Читаем без скачивания Хранительница искры (СИ) - Риз Лаванда

— Там … там вовсе не нечисть, — Мидэю душили слёзы. — Невинные люди и несколько ведуний, знахарки. Лишь светлые. … Это она, — дальше Мидэя задрожала, не в силах больше выдавить ни слова.

— Тихо-тихо, потом поговорим. Нужно быть осторожными.

Холод тьмы пробирал изнутри. Перстень на пальце нестерпимо жёг. Даже не глядя, Мидэя ощущала, как ведьма подходит к ней всё ближе. Какая ирония, пытающийся избавиться от магии король женат на одной из самых могущественных ведьм, сила которой питалась магией морока.

— Как вам спалось сегодня? — поинтересовалась королева с чарующей улыбкой, встав слева от Даната. — Воздух севера приносит яркие сны, насколько я знаю.

— Чудесно спалось, — улыбнулся Данат, обнимая Мидэю. — Правда мало, — его палец тоже обжигало изготовленное Мидэей кольцо. А руну на груди хотелось загасить пригоршней снега.

— То ли вы её измотали, то ли она у вас не выносит пыток, — кивнула на Мидэю королева. — Сочувствовать этим созданиям тоже преступление.

— Погода слишком неблагосклонна и сурова к Мидэе. Она просто немного захворала, — князь не выдал себя ни одной эмоцией. Всё та же обворожительная улыбка и спокойствие в каждой черте лица. — Этот цветок не для севера. Но нечисть мы не выносим так же как и вы, так что какое уж тут сочувствие. Я восхищён рвением вашего супруга. Фарас присоединится к этой священной борьбе.

— Я могу проводить её во дворец и велеть заварить ей трав, — снисходительно проговорила королева, упорно ищущая способ как отделить Мидэю от Даната.

— Не стоит, мне уже лучше. Я не хочу уйти и пропустить всё представление, — выдавила Мидэя. — Спасибо за заботу.

— Любопытные перстни, необычные. Я смотрю, они у каждого из вас, даже у рыцарей, словно знак ордена, — глаза королевы блеснули угрозой. Уж она поняла, что это были за перстни.

— Так и есть, — невозмутимо кивнул Данат. — На перстнях символ моего княжества, я приказал изготовить их для тех, кто находится у меня в услужении. Это особый знак моего расположения.

— Надеюсь, мою дочь вы будете обнимать с таким же жаром, которого не жалеете на любовницу, — лукаво подмигнула королева. — Берите Гриетту, она утопит вас в ласке да так, что сил на других не останется. Ведь только северные женщины знают, как согревать мужчин!

— У вас славные дочери, ваше величество. Видно, ночи их зачатия были особенно холодными, — усмехнулся Данат.

Нужно было отдать должное его выдержке. Мидэя чувствовала, как напряжено его тело, но при этом не дрогнул ни один мускул, а улыбка оставалась такой же учтивой со свойственным ему высокомерием благородных. Но королеву Мидэя ненавидела! Причём с каждой минутой всё сильнее. И хоть ненависть была против законов священного Аввина, девушка ничего не могла с собой поделать, это шло из глубины. Королеву нужно было убрать с лица земли. Это ликующее, коварное, чистое зло в столь прекрасном женском облике. Здесь не было способов утаиться, Мидэя прекрасно знала, что королева учуяла её дар, вернее это был дар матери Даната и так как дар был довольно мощным, ведьма пока не рисковала бить открыто, она выжидала. Единственное, что удалось Мидэе, это скрыть след священного пламени.

А тем временем, король приказал клеймить и отпустить тех, кто лишился чувств от пыток крюками, а тех несчастных, кто невзирая на боль оставался в сознании — привязать к столбам обложенным хворостом.

Данат увлёк Мидэю в сторону короля окруженного ярлами, строящими планы одновременно наслаждаясь зрелищем чужих мучений. Рыцари верной свитой потянулись за князем.

— И это всё? — воскликнул Данат, взглядом бросая вызов королю. — Все развлечения? И это вас забавляет? Сожжение каких-то там травниц и повитух-ведуний? А где же грозная нечисть от которой сводит дух и трясутся поджилки? Ну не знаю, лично мне скучно смотреть, как клеймят ревущих баб. Неужели нет больше ничего стоящего?

— Ах, ты ж шельма! — хмыкнул уязвлённый Гратобор, довольный брошенным вызовом. — Князю Фараса небось захотелось обделаться от страха! Могу помочь! Так и быть, покажем нашим гостям пойманную тварь, — король кивнул нескольким воинам. — Слышали ли вы о вольверинах? Демонах с человеческим лицом, способных обращаться в волка?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Что-то слыхали, — кивнул Данат, ухмыльнувшись. Наживку заглотили именно так, как он и рассчитывал. — Их можно убить особой сталью.

— Верно, клинками с адамантием. Зверюга, в которую он обращается отличается жуткой свирепостью. Один оборотень может легко вырезать целое стадо овец, пополам перекусить сторожевых псов, оторвать голову пастухам и изнасиловать их жён. Поймать их невероятно сложно, на их землях бродит древняя магия, а сами они довольно искусные воины, которые лучше сдохнут, чем позволят себя поймать. Я не спешу отделять его голову от плеч. Мои люди тренируются на нём, чтобы в будущем зная секреты боя с вольверинами, пойти на них войной и вычистить их из Сумрачного леса.

Шестеро воинов выволокли во двор закованного в цепи Ахилла. Мидэя метнула взгляд на Станиса. Вожак лишь прищурил глаза, тут же узнав в этом покалеченном парне своего брата.

— Могу позволить тебе и твоим людям позабавиться с ним, — продолжил король. — Может, тогда и ты дашь мне позабавиться кое с кем. … Снимите с него ошейник! Каждый раз обращается и пытается сбежать, скотина тупая.

Станис встал непозволительно близко, наклонившись к Мидэе.

— Ты можешь вмешаться, только действовать нужно прямо сейчас, — быстро заговорил он в полголоса на языке первородных. — Открой проход, девочка, и измени судьбы многих. Спасёшь моего брата, снимешь с жертвенных костров ведуний, отомстишь королю нашими мечами. Используй пламя, не прячь его, как те твои старухи из монастыря! На той стороне ждут мои воины. Мы победим, если рыцари твоего милого встанут на нашу сторону! — Станис вытащил меч, показывая тем самым, что он будет биться за брата прямо сейчас с ними или без них, пусть даже если это будет его последний день. Он не оставлял ей выбора. Как только он выступит против людей Гратобора, тут же подставит под подозрение Даната, приведшего его с собой и выдавшего за своего рыцаря. И тогда они останутся одни против собравшихся во дворце воинственных северян. Хочешь не хочешь, а без подмоги вольверинов, Гратобора им не одолеть.

Даже не зная языка первородных Датан смекнул, что дела не ладны. Особенно, когда Станис бросился к закованному в цепи Ахиллу, а Мидэя, срывая с шеи кулон, кинулась за ним, ускользнув из-под его руки в мгновенье ока. Князь подал знак своим людям. Слишком много он успел повидать битв. Чутьё его не обмануло — им предстоит ещё одна. Эта сумасшедшая девчонка не сдержала своего слова, но бросить её на растерзание Гратобора он не может, поэтому придётся подставить свои буйные головы под мечи северян. События развивались стремительно!

Разящий меч Станиса уложил стражников, пытавшихся снять ошейник с его брата. Мечи рыцарей схлестнулись с мечами ярлов и их людей, но силы пока что были не равны. И Мидэя пыталась это исправить как можно быстрее. Объятая священным пламенем, шепча древнее заклинание, она очертила в воздухе круг, обод которого так же вспыхнул огнём. Мидэя создавала туннель, безошибочно чувствуя скопление вольверинов за много миль отсюда. Скрытая магия светлого источника позволяла создавать пространственные норы, но на это уходило слишком много сил.

— Отвлеки от меня королеву! — крикнула она, освободившему брата, Станису.

Туннель заполнился дымом, расширился. Мидэя что-то крикнула Ахиллу, и тот бросился в кольцо огня. Вернувшись через минуту с мечом и отрядом вольверинов. Один вооруженный до зубов вольверин стоил десяти человеческих воинов. Теперь силы были на стороне рыцарей Даната. Сам князь сошелся в бою с самим Гратобором. Дворцовый двор устлал тёмный туман, дело рук королевы. Сражающиеся перестали видеть друг друга и лишь благодаря своему страшному мастерству продолжали сражаться. Силы дара Мидэи иссякли и королева это почувствовала. В один миг она возникла перед ней, сжимая в руках меч:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})