– Ну наконец – «ты»! – обрадовалась девушка. – Громадный шаг навстречу! Осталось только вступить.
– И деловая на редкость, – добавил он. – Хотела б работать со мной в паре?
– Спрашиваешь!
– А не убоялась бы лишних эмоций? Партнёрами ведь приходится жертвовать – для пользы дела.
– Все под богом ходим, – рассудительно заметила Кира. – Так что же теперь, не жить?
– Надо быть оптимистом, верно? В конце концов, до худшего может не дойти.
– Всё-то ты усложняешь, умник! – осторожно, чтобы не разбудить Тима, она поводила по животу Вадима упругим бедром, будто погладила. – Стоит ли наворачивать столько вокруг того, что кто-то втиснет свой затвердевший сучок в чьё-то намокшее дуплецо и с полчаса потыркает им туда-сюда? Всё! И оба получат от этого кучу удовольствия. Это же так просто, элементарно!
Вадим усмехнулся. «Межполовое пожатие», ну да, – слышали, знаем!
– Не я усложняю – жизнь, – возразил он. – По-твоему, достаточно телесной совместимости? Кстати, что это – анатомия, физиология? А как насчёт обоюдного желания?
– Можно подумать, тебе не хочется!..
– Мужчины хотят всегда, – наставительно сказал Вадим, – но не всегда могут. И если меня держат за неизбежное дополнение к тому самому… «сучку» или за тот моторчик, который им… «тыркает» (тут Кира смешливо и слегка конфузливо фыркнула), то меня сие как-то не вдохновляет. Ведь и желание ещё не всё – это лишь взаимная тяга двух запрограммированных природой оболочек, в которых люди, вообще говоря, только проживают.
– Ага, тебе уважение подавай, – съязвила она. – Или эту самую… любовь! И чтоб за жизнь поговорить, да? И в жилетку поплакаться.
– А что, никогда не хотелось? – спросил Вадим. – Врёшь, подружка, – мне-то зачем? В тебе слишком много от женщины, и уж это не вытравить дрессировкой. Можешь вырубать мужиков порознь и пачками, можешь пользоваться ими, точно бесплатной обслугой, дёргать за их рефлексы, как за марионеточные нити, – всё равно тебе не обойтись без той жилетки, куда плачутся. И кто у тебя за исповедника – твой ближайший начальник?
– Я показалась настолько слабой?
– Сколько живу, не встречал ни одной по-настоящему сильной. Тут уж приходится выбирать – либо женщина, либо сильная. Не мной сказано: «Ваша сила в слабости». Другая организация, да? А может, другой биологический вид.
– Ты меня уболтал, – пожаловалась Кира. – Намеренно, да? Вместо того, чтобы получать удовольствие, хотя и в таком хлеву, – мы с тобой треплемся чёрт-те о чём!
– Если б не трепались, ты давно бы заснула, – посмеиваясь, сказал он. – Будто не чувствую!.. А ещё ты не отказалась бы перекусить, верно?
– Была бы я в форме да рядом ванна, а в идеале, твоя правда, ещё и выпивон с хорошей закусью, – фиг бы ты от меня отделался! Почему, думаешь, я отдала инициативу? – Она смущённо зевнула, поцарапала мерцающими ноготками его плечо. – А вот завтра, после захода, я буду ждать тебя здесь – одна, не пугайся, но с инструкциями от шефа, свежевымытая, надушённая, на свежих простынках… Ты же чистюля, верно? И вот тогда посмотрим, что за ключик у эдакого шкафа!
А это уже прямая цитата! – удивился Вадим. В каких инкубаторах взращивают нынешний молодняк?
Кира снова зевнула, затем поёрзала щекой на его груди, устраиваясь удобней, и легко отключилась, следом за Тимом проваливаясь в сон. А Вадим снова остался один – хотя, как и вчера, лежал в обнимку с премилой девицей, пусть и слишком старавшейся доказать, что уж у неё точно нет комплексов.
Потом, значительно позже, заснул и он.
Однако, как всегда, спал мало, проснувшись задолго до рассвета. Осторожно высвободясь из жарких объятий Киры, прошлёпал к окну, выглянул в парк. «Ворон» стоял на прежнем месте, в плотном окружении деревьев, – судя по всему, никем пока не обнаруженный. Вид он имел вполне несчастный: намокший, запорошённый снегом, с поникшими лопастями.
«Чёрт меня дери! – внезапно подумал Вадим. – Надо ж так сглупить? Прилежно подбираю каждую мелочь: игломёты, тросомёты, образцы, – а великолепный дрындалёт, оснащённый бластерами, поглотителями шумов и молний (ещё и преобразующими их в полезную энергию), инфракамерами, локаторами, прочими прибамбасами, спокойно передаю в руки управителей. И это в лучшем случае – если раньше „ворон“ не заграбастают Шершни!.. Наверно, я слишком старался сбежать, раз забыл про такое. Но выбирать, конечно, не из чего: придётся одолжить машину росичам – до лучших времён. И почему сразу в голову не пришло? Инерция, инерция мышления… Такого подарка Брон не забудет, а открытый кредит у него дорогого стоит – авось самого меня не закроют раньше».
Распахнув шкаф, Вадим торопливо облачился в крутарский наряд, припасённый тут со вчерашнего дня, – всё время ощущая на себе зашторенный взгляд Киры, искусно притворявшейся спящей.
– Вернусь через час, – сообщил на прощанье. – Побереги Тима, ладно?
Не открывая глаз, девушка улыбнулась – тому ли, что Вадим так легко её раскусил, или что он всё же вернётся.
– А воду я уже подключил, – добавил Вадим. – Так что насчёт талой шутил. Можешь согреть её на газе – испить чайку и вообще.
Он вправду рассчитывал обернуться быстро и, чтоб не зависеть от милости крутарей, подцепил к «ворону» свой двуколёсник. А долетел к ним и вовсе в два счёта.
Как ожидалось, в посёлке росичей бурлила жизнь, будто они уже подстроились под распорядок Крепости, – а посему прибытие «ворона», нахально опустившегося перед самыми гаражами, никого не разбудило и даже особенно не обеспокоило. Несколько гардов, правда, сноровисто окружили вертушку, но, узнав в пилоте Вадима, сразу же разошлись. На смену им живо прикатил Брон, могучий глава росичей, по счастью оказавшийся в городке, и Вадим поимел с ним недолгую беседу, выпросив, в частности, «крышу» для Эмиля (раз уж Валет бросил честного торгаша), но главное – рассказав о самом свежем, что распирало его сейчас: посещении Шершневой базы. Конечно, князеньку это заинтересовало, и он потребовал бы полного отчёта, если б Вадим так не спешил. К удовольствию гостя, Брон не усомнился ни в одном его слове, а значит, и впрямь разбирался в людях.
– Вот «папашка» в это вряд ли поверит, – посетовал князь. – Слишком вольготно живёт, отъелся как кабан! Пока пыльным мешком не отоварят, Гош не зачешется. А одним нам не потянуть – хотя заманчиво, заманчиво… Н-да, что же делать?
– Брон, вы ведь взрослые люди! Умеете просчитывать варианты, не даёте воли страстям… Зачем сами создаёте себе сложности? – Пожав плечами, Вадим добавил: – А может, дело не в вас? Словно бы кто-то старается всех рассорить, и каждая стая говорит на собственном языке, не понимая других. Слыхал про Вавилонскую башню?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
