Увы, ничего не случилось. Утром доктор вел себя как ни в чем не бывало и, похоже, пребывал в блаженном неведении относительно планов своей невесты. Во всяком случае, когда Джина принесла сэру Говарду чеки на подпись, он как раз рассказывал коллеге о том, что планирует пригласить Ребекку в театр сегодня вечером.
Остается только надеяться, что мисс Трэйвис сама предупредит жениха о перемене своего решения в пользу Уолта. Непонятно, зачем ей хранить все это в секрете? Или она специально хочет причинить Конраду боль? Да, похоже на то. Но зачем? Чтобы отомстить за недостаток проявленного им внимания?
Дома Джину ждала целая гора неглаженого белья. Девушка слегка перекусила и принялась за работу.
Внезапно в дверь позвонили. Должно быть, это миссис Морс, как обычно, пришла одолжить молока, чая или сахара. Девушка выключила утюг и направилась к двери.
На пороге, прислонившись к косяку, стоял Конрад.
— Похоже, у меня уже вошло в привычку в трудную минуту обращаться к вам, — вместо приветствия произнес он.
— Вы же собирались пойти в театр. Что произошло? — осведомилась Джина, жестом приглашая его войти.
— Я знал, что здесь мне будут рады, — пробормотал доктор. — Дело в том, что перед самым уходом из клиники меня срочно вызвали к пациенту. К счастью, Ребекка позвонила Кальдерону, и тот любезно согласился меня заменить.
Девушка собралась было что-то сказать, но в последний момент передумала.
— Может, где-нибудь поужинаем вместе? — С этими словами Конрад подошел к окну и взглянул на черные грозовые тучи, нависшие над городом.
— Спасибо за приглашение, но я уже поела, — сдержанно ответила Джина.
— А как насчет того, чтобы просто выпить?
— Спасибо, нет. Похоже, скоро начнется гроза, так что я предпочитаю остаться дома...
— Вы что, боитесь? — В его голосе не было и намека на усмешку.
— Да. Буду сидеть в кресле, смотреть в потолок и трястись от страха.
— Почему бы вам вместо этого не смотреть на меня или, например, зажмуриться и зажать уши руками? — пошутил Конрад. — Кстати, вы можете продолжить гладить белье, а я пока приготовлю кофе.
Похоже, он намеревался задержаться здесь надолго, поэтому Джина решила последовать его совету и заняться делом.
Конрад рассказывал ей о Чуи, Малыше, Анни, которая поранила палец, разрезая яблоко, и прочих обыденных мелочах.
Джина боялась, как бы он не перевел разговор на Ребекку, поскольку в подобном случае она не могла поручиться за сохранность секрета Салли. Неизвестно, как будут развиваться события в дальнейшем. Остается только надеяться, что мисс Трэйвис все-таки одумается, ведь выходя замуж за Уолта, она многое теряет...
— Что это вы так сердито смотрите на гладильную доску? — поинтересовался Конрад.
Яркая вспышка молнии освободила Джину от необходимости отвечать. Дрожащей рукой она поспешно выключила утюг.
— Извините. Я уже говорила вам, что боюсь грозы.
— Садитесь здесь, подальше от окна, — ободрил девушку доктор. — Гроза скоро пройдет. — Он протянул ей чашку кофе. — Я обнаружил в буфете коробку с бисквитами.
Еще одна вспышка озарила бледным светом комнату. Вздрогнув, Джина пробормотала:
— Как же все-таки хорошо, что вы оказались здесь вместо того, чтобы уехать домой.
Вероятно, он знал, что будет гроза, и решил переждать ее в надежном месте, решила она.
За окном продолжала бушевать стихия. Конрад, уверенный, что поглощение пищи как нельзя лучше успокаивает нервы, приготовил несколько бутербродов. Конечно, у него была альтернатива — расстаться с самообладанием и успокоить девушку в своих объятиях. Однако он решил пока с этим подождать.
Вскоре гроза прекратилась. Лишь изредка небо озаряли последние сполохи и раздавалось глухое ворчание грома.
— Думаю, мне пора, — убрав посуду, сказал доктор и подошел к окну. — На небе уже зажглись первые звезды, так что, похоже, ночь будет спокойной.
Джина, продолжая гладить белье, удивлялась, до чего же ей уютно в обществе этого человека. Странно, как он мог ей не нравиться...
Она складывала последний носовой платок, когда Конрад произнес:
— Спасибо за кофе. Завтра я еду в Рокспул, так что до начала следующей недели мы не увидимся. Я появлюсь в клинике во вторник.
Он все это время будет в Рокспуле? — ужаснулась Джина. И вернется в Блумсби только ко вторнику? Но тогда он не сможет остановить Ребекку!
Похоже, больше никакой информацией Конрад делиться не собирался, и, поскольку Джина твердо решила не раскрывать тайну, они через несколько минут распрощались.
Джина, миссис Бернс и Конни по субботам по очереди дежурили в клинике. Это не занимало много времени: надо было всего лишь ответить на телефонные звонки, разобрать корреспонденцию и убедиться, что везде выключены вода и газ.
В эту субботу должна была работать Джина. Она планировала быстро расправиться с делами, чтобы к половине первого оказаться в Ласткорне. Уолт и Ребекка, наверное, появятся там к часу. А вдруг они к этому времени уже обвенчаются? Наверное, надо приехать пораньше...
Ей казалось, что пятница продлится вечно. Наконец коллеги пожелали друг другу приятно провести выходные и отправились по домам. Зная, что завтра у нее не будет времени сходить за покупками, Джина зашла на рынок и только потом отправилась домой.
Сомнения в том, что она правильно поступает, продолжали тревожить девушку. Но что еще можно было предпринять в сложившейся ситуации? В конце концов, Конрад должен получить шанс вернуть Ребекку.
Размышляя подобным образом и ощущая себя героиней готического романа, Джина отправилась спать.
С утра накрапывал дождь. Девушка наскоро позавтракала и уже через полчаса была в клинике. Закончив все дела, она собралась было уходить, как вдруг дверь открылась, и на пороге появился сэр Говард. Увидев Джину, он воскликнул:
— Замечательно! Вы-то как раз мне и нужны. Я хочу написать пару писем профессору Стюарту. Прошу вас напечатать их под мою диктовку прямо сейчас и сегодня же отправить.
Джина, поспешно надевая дождевик, пробормотала:
— Понимаете, сэр, у меня очень важная встреча в двенадцать часов...
— Вы успеете, мисс Ламберт. Письма очень короткие, так что это займет не больше десяти минут.
Но, продиктовав первое письмо, сэр Говард решил составить его заново. Второе послание едва уместилось на трех страницах. В итоге, когда девушка взглянула на часы, стрелки показывали половину двенадцатого.
— Бросьте их по дороге в почтовый ящик, — попросил ее патрон. — Если вы поторопитесь, то успеете к полуденной выемке почты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
