёртов маньяк!
Глава 31
Ева
— Он не причастен к покушению. А вот к похищению сегодня — ещё как! — сказал Ир, глядя на Кая. — Что смотришь? Да, я психосиз. А ты — чёртов маньяк!
— Я должен был сказать тебе всё раньше! — начал Кай, и никто его уже не перебивал. — Я расскажу всё с самого начала и ты сама решишь: казнить меня или помиловать. Только я хочу, чтобы ты заранее знала… Я никогда не перестану тебя любить!
Он набрал воздуха в лёгкие для начала рассказа, а потом сдулся, как шарик. Ещё немного помолчав, он продолжил говорить:
— Я уже говорил, что рос без родителей. Меня воспитывал дядя. Он учёный. Его не стало два года назад. Так вот, он жил на работе и часто брал меня с собой. Я с малых лет узнал о многих технологиях изнутри и наблюдал череду важных открытий. Но самое важное именно для меня событие, произошло в лаборатории, когда мне было четырнадцать… Привезли капсулу с существом в стазисе. Это была человеческая женщина и её не размораживали, потому как не были уверены, что же с нею делать. Точной технологии не было, и любая ошибка могла привести к смерти. Поэтому капсула с живым, но спящим существом была уже много лет в стадии "замороженного проекта".
Когда я увидел тебя, понял что ты совершенна. Ты не просто красива, ты красива именно для меня; на все сто процентов. Я не отходил от тебя первый месяц, и дядя даже иногда отгонял меня от твоей капсулы.
Время шло, но я понимал, что никто не может сравниться с тобой. Всех, кто привлекал моё внимание, я сравнивал с тобой и они все проигрывали. Тогда я понял, что должен тебя разбудить. В это время мы жили на Земле, и я даже своими юношескими мозгами понимал, что государству не выгодно тебя размораживать, иначе они давно бы нашли решение… И тогда я понял, что сам сделаю это, во что бы то ни стало.
Даже имея таланты в области медицины и генетики, я не смог бы провернуть такое дело. Ведь здесь нужны деньги и связи. Поэтому, я выучился на экономическом факультете лучшей академии этой звездной системы, открыл своё дело, и изо всех сил старался стать одним из богатейших и влиятельных людей планеты. И мне удалось.
Потом возникла новая проблема: тебя не хотели будить.
Видите ли, резонанс… Правление Земли вообще очень боязливо, поэтому я поднял свои связи и переправил тебя на Скай.
Потом оплатил работу местных гениев и заставил найти способ разбудить тебя без последствий для твоего организма.
Я продумал всё до мелочей, но боялся только одного: что ты не воспримешь меня всерьёз. Что ты будешь видеть во мне
