каждый раз, когда она видела, как Герберт смотрит на Оргхеллу.
— Ладно, давайте приготовимся, — сказала она, резко отворачиваясь. — У нас есть план "Б", если что-то пойдёт не так.
— План "Б"? — спросил Валентин, нервно осматриваясь. — А он у нас есть?
— Нет, но надо же что-то делать, если это не сработает, — отмахнулась Лили.
Тем временем Оргхелла, уверенно шагая по полю, подошла к своему народу. Орки, как один, повернулись к ней, их глаза горели магическим огнём проклятия, которое туманило их разум. Она остановилась перед ними, подняла руки, словно призывая к тишине, и заговорила:
— Братья и сёстры! Вы знаете, кто я. Я — дочь вашего вождя, и я несу вам слово о правде. Мы движемся по ложному пути. Этот путь приведёт нас к гибели!
Слова эхом разнеслись по полю, и магия, наложенная Гербертом, усилила её голос, проникая в самые глубины душ орков. Они начали переглядываться, растерянность сменяла ярость в их взглядах.
Но внезапно, в тот момент, когда орки, казалось, начали поддаваться её словам, над полем пронёсся резкий звук, словно рёв ветра, но сильнее и зловещий. Из-за облаков появился тёмный силуэт — колдун, тот самый, который наложил проклятие, возвышался над ними, излучая ауры злобы и могущества.
— Как ты смеешь пытаться разрушить моё заклятие, глупая орчиха! — рявкнул он, его голос разнёсся по полю. — Ты никогда не сможешь победить меня!
Оргхелла сжала кулаки, готовая дать отпор, но вдруг почувствовала на своём плече тёплую руку. Она обернулась и увидела Герберта, который, не раздумывая, последовал за ней.
— Похоже, ты нуждаешься в помощи, — тихо сказал он, и в его глазах зажглась уверенность, которой она не видела раньше.
— Да, — кивнула Оргхелла. — Вместе.
Они встали бок о бок, и Герберт поднял свой жезл. Ему пришлось вспомнить всё, чему он учился, и немного импровизировать, как он привык это делать.
— Ладно, старина, — пробормотал он под нос. — Сейчас ты увидишь, что такое настоящая магия.
Колдун пронзительно рассмеялся, но это только подстегнуло Герберта.
— Видишь ли, — начал Герберт, обращаясь к колдуну, — в магии важна не только сила, но и… эм… находчивость. А ещё умение читать мелкий шрифт на свитках.
И с этими словами Герберт резко произнёс заклинание, одновременно разворачивая свиток и направляя его энергию на колдуна. Заклинание, которое он использовал, было древним и мощным, предназначенным для разрушения любой злой магии, но с одним побочным эффектом, о котором Герберт помнил слишком поздно.
Колдун вскрикнул от боли, чувствуя, как его тёмная магия начинает рушиться. Однако, вместе с разрушением проклятия, воздух вокруг него начал светиться, а затем — что-то невероятное произошло: из груди колдуна начали вылетать… голуби. Да, десятки белоснежных голубей, которые заполнили всё небо над полем.
Оргхелла, наблюдавшая за происходящим, не знала, что сказать. Её соплеменники также смотрели на это зрелище, и, вместо того чтобы пугаться или злиться, они начали смеяться. Сначала тихо, затем громче, пока весь лагерь не разразился хохотом. Магия колдуна рассеивалась, и вместе с ней исчезало проклятие, освободив орков от его влияния. Через минуту от колдуна не осталось и следа.
— Я знал, что это сработает, — гордо заявил Герберт, хотя, по его лицу было видно, что он сам слегка удивлён таким эффектом.
Оргхелла взглянула на него, её лицо сияло благодарностью и… чем-то ещё. Она наклонилась и быстро, но решительно, поцеловала его в губы. Герберт замер, осознав, что это не просто благодарность, но что-то более глубокое. И, к его удивлению, он ответил на её поцелуй с неожиданным для себя жаром.
Герберт, всю жизнь проводивший больше времени среди книг и заклинаний, чем среди женщин, вдруг осознал, что его сердце стучит так громко, что его, вероятно, слышат даже на другом конце орды.
Но прежде чем он успел осмыслить, что же только что произошло, их окружила группа крупных орков с серьёзными выражениями на лицах. Один из них, видимо, командир, шагнул вперёд и почтительно поклонился Оргхелле.
— Принцесса Оргхелла, ваш отец хочет видеть вас и вашего спутника.
— Отец? — переспросил Герберт, чувствуя, как его уверенность вдруг испаряется, уступая место панике. — Спутника? Подождите… вождь?
Оргхелла улыбнулась, и её клыки слегка блеснули на солнце, что только добавляло очарования её хищному виду.
— Да, Герберт, я же говорила тебе. Мой отец — вождь нашей орды. И если ты собираешься быть моим… — тут она немного запнулась, выбирая слова, — моим избранником, тебе придётся с ним познакомиться.
Герберт почувствовал, как его ноги стали ватными. Он был магом, спасал миры (ну, хотя бы помогал спасать), но встретиться с орочьим вождём в роли будущего зятя? Это было слишком.
— Я… я… я просто маг! — запаниковал он, оглядываясь на Лили и Валентина, надеясь на спасение.
— Именно поэтому ты идеально подходишь, — уверенно заявила Оргхелла, не оставляя ему шансов на побег. — Пойдём, отец не любит ждать.
Лагерь орков был полон жизни и энергии. Герберт, чувствуя себя совершенно не на своём месте, шагал рядом с Оргхеллой, которая уверенно вела его к центру лагеря. Лили и Валентин следовали чуть позади, явно наслаждаясь его смятением.
— Знаешь, Лили, — прошептал Валентин, склоняясь к ней, — я бы на его месте тоже нервничал. Эти орки выглядят так, будто готовы разорвать его на куски, если он не понравится её отцу.
— Да, но смотри на это с другой стороны, — усмехнулась Лили. — У нас, по крайней мере, будет хорошее зрелище.
Когда они подошли к большой палатке в центре лагеря, Оргхелла остановилась и повернулась к Герберту.
— Постарайся быть честным и уважительным, — прошептала она, ободряюще пожав его руку. — Отец может показаться суровым, но он справедлив. Ну, почти всегда.
Герберт только кивнул, чувствуя, как страх захлёстывает его. Он даже не заметил, как они вошли в палатку, пока не оказался лицом к лицу с вождём орков.
Вождь был огромен. Его мускулы казались больше, чем у большинства людей, а его лицо излучало такую мощь, что Герберт на мгновение подумал, что перед ним стоит сам дух войны. Вождь сидел на троне из костей и металла, обрамлённый мехами, и смотрел на них с выражением, которое могло бы заставить обратиться в бегство даже самого храброго героя.
— Отец, — начала Оргхелла, подходя к трону и кланяясь, — это Герберт, маг, который помог нам освободиться от проклятия.
Вождь молча посмотрел на Герберта, как будто оценивал его весомость как будущего члена семьи, что, по мнению Герберта, должно было включать анализ его костей на прочность.
— Герберт, — прорычал вождь, его голос был таким глубоким, что, казалось, сам воздух вибрировал от него. — Я слышал,
