Яркие картины сна продолжали будоражить сознание. Так есть у него орден или нет? И дадут ли ему пенсию? Выдирая себя из мутной неопределенности, он нашел мобильник, набрал номер. Оставалось нажать кнопку вызова. И что будет? Где-то на краю воспаленного сознания возникло чувство неловкости, неправильности происходящего. Вот в строгом кабинете РУБОПа Лис услышит его неуверенный, пьяный, спотыкающийся голос. Он поморщится и спросит:
— Ты что, Петруччо? Какой орден?!
Нет, так офоршмачиться[30] нельзя! Леший отбросил мобильник. Его жилистые руки лихорадочно вцепились в водочную бутылку. Глоток, еще один, еще… По гулкой череде бетонных отсеков прокатился тоскливый вой:
— Будь проклята ты, Колыма, проклятие нашей планеты, сойдешь поневоле с ума, отсюда возврата уж нету…
Леший откинулся на спину и неожиданно отключился, провалившись в глубокий, без сновидений, сон. Пришел в себя он около полудня. Муть в голове улеглась. Размытые картинки из прошлого больше не беспокоили. Он опасливо посмотрел на потолок. Кроме темных пятен, там ничего не обнаружилось. Мост заметно раскачивался. Хотелось на свежий воздух. Леший поспешно встряхнулся и выполз из своего логова. Зашел в «Крепость», опрокинул в лечебных целях стакан водки. Стало немного легче, мелкая внутренняя дрожь унялась. Привычки опохмеляться у него раньше не было. И курить анашу на водку — тоже. Но и ночных кошмаров тоже раньше не было…
Прохладный ветерок с Дона прочистил мозги. В довершение он бросил в отечное лицо горсть мелких дождевых капель, окончательно приводя в чувство.
Глава 4
Праздники и будни
Плохие деньги вытесняют хорошие.
Закон Гришэма
Бордовый «дипломат» Лис принес домой, извлек серебристый ноутбук, включил, ожидая увидеть запрос пароля. Тогда придется нести компьютер специалистам…
Но оказалось, москвичи были настолько уверены в собственной силе, что даже не посчитали нужным защитить свою информацию. Он быстро просматривал файлы: «Проект „Экспансия"», «Зонт над Тиходонском», «Перспективы экономического развития Тиходонского края»…
Лис открыл первый. Это был объемный текстовой документ, состоящий из шести разделов. Он углубился в чтение. Подробный анализ географического, климатического, политического положения Тиходонска. Экономический потенциал, ведущие предприятия, другие предприятия, фамилии и телефоны руководителей края, города, районов, крупных бизнесменов. Краткая объективка на каждого. Характеристика криминального мира, надо сказать, довольно точная. Характеристика правоохранительных органов. Объективки на сотрудников. Лис нашел свою. Фотография, послужной список, личностные качества: «Упрям, не склонен к компромиссам, часто применяет незаконные методы, среди уголовного мира пользуется авторитетом…»
Лис увлекся настолько, что, когда через час пришла Катя, он даже не спросил, где она была.
— Что ты там так внимательно изучаешь? — Ребенок подошла сзади, обняла мужа, заглянула через плечо. На экран была выведена карта города, раскрашенная в четыре цвета: красный, желтый, зеленый и белый.
— Что это за краски-раскраски? — Супруга поцеловала его в щеку. От нее едва заметно пахло спиртным.
— Бокал шампанского с подругами? — рассеянно спросил Лис.
— Ой, откуда ты знаешь?
— Или с друзьями?
— Ну перестань, Фил! Лучше расскажи, что это такое?
— Желтый цвет — госсобственность, зеленый — частная, белый — купленная приезжими. Москвичами.
— А красный?
— Это неприкасаемые объекты. Их скупать нельзя…
— Почему?
— За ними стоят интересы центра или особо важных персон Тиходонска.
— Да-а-а, интересно… А белые полоски поперек желтого и зеленого?
— Запланированы к покупке.
Ребенок отошла и стала переодеваться. Шелест скидываемой одежды дразнил Филиппа, но сделанное им открытие было настолько шокирующим, что он не мог оторваться от компьютера.
— Есть повесть про то, как какой-то чумазый чудак покупал у первых встречных все, что попадалось на глаза, — раздался сзади мелодичный голосок Ребенка. — Мосты, железные дороги, дома, реки, горы… Платил он немного, но расписки, которые писали прохожие, им вообще ничего не стоили. А оказалось, что это инопланетянин, который скупает Землю. И бумажка с подписью землянина по галактическим правилам придавала сделке законность!
— Ну, инопланетяне тут ни при чем, — пробурчал Лис. — Это наши, земные воротилы начали выкупать город… А все их планы оказались у меня в руках!
— Готовая завязка для сценария! Представляешь, какой бы вышел блокбастер? Они охотятся за нами, мы вначале скрываемся, а потом оказываемся победителями…
Скрипнул ящик комода, куда Ребенку доступ был строго запрещен.
— Назад, злодеи! — Ее голос приобрел строгие нотки. Лис развернулся вместе с креслом.
Катя в одних колготках стояла посреди комнаты и целилась из «пээма» в воображаемого врага. Оружие она держала правильно, двумя руками, но приподнялась на носочки, чтобы обозначить высокие каблуки, а из такого положения точно не выстрелишь.
— Положи на место! Патрон в стволе!
— А как я выгляжу?
— Прекрасно. Как, впрочем, и без пистолета! Ничего не трогай и дай его сюда!
— Сейчас…
Перехватив оружие за ствол, она поднесла его к лицу внимательно рассматривая. Убедившись, что предохранитель заперт, Лис немного расслабился.
— Сдай оружие, а то попу надеру!
— Попу? Заманчиво… Это у тебя другой пистолет! Не тот, что был раньше!
— Не придумывай. Он у меня уже десять лет. Давай сюда!
— Нет, другой! Раньше рукоятка была исцарапана. В насечке даже крупицы стекла застряли. Я еще спрашивала, где ты стекла бил?
Лиса бросило в жар. Он встал, шагнул вперед и отобрал у жены пистолет.
— Не помню… Не бил я никаких стекол!
— Ты просто забыл. Мы с тобой только-только познакомились. Я тебе про книгу рассказала, где секретный список прятали за зеркалом! А сыщик разбил зеркало и нашел… Помнишь?
— Не помню, — отмахнулся Лис и отвернулся к комоду. Список банды Колдуна действительно был спрятан так, как описано в той книжке. Колдун тоже был начитанным человеком.
— Слушай!! — вдруг воскликнула Катя. — А ведь тогда по телику показывали, что в одном доме убили хозяина и разбили все зеркала!! Этого тоже не помнишь?!
Цепкие пальчики требовательно ухватили его за предплечье. В голосе жены звучало изумление. Лис втолкнул пистолет обратно в кобуру и отрезал:
— Тоже не помню. А еще раз возьмешь пушку, возьму ремень и выдеру!
Ребенок засмеялась.
— Зачем ждать следующего раза? Давай прямо сейчас! И принялась ловко снимать колготки.
Часа два спустя, когда Ребенок уже крепко спала, Лис осторожно встал, прошел в прихожую, вынул из стенного шкафа рюкзак, который сунул сюда, когда переступил порог квартиры. В рюкзаке были деньги. Много денег, он даже не знал — сколько. В ячейках и сейфах «Золотого круга» уже накопилось несколько миллионов в валюте и десятки миллионов рублей. Он их практически не тратил. Не только из конспирации — не было потребности. И, по существу, ему некуда было девать деньги, которые ему не нужны… Складывать все яйца в одну корзину нельзя, да и полностью полагаться на одного человека, даже столь испытанного и проверенного, как Хондачев, тоже не следует… Надо что-то придумать… А пока он отнес рюкзак в кладовку, засунул в угол и прикрыл старым плащом.
* * *
10 ноября похожий на трактор драматический театр был оцеплен по периметру бойцами ОМОНа. Лучшие сотрудники Тиходонского УВД, доставая пригласительные билеты, толпились у входа. Многие были в милицейской форме, но явно в неслужебном настроении — с букетами цветов, непривычными улыбками на строгих обычно лицах. Через узкие двери они просачивались в гулкий вестибюль, сдавали плащи и куртки в раздевалку, радостно встречали знакомых. В довольно замкнутой милицейской среде, как в большой деревне, почти все знали друг друга в лицо. По службам — УР,[31] БЭП,[32] ДЧ,[33] все знали всех, многие поддерживали товарищеские отношения, некоторые дружили. Но каждый, как белка, крутился в своем колесе, и, если служебные пути-дороги не пересекались, даже старинные приятели могли не видеться месяцами. Сейчас они шумно обменивались приветствиями, радостно хлопали друг друга по плечам, жали крепкие руки и оживленно беседовали. Многие пришли с женами, что увеличивало общий шумовой фон.
День милиции — особый профессиональный праздник. Потому что и профессия особая. Настоящий сотрудник должен всегда быть в форме — как в прямом, так и в переносном смысле. Граждане видят милиционеров при печальных обстоятельствах, в строгой официальной обстановке, да еще по телевизору, где образы героев нарисованы либо розовой, либо густо-черной краской. В свой праздник, в своей среде сотрудники ведут себя как обычные люди: отдыхают, развлекаются, получают благодарности… Хотя и тут есть особенность — кроме грамот, премий и медалей особо отличившимся могут вручить именное оружие. Это самая почетная награда для профессионалов. Медали и грамоты есть у всех, ордена — у некоторых, а именные стволы — у единиц! И подполковник Коренев с нетерпением ждал, пока его вызовут на сцену.
