покачала головой, не зная, что ответить.
— Стерлинг, ну… — девушка сделала паузу. — Конечно же, чувства у людей были всегда, однако я не вижу, как…
— Значит, вы признаёте, что таким образом бы задели чувства этого гипотетического человека?
— Если на это смотреть так… то… да… наверное?
Я кивнул.
— Извинения приняты, — я упал обратно на своё место. — Спасибо!
То ли дело было в эффекте амброзии, то ли сказалось снятие новой печати… однако спалось мне всю прошлую ночь просто превосходно. Да и само утро тоже было великолепным — всю дорогу до лекционного зала было солнечно и свежо, словно даже погода говорила, что этот день создан только для хорошего настроения и череды побед, ему сопутствующих…
А потом мы пришли на лекцию.
Сначала я обрадовался. Я ожидал увидеть в аудитории какого-нибудь мужика с засаленной макушкой, а встретила меня шатенка с длинными волосами, тонкими губами и большими голубыми глазами, словно с картинок какого-то дешёвого эротического комикса. Ей было немного за тридцать, даром что девушка пыталась это скрыть за макияжем, и держалась перед толпой студентов она весьма уверенно.
А вот потом начались проблемы.
Преподавательница так и норовила сказать какую-нибудь несусветную глупость:
— … пирамиды строились десятками, а то и сотнями тысяч рабов на протяжении многих лет, иначе мы не понимаем, как именно египтянам удалось…
Которую мне тут же приходилось развеивать:
— Катапульты! Натянул, закинул, подогнал по краям. Два месяца и готово, не сложнее панельки.
Часто мои ремарки принимались преподавательницей в штыки:
— Стерлинг, я вам повторяю, извержение Везувия не может быть вызвано попаданием туда огромной конфеты-шипучки. Вы просто вслушайтесь в свои слова, ну это же какой-то детский бред!
Ага. Префекту Помпеи я то же самое говорил, но спор есть спор.
Но в остальном лекция могла бы быть и хуже. Да и кроме учебы здесь было на что обратить внимание.
Аудитория была забита полностью — то ли всем так не терпелось посмотреть на мёртвого Бога, к которому весь поток отправится после лекции, из интереса, то ли потому что посещение экскурсии считалось в Академии за посещение двух семинаров. Какой бы ни была мотивация, среди толпы студентов даже я успел увидеть знакомые лица.
Для начала — Алекс со своей компашкой. Сказать про них особо было нечего; после того как я выиграл у него спор на вечеринке в спортзале, парень больше мне на глаза не попадался. Вот и сейчас, когда мы встретились взглядами, он просто приветственно мне кивнул, на что я ответил тем же. В целом, в университетах и академиях часто приходится заводить какие-то знакомства на первой неделе обучения, которые следующие пять лет просто обязывают тебя к рукопожатию при встрече и больше никаким образом на твою жизнь не влияют, так что —допустим.
Дальше уже было интереснее. Где-то повыше, поближе к концу аудитории, сидел Кислевский-младший вместе со своим другом Каменевым, о существовании которого я уже даже и подзабыл. У последнего была до сих пор перевязана голова, а синяки на лице брата Антона противно пожелтели. Кажется, они тоже меня заметили, однако никакой реакции, кроме гневных взглядов, за этим не последовало.
Петя, само собой, сидел рядом со мной. Я, честно говоря, слегка побаивался, что после вчерашних чудес продуктивности он вообще всё проспит, однако парень меня удивил и подорвался с кровати ровно по будильнику. Возможно, просто не хотел снова анализировать статистические вероятности успешности контакта с Лерой.
Вообще, когда мы только зашли в аудиторию, я опасался, что мне придётся долго и нудно подбадривать Петю на то, чтобы тот подсел к Лере, однако, к моему удивлению, девушка проявила инициативу и сама заняла место рядом с нами. Да ещё и не одна, а с подругой.
Вот только это были скорее плохие новости.
— А ты… типа… — подруга по имени Ксюша говорила, не поднимая глаза от телефона, — … из этих, да?
Я нахмурился.
— Из кого «этих»?
— Ну, блин, из этих… там история, политика… — она противно заржала. — Ну из душнил, короче.
— Ксюша! — виновато воскликнула Лера. — Зачем ты так?
Ксюша же просто глуповато улыбнулась и пожала плечами. Я знал много таких людей, как Ксюша. Знал и забыл.
Петя же с Лерой переглядывались, да и только. Я вздохнул.
Впрочем, никто не обещал мне парк развлечений. В конце концов, я втянулся во всю эту историю не из страстного желания помочь Пете с личной жизнью, а потому что хотел посмотреть на мёртвого Бога. Конечно, вероятность того, что я с первой попытки доберусь до тела и разгадаю все секреты бессмертия, стремится к нулю, однако почему бы не попробовать?
Лекция уже близилась к концу, и я откровенно заскучал. Преподавательница всё распиналась о том и о сём; иногда она правильно угадывала то, как происходило то или иное событие, иногда — несла откровенную чепуху… однако, если подумать, этим грешили историки абсолютно во все времена, так что злиться на неё толку не было.
Благо, под конец лекции она решила не только говорить, но ещё и кое-что показать.
— Как я и обещала, для завершения я приберегла кое-что интересное, — девушка хмыкнула. — Даже загадочное!
Она наклонилась ниже и подняла из-под стола небольшой чёрный кейс. Две защёлки на нём слетели с петель, и…
Я выпучил глаза.
— Судя по всему, это какой-то древний механизм… однако принцип его работы и предназначение до сих пор до конца не понятно. Существуют разные версии и теории, однако до сих пор ни одна из них не…
— Извините! — я замахал рукой. — Я знаю, как это работает!
Девушка вновь громко вздохнула.
— Стерлинг, давайте договоримся. Я в последний раз даю вам слово — поэтому вы постараетесь выдать что-то серьезное.
— Без проблем! — я выбежал на подиум и выхватил таинственный артефакт у девушки из рук.
Первые пару секунд та стояла в шоке, а затем потянула руки, чтобы выхватить древний механизм…
Я же искал нужную кнопку.
Щёлк. Щёлк.
Влить крупицу магии…
Щёлк.
— Вот, — я улыбнулся, отдавая продолговатый предмет девушке. — Говорил же!
Артефакт в руках девушки тихонько жужжал, вибрировал и медленно двигался вокруг своей оси. Она смотрела то на него, то на меня, как зачарованная.
— Но… как вы?
Я пожал плечами.
Девушка аккуратно отставила механизм в сторону и, собравшись, вновь обратилась к студентам.
— Пусть… — она глянула на
