вперёд наворачивать круги! Да с вашей дыхалкой вас даже черепаха обгонит! БЕГОМ МАРШ!!!
Повторять не пришлось — здоровенные лбы послушно побежали, начиная подстраивать свой бег под дыхание, сохраняя как можно больше сил. Помнят мои наставления, молодцы. Хотя как им не запомнить, если я в их голову всё доносил через поджопники. Самый действенный способ добраться до мозгов!
И вот, пока гвардия послушно выполняла мои приказы, я взглянул на замеревшего в ступоре подмастерье.
— Как, говоришь, зовут твоего мастера?
— О-ортольд Деслов, господин! — с заиканием ответил парень.
— Передай мастеру, что за свою работу он получит в два раза больше, чем было оговорено. Скоро к нему занесут всю нужную сумму.
Его глаза тут же превратились в два блюдца, а рот непроизвольно открылся в удивлении. Но он быстро справился с шоком, заверив что всё в точности передаст. Словно боясь что я передумаю, паренёк тут же ушёл сообщать мастеру хорошие новости. А заодно донести новость, что лорд приглашает его на разговор.
Я этому мужику точно не дам прозябать в безызвестности, из слишком уж качественного золота сделаны его руки. И если не согласится работать на мой род, то заказами я его точно завалю.
***
Час спустя
Индрик, братская могила плац
— ...Брат, — с непроницаемым лицом наблюдал за представленной картиной Анхель. — Ты и правда достоин отцовского прозвища.
Ну, зрелище и правда эпохальное. Огромный плац, усыпанный тут и там стонущими телами, что содрогались в проходящих по телу судорогах и тяжело дышали от усталости. Их взгляд был расфокусирован, и единственное, чего они желали — отсдохнуть.
И в сердце этого побоища лежал я. Такой же потный, уставший... но с состоянием в стократ хуже. Быстро стучащее сердце готово было выскочить из груди, лёгкие горели, словно в них устроили пожар, а ущербное тело ныло и умоляло поскорее умереть, ведь оно уже просто не могло выдержать всего того, что я на него взвалил. Работая на пределе своих сил, чтобы держать гвардию в тонусе, я в итоге не заметил, как чуть не довёл себя до могилы.
Но я сопротивляюсь желанию навсегда сомкнуть глаза! Надо развиваться, надо качаться! Вперёд и только вперёд! Ы-А-А-А!
— Какать хочешь? — спросил подсевший блондин, видя как покраснело моё лицо от попытки сесть.
Ответить я не успел, в меня тут же полилась целительская сила, что быстро восстанавливала мою тушку от долгих страданий. Наконец я смог вздохнуть полной грудью и нормализовать свой сердечный стук.
— Спасибо, — слегка улыбнулся я, — А твоих сил ещё хватит на восстановление нашей гвардии? А то мы лишь наполовину выполнили всё запланированное...
— Не-е-ет...
— Спасите...
— Убейте меня...
— Мамочка...
Тут же раздались голоса по всему плацу. Здесь и там слышались как мольбы, так и чьё-то хныканье. И мой добродушный брат решил сжалиться над лентяями.
— К сожалению, мне хватит только на твоё восстановление, Аги. Всю остальную ману я потратил на горожан.
Ага, не *** мне тут, актёрище столичного театра. После нашего вчерашнего разговора я прекрасно понимаю как много теперь у тебя её в запасе!
Но... ладно. Нужно дать людям отдохнуть после серии ожесточённых тренировок. Тем более у них должен хотя бы немного варить котелок, когда они будут слушать проникновенную речь Готфрида про мотивацию и как сильно её нужно поднять ради их семьи и благополучия Кадии.
— Тогда все свободны. Отдыхайте, парни! — повсюду раздались счастливое кряхтение. — А мы с тобой пойдём решать нашу главную проблему.
— У нас их много, — хмыкнул немного нервно Анхель. — Так что уточни.
На его слова я широко ухмыльнулся, а ответом заставил перестать дышать.
— Отрицательный доход.
***
Каждое лордство зарабатывает на каком-то определённом деле. Табенриры хороши в сельском хозяйстве, со своими-то плодородными полями. Другие знамениты своим животноводством со своими сильными боевыми конями или коровами, дающими прекрасное молоко. Третьи становятся богаче благодаря железу и другим рудам, что они добывают в находящихся на их территории шахтах. А некоторые вынуждены богатеть за счёт лишь искажений, что по непонятным причинам так часто возникают именно на их земле.
И ничем из сказанного мы не владеем: земледелие и животноводство здесь кормит лишь собственное население, руда из горы Дырнак простая и не имеет особого спроса на южном рынке, а искажения наши довольно обыкновенные и зачищаются сейчас войсками Совета. Это раньше, при родителях, территории были намного больше и имели свои особенности. Вроде той же залежи мифрила, что обеспечивала неприличный доход. Теперь она у каких-то сранных Льорнов...
Так чем же мы можем в условиях ограниченных земель себя прокормить?
Конечно же чем-то, что выделяет эти земли от остальных! А именно...
— Одежда? — не поверил услышанному брат. — То есть, обычная? Не из искажений?
— Именно! Из самой простой ткани, на вроде хлопка, лёна, шёлка и шерсти. Правда, по ощущениям она скорее к первому. Мягкая, приятная на ощупь, но при этом довольно прочная, чтобы защитить от режущих и колющих ударов. Более того, её можно спокойно использовать для создания зимних и летних нарядов. Поверь, она будет невероятно популярна в Корделии!
— Аги... ты точно уверен, что не заболел? — ушёл в скептицизм блондин. — Где ты видел такую одежду и чтобы она не была создана из материалов не из искажений?
— Малефика.
Вот тут уже с брата слетели все сомнения.
Цветок с юга, из чьих больших белых лепестков создаётся удивительна ткань. Раньше его считали не более чем красивым сорняком без запаха. И лишь через время люди научились обрабатывать его, вываривая и собирая появляющуюся с него нить.
Но конечно же такая ткань не стала бы такой популярной лишь из-за своей новизны. Её истинное качество заключалось в совсем ином.
Первая причина — самовосстановление. Её органические нити сращивались между собой, возвращая одежде прежний вид. А благодаря специальной обработки, она могла восстановить до идеального состояния даже оторванный рукав. Единственный ресурс, нужный для восстановления — мана.
И вот и мы плавно перетекает ко второй причине — магический накопитель. Ткань из малефики могла хранить в себе ману,
