Он начал размышлять о новом Секретаре, но его сомнения так и не обрели законченную форму.
Следующая порция бумаг несла информацию, предназначенную только для Кику, и была направлена на его стол в соответствии с установившимся порядком, по которому все, предназначенное для Секретаря, должно было предварительно попадать к помощнику Секретаря, независимо от содержания. Содержание казалось банальным и неинтересным: как видно было из резюме, организация, именующая себя «Друзья Луммокса» и возглавляемая миссис Бейлой Мургатройд, хотела попасть на прием к Секретарю по Межзвездным Делам и была направлена к Специальному Помощнику Секретаря (по Общественным Отношениям).
Дальше мистер Кику читать не стал. Вес Роббинс может целоваться с этими Друзьями до упаду, но пусть его и Секретаря оставят в покое. Он было развеселился при мысли, какой шок испытает Секретарь, натрави он миссис Мургатройд на него, но оставил эту пустую фантазию; время Секретаря в самом деле должно быть посвящено только укладке краеугольных камней, а не общению с обществами любителей битых горшков. А все эти организации, именующие себя «Друзья Того-то и Сего-то», как правило, состоят из тех, кто только и ждет случая поточить на ком-то зубы, плюс обычный набор дураков-кисельные уши и профессиональных деляг. Но такие компании могут доставлять беспокойство… впрочем, бог с ними.
Кику засунул бумаги в соответствующую папку и принялся за меморандум из Экономбюро: в районе Сан-Луиса вирус поразил большие дрожжевые плантации и, похоже, это могло привести к сокращению протеина и введению более жесткого рациона. Даже возможность голода на Земле не входила в круг непосредственных интересов мистера Кику. Но пока данные, считанные со слайдов, не превратились в его мозгу в несколько четких понятий, он сидел, задумавшись. Затем вызвал помощника:
— Вонг, вы видели документ из Экономбюро АУ-ноль-четыреста двадцать восемь?
— Вроде, да, босс. История с дрожжами в окрестностях Сан-Луиса?
— Да. Что вами сделано?
— Э-э-э… ничего. Я думаю, то не моя епархия.
— Ах, вы думаете? Наши внешние станции разве не твое дело, а? Посмотри загрузку своих кораблей на предстоящие восемнадцать месяцев, сверься с АУ-ноль-четыреста двадцать восемь и действуй. Закупи наконец овец в Австралии. Мы не можем позволить, чтобы наши люди голодали, потому что какой-то идиот в Сан-Луисе уронил в чан с дрожжами свой носок.
— Да, сэр.
Мистер Кику вернулся к работе, с сокрушением подумав, что был слишком резок с Вонгом. Он знал, что его состояние объяснялось не ошибками Вонга, а мыслями о докторе Фтаемле.
Впрочем, и со стороны доктора Фтаемла не было никаких ошибок… Ошибки были его собственные! Он знал, что не может позволить себе никаких расовых предрассудков, во всяком случае, на этой работе. Интеллект подсказывал ему, что он относительно свободен от предубеждений, которые могут возникнуть из-за разницы в цвете кожи, формы волос или контуров лица, по той единственной причине, что для такого загадочного существа, как доктор Фтаемл, различия в человеческих особях, могут показаться совершенно несущественными.
И все же от этого никуда не деться… в глубине души он испытывал к Фтаемлу смутную неприязнь. И тут он был бессилен.
Куда ни шло, если бы этот-как-его носил тюрбан… вместо того, чтобы разгуливать с грязным клубком змей на голове, копошащихся, как куча червей. Но нет! Для раргиллиан прическа была предметом гордости. Во всех их манерах сквозило убеждение, что никто, кроме них, не достоин звания разумного существа.
Хотя… в общем-то Фтаемл неплохой парень. Кику черкнул себе, что надо, не откладывая, пригласить Фтаемла на обед. Кроме того, он, Кику, может подвергнуться глубокой гипнотической обработке, что сделает обед не таким уж трудным мероприятием. Но при одной мысли об обеде изжога снова дала себя знать.
Кику ничего не имел против раргиллианина, поставившего перед утомленными сотрудниками Департамента неразрешимые проблемы: решать такие ситуации было привычным делом. Просто… черт возьми, почему бы этой образине не сделать нормальную прическу?
Представив себе доктора Фтаемла причесанным «а ля лорд Честерфилд», мистер Кику невольно улыбнулся и почувствовал себя значительно лучше. Следующая подборка бумаг — отчет о командировке… ах, да! Сергей Гринберг. Хороший мальчик. И еще не кончив читать, Кику потянулся за карандашом, чтобы поставить утверждающую визу.
Но вместо этого он застыл примерно на полсекунды, а затем нажал на кнопку:
— Полный отчет о командировке мистера Гринберга! О той, из которой он вернулся несколько дней назад.
— Не помните ли вы его номер, сэр?
— Найдете. Хотя подождите… ага, РТ-ноль-четыре ста одиннадцать, за субботу. Жду!
Мистер Кику успел пробежать лишь пару абзацев, как пневматическая почта всхлипнула, и узкий цилиндр шлепнулся на стол. Кику засунул его в машину и расслабился, держа палец на тумблере, с помощью которого регулировал скорость появления текста на экране.
Меньше чем через семь минут он имел не только представление о процессе, но и прочел отчет Гринберга обо всем, что произошло. С помощью машины мистер Кику мог проглатывать не менее двух тысяч слов в минуту. Выслушивать многословные доклады и давать интервью Кику не любил и оставлял эти занятия на долю тех, кто не ценит время. Но в данном случае возникла необходимость в устном докладе. Наклонившись к микрофону, он нажал тумблер:
— Гринберг!
Гринберг мгновенно появился на экране:
— Привет, босс.
— Будь-ка любезен, иди сюда. — Мистер Кику, не утруждая себя любезностью, отключился.
Гринберг решил, что желудок босса снова дает о себе знать. Но было уже слишком поздно сочинять какое-нибудь неотложное дело вне Департамента; поспешив наверх, он предстал пред шефом со своей обычной веселой улыбкой.
— Доброе утро, — буркнул мистер Кику. — Я читал твой отчет.
— И?
— Сколько тебе лет, Гринберг?
— Мне? Тридцать семь.
— Хм-м-м. И в каком ты сейчас звании?
— Сэр? Я дипломатический офицер второго класса… но действую по первому.
«Какого черта! Дядя Генри все это прекрасно знает… ему даже известен номер моей обуви».
— Хватает, чтобы обладать мозгами, — задумчиво пробормотал Кику. — Да и по званию мог быть послом… или исполнительным советником по политическим вопросам при посольстве. Сергей, почему ты бываешь так непростительно туп?
На скулах Гринберга вздулись желваки, но он ничего не ответил.
— Ну?
— Сэр, — холодно ответил Гринберг, — вы старше и значительно опытнее меня. Могу ли я осведомиться, чем вызвана ваша грубость?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
