Это случаи, когда по легкомыслию или неразумности человек сам на беду напросился. Но бывают оплошности: не закрыли по рассеянности клетку, пренебрегли правилами содержания животных, не учли особенности их повадок.
Из хищников самым коварным является добродушный с виду медведь. Другой зверь готовность напасть чем-нибудь обнаружит — мимика, вставшая на дыбы шерсть, дрожащий кончик хвоста, прижатые уши. У медведя этого не увидишь — дружелюбие на агрессию может сменить мгновенно. Мой давний друг дрессировщик Георгий Георгиевич Шубин рассказывал, как медведь на виду у людей разорвал женщину, воспитавшую его и восемь лет безбоязненно заходившую с едой в клетку. Неясной осталась причина неожиданной ярости.
Сам Шубин подвергся нападению волка, признававшего до этого верховенство над собой человека. Причиной была ошибка опытного дрессировщика. Приводя в порядок шерсть готовой ощениться волчицы, Георгий Георгиевич не удалил из загона ее супруга-волка. Голос недовольной чем-то волчицы спустил механизм агрессии.
Но это все хищники. А слон? Воплощением добродушия кажется эта живая гора. В Дели на людной улице я видел слона с погонщиком на спине. В африканских заповедниках тихо пасущиеся слоны — сплошная идиллия. Спокойное достоинство чувствуется в повадках этих животных. Все уступят дорогу слону. «Царь зверей» — лев вовсе не претендует на царство, встретившись со слоном, потому что хорошо знает: в случае столкновения слон превратит его в мокрое место.
Слону опасен лишь человек. Африканцы в доружейное время убивали слонов, подбираясь к ним сзади и подрезая сухожилия на ногах. Смертельный риск, но при удаче — гора мяса. Воплощением ужаса стал для слонов человек с ружьем.
Много животных легло под пулями белых охотников. Спасались лишь самые осторожные, чуткие. Но и стрелки платили, случалось, высокую цену на охотах, воспетых Хемингуэем.
«Раненый слон затаивается и ждет в кустарниках идущего по следам. Схватив рукой-хоботом, он с силой ударит тебя о землю. И, чем громче ты закричишь, тем сильнее ударит он еще раз, а потом ногами тебя разотрет», — пишет белый охотник.
В африканском парке Маньяра, где слоны находятся под охраной и перестали человека бояться, мы с другом ночью попали на дороге в ловушку, и небо нам от соседства слонов показалось с овчинку Мы проскользнули мимо стада кормившихся великанов, но тут же встретили еще одно стадо, стоящее на дороге.
Слоны впереди, слоны — сзади. Возбужденные. Трубят. Мы сидели как мыши, надеясь: слоны успокоятся. Нашу машину они могли бы расплющить, как банку с кильками.
А слон, идущий по людной улице Дели? Приручен! Сложная дрессировка делает слона послушным, покорным рабом человека-погонщика — таскает бревна, волочит тяжести. Внимательность, ласка и острая пика послушание гарантируют.
В цирках умные великаны обычно смиренны — униженно исполняют, например, очень эффектный номер: на одной ноге держат громадное тело. Зрителям неизвестно, какими средствами добыта эта покорность.
В зоопарках слоны тоже производят впечатление животных, вполне покорных судьбе.
Но случаются и бунты. После драмы в зоопарке Москвы я поинтересовался: а часто ль бывают убийства в слоновниках? Оказывается, нередко. В Соединенных Штатах в последние годы жертвами слонов стали пятнадцать служителей зоопарков. В чем дело? Причины называются разные. Наиболее вероятные две: реакция на нового человека, чем-то в поступках не схожего с прежним служителем- дрессировщиком, и половое возбуждение.
В период гона все животные особо тяготятся неволей. Ветеринары установили: в этот период количество гормонов тестостерона в крови у слонов возрастает в пятьдесят раз. Попасть под «горячую руку» буйного жениха опасно. По этой причине в немецких зоопарках не держат слонов-самцов. А в Америке отказались от контактов с животными в их загонах. Общаются с ними лишь через щели и дверцы в ограде.
Иногда опасно раздражительным делает слона недуг. В Алма-Ате я сам чуть не стал жертвою великана по имени Джони. В зоопарке снимался сюжет телевизионной программы. Кормлю перед камерой Джони арбузами. Слон забирает с руки их хоботом и, как яблоки, кидает в рот. Кончились. Прошу служительницу принести еще парочку. И вдруг что-то серое метнулось к моей голове. Я резко присел и вижу: бывалая моя кепка отправлена в рот, и слон с аппетитом ее жует. «Соленого захотелось!» — попробовал я шутить. Но директор зоопарка был бледным: «Василий Михайлович, кепка — что! Шею мог обхватить, и был бы тогда некролог в газете — у слона болен зуб, и он очень злобен».
Вот такие истории. Любовь к животным должна обязательно сочетаться и с осторожностью, особенно когда это касается диких животных. Об этом нелишне сегодня напомнить.
В одночасье разбогатевшие люди на ярмарке человеческого тщеславия стараются окружающих чем-нибудь поразить — на улице «Мерседесом», а в доме — живой экзотикой. За собаку редкой породы платят полмиллиона рублей, но хочется не только у гостей разбудить зависть, приятно им нервы пощекотать. Снова входит мода на львят, волков, рысей, гепардов, благо можно живой товар купить в зарубежье. Опасное увлечение! Урок Берберовых надо помнить: львенка можно обучить садиться на унитаз, но зверь останется зверем — однажды он непременно покажет клыки и когти.
Фото из архива В. Пескова. 5 декабря 1992 г.
Енот, да не тот
(Окно в природу)
Есть у нас зверь, которого кратко называют енотом. Родина зверя — Дальний Восток. В европейскую часть страны завезен он в тридцатых годах «для обогащения фауны». Новосел повсюду прижился и дошел уже в Западную Европу, не вызывая нигде восторга, — истребляет множество разной дичи. Название енот прижилось в просторечии, и в популярных писаниях зоологи его не приемлют. Название точное зверя — енотовидная собака, то есть собака, похожая на енота.
Настоящий енот, он же ракун (или даже кун из-за привычки американцев слова сокращать — Горби свежий тому пример) — житель Нового Света, северной его части.
Встречается от Флориды и до Аляски, предпочитая, однако, места потеплее. В послеколумбовское время был этот зверь вездесущим, но слава енотовых шуб «пошерстила» енотов.
Однако не истребила. Сегодня этот занятный зверь встречается повсеместно и вольготней всего чувствует себя в черте городов, где его не стреляют. В Вашингтоне один зоолог «угощал нас енотом» — вывел с фонарем в сад, и мы наблюдали, как зверь пировал у корыта с водой, полоская припасенные для него угощения.
А на Аляске в Анкоридже есть ресторан, куда еноты приходят клянчить еду, и это служит ресторану хорошей рекламой.
Не надо описывать, как выглядит этот зверь, — перед вами на снимке два молодых енота, бесстрашно позирующих фотографу, но надо сказать о хвосте этих лазальщиков по деревьям — он полосатый, как тельняшка матроса, и бросается в глаза сразу. Для самих енотов это нечто вроде семафора — с его помощью собратьям сообщается разная информация.
Повадки зверя восхищают всех, кто его наблюдал. «Игрив, жизнерадостен, а любознательность его не знает границ — он все понюхает и потрогает, поцарапает, попробует зубом. Хитер, как лиса, и живуч, как опоссум». «В неволе готов играть со всяким зверем, который на это согласен», — пишет Врем. Когда играть не с кем, енот играет с собственным хвостом, обматывает свой нос травинками, с любопытством разглядывает свои царапины на песке и делает новые. Неволю он переносит легко, быстро становится ручным, хотя собачьей привязанности к человеку у него нет. В зоопарке содержать енотов легко. Но американская его шуба жидковата при наших морозах. Зимой еноту нужно теплое помещение. По этой причине, например, в Московском зоопарке зверей этих нет.
Таков настоящий енот.
Фото из архива В. Пескова. 12 декабря 1992 г.
Процветающая воровка
(Окно в природу)
Итак, наш общий портрет вороны. Спасибо за письмо. Первое впечатление от них — ворона вездесущая птица. Орнитологи говорят о «демографическом взрыве» ворон. В европейской части России, по их мнению, сейчас обитает более двадцати миллионов птиц. Это в семь-восемь раз превышает их оптимальную численность. Причина обилия ворон в поразительной их приспособляемости к самым различным условиям существования, всеядность, способность учиться, перенимая опыт у старших и преуспевших.
Пищевое разнообразие у ворон поразительно. В городе они всегда найдут себе что-нибудь в мусорном ящике, утянут, проявляя бездну изобретательности, еду с балкона.
В природе они едят лягушачью икру и самих лягушек, ловят мышей и кузнечиков, клюют снулую рыбу и ловят живую, на юге таскают с деревьев орехи, из садов — клубнику и виноград, на морских побережьях собирают моллюсков.
