– Слышь, командир? – подал голос Майк.
– Чего?
– Как это штука называется, та, что в носовой части?
– Гравитационно-импульсный корректор.
– Как ты думаешь, он уже работает, в смысле корректирует?
– Не знаю, – признался Ник. – Что-то в нем жужжит… Думаю, это нормально.
– Нет, если сказано, что импульсный, значит, должен импульсы выдавать, – вмешался в разговор Стив. – Думаю, мы почувствуем незначительный толчок.
– Когда? – уточнил Корн.
– Когда придет время.
– А когда оно придет?
В этот момент всем троим показалось, будто их утлое судно натолкнулось на какую-то преграду. Удар был такой силы, что пассажиры потеряли сознание, и только спустя несколько минут в темноте возобновился их диалог.
– Су… сука ты, Милош… – прохрипел Корн, отплевывая кровь.
– Это почему… же я с… сука? – борясь с булькающим кашлем, спросил Стив.
– Ты! Сказал… незначительный толчок!
– Пошел ты вон… Для меня это… тоже неожиданность… Кстати, а чего с командиром? Ник!
– Здесь я… Ох, сволочи… Что же они не подумали… о нас…
– Кто о нас когда думал? Полный рот крови! Никогда ещё меня так крепко не встряхивало.
– А у меня бы случай – в детстве, – вспомнил Ламберт. – Мне тогда было лет десять, и я в зоопарке между решеток пролез, чтобы степного шкуропоня покормить…
– И чего шкуропонь?
– А лягнул меня, сволочь, так, что я капустку выронил и летел до другого конца вольера. Ох и копыта у него были! Контузия, а не копыта.
– Самое главное – узнать, когда этот импульс шарахнет в следующий раз, – сказал Милош. – Ато, если не готовиться, мы до места трупами приедем.
– Сначала жужжало, потом жужжало громче, а затем стало пикать, – начал восстанавливать всю цепь событий Ламберт.
– Да, а где-то через минуту нас лягнул этот шкуропонь, – добавил Корн.
В носовой части «макета» снова послышалось жужжание.
– Ну вот, – упавшим голосом сказал Стив. – Готовьтесь, ребята…
56
Через положенное время шпионское судно «макет», совершив все заложенные программой маневры, успешно вышло к Ло-Дешинсу.
Движение незнакомого объекта отслеживали более сотни оборонительных систем, и им оставалось лишь выбрать вид оружия, которым следовало уничтожить эту цель.
В конце концов выбор пал на истребительную авиацию, поскольку наблюдателям не давала покоя неизвестная природа нарушителя. С одной стороны, он ничем не отличался от пенного камня вулканического происхождения, а с другой – время от времени объект буквально взрывался гравитационными импульсами, бросавшими его из стороны в сторону.
«Самое опасное, что, по предварительным расчетам, обломки объекта, если они не сгорят в атмосфере, могут попасть на территорию сами знаете чего», – многозначительно заметил генерал, отвечавший за противокосмическую защиту всей планеты.
Его подчиненные сделали правильные выводы, и к объекту неопознанной природы помчалась четверка «фошей».
Пилоты несколько раз поочередно прошли мимо «макета» и с уверенностью доложили начальству, что это булыжник. А что касается гравитационных всплесков, так это тоже не было новостью, поскольку в космосе нередко встречались обломки-пульсары, излучавшие в самых разных спектрах.
«Уничтожьте его на отметке „0.315“, – приказали пилотам, что означало разбить объект, придав его обломкам дополнительное ускорение, чтобы они гарантированно сгорели в атмосфере.
Нарушитель стремительно несся к Ло-Дешинсу, а тем временем система наведения одного из перехватчиков подробно описала цель и перебросила всю информацию в управлявший ракетой микрочип.
В доли мгновений была проведена последняя сверка дистанций, и снаряд устремился в погоню.
Огромное количество ответственных лиц, сидя у экранов, следили за сближением двух отметок, не сомневаясь в их скорой встрече, а внутри обреченного «макета» обессиленные и истекающие кровью пассажиры уже не отдавали себе отчета, что с ними происходит.
Гравитационно-импульсный корректор выбил из них остатки сил, и, хотя они научились определять время очередного удара, это не очень им помогало. Всякий раз пауза беспамятства длилась все дольше, и было неизвестно, переживет ли кто-то очередную встряску.
Между тем собственный чип «макета» совершенно не интересовался состоянием пассажиров и старательно решал трехмерную задачку, сопоставляя значения параметров. Когда ракета– преследователь подошла на критическое расстояние, корректор сработал ещё раз, а затем началось показательное разрушение.
Едва «макет» потерял кормовую часть маскировочной защиты, как в неё врезалась ракета. Следом отскочили головная, корпусные части оболочки, что создало впечатление разрушения цели.
Когда стало ясно, что большая её часть все же уцелела, «макет» уже вошел в атмосферу планеты.
По цели был дан ещё один торопливый залп, однако «макет» снова начал дробиться, сбросив механизм энергоснабжения корректора.
В самом корректоре ресурсов оставалось на последний тормозящий импульс.
«Ну, что там происходит?!» – негодовал самый главный генерал, но его тут же успокоили, сказав, что цель перенесла уже два подрыва, сильно разрушилась и теперь её обломки непременно упадут в Прилегающие болота.
«В Прилегающие болота?» – переспросил генерал. Что такое Прилегающие болота, он знал, и это был едва ли не лучший выход, если булыжник все же дотянет до поверхности Ло-Дешинса.
Между тем «макет» выпустил оперение и развернулся, поставив пассажиров ногами вниз. Фиолетовое пламя стало облизывать бока аппарата, и тотчас сработал последний импульс, заставивший «макет» снизить скорость.
«Объект продолжает разрушаться», – радостно сообщили генералу, когда «макет» отбросил импульсный корректор.
«Направление не меняется – он идет точно в болота».
Генерал уже начал успокаиваться и подумал закурить, когда последовало ещё одно сообщение:
«Он выпустил тормозной парашют, сэр! Но все же идет в болото».
Сначала генерал страшно разозлился и хотел уже принять меры, однако позже передумал, решив, что с парашютом или без него – для Прилегающих болот это не имеет ровно никакого значения.
57
Через потерявшие герметичность швы внутрь корпуса медленно набиралась вода. Знакомый запах тины и сырости вернул лейтенанта Корна к жизни, а оказавшийся перед лицом крохотный иллюминатор связал его с внешним миром.
То, что увидел Майк, ему совсем не понравилось. Бурая растительность с отдельными пятнышками грязно-оранжевых лишайников. Это было холодное болото, а стало быть, снаружи уже j`p`skhkh добычу вечно голодные хищники.
Последовал резкий толчок, и на мгновение Майку показалось, будто снова сработал импульсный корректор, однако он тут же понял, что это не так.
От толчка плавающий в болоте корпус «макета» крутанулся вокруг своей оси, и лейтенанту через крохотный иллюминатор удалось рассмотреть причину беспокойства. Ею оказался двадцатиметровый грипан-танкетка, который пытался сожрать металлизированное полотнище тормозного парашюта. По какой-то причине тот не был отброшен «макетом» во время приземления, и теперь болотный хищник пытался рвать его зубами.
– Эй, живые есть? – поинтересовался кто-то. Корн даже не понял, кто именно, – так сильно искажен был голос.
– Я жив… – ответил лейтенант, не прекращая наблюдения.
– Да и я тоже… – Это уже был майор Ламберт. Его голос лейтенант узнал сразу.
– Мы в воде, или это ощущение… только в моих штанах?.. – попробовал шутить Милош. Затем последовал новый рывок грипана, и Ник со Стивом невольно вскрикнули.
– Это не импульс, ребята, – успокоил их Корн. – Просто нас хотят сожрать и начали с парашюта…
От очередного толчка корпус «макета» снова закрутился, и теперь уже все члены экипажа сумели мельком увидеть хищника.
– Корн! Да он же нас целиком проглотит! Корн!
– Не проглотит, – спокойно отозвался лейтенант. – Это грипан, а они привыкли пережевывать пищу тщательно.
Неожиданно где-то в остатках механизма управления «макета» включилась запись. Тонкий писклявый голос сообщил, что для разрушения стенок корпуса достаточно произнести слово «выход».
Сообщение повторилось раз двадцать, пока Ламберт не сказал: «Заткнись».
– Только, пожалуйста, ребята, не произносите это слово раньше времени, иначе от нас ничего не останется…
– Не будем, мы же не дурни, да, Милош?
– Да, командир, давай лучше пальчиками пошевелим…
– Давай, – согласился Ник, – только я их не чувствую. Совсем…
– У меня та же история.
– Отлично! – с неожиданным оптимизмом воскликнул Корн после очередного рывка.
– Чего же отличного? – поморщился Ник и сплюнул кровавую слюну.
– Он потащил нас к себе в нору! Если у него не отберут добычу другие грипаны, у нас будет шанс, потому что вокруг норы грипаны намывают песчаную или галечную отмель.
