была соглашаться и брать ее с собой. Мой детский страх, снова остаться одной, брошенной и одинокой, вчера, чуть не стоил ей жизни.
В стенах Ледяного чертога она была бы в безопасности. По-прежнему командовала бы служанками или гоняла воинов деда, за следы от снега на дорогом ковре. Длинными холодными вечерами сидела бы у камина и вязала свои любимые шарфы, попутно рассказывая притихшим, внемлющим ей детишкам из клана, сказки про снежных великанов с Эрекхейских гор или сказочных длиннобородых обитателей подземных глубин. Там ее уважали и ценили. А здесь? Что ждет ее здесь? Пренебрежение? Я помнила, как неловко ей было из-за замечания Исари Риадо…
Или же смерть?
Я поежилась, вспоминая могильный холод, шедший от неизвестной сущности и ощущение чужой, темной силы. Если оно все же придет за мной смогу ли ему противостоять?
Вернувшись в спальню, я долго возилась со шнуровкой на несговорчивом платье, а после, с ней же, но уже на корсете. И только избавившись от демоновых тряпок, наконец, смогла вздохнуть свободно.
Оковы. Они бывают разными. У одних из сплавов крепкой стали, а у других из дорогих шелков вкупе с обязательствами. Но, оказывается, и те, и другие могут чувствовать себя одинаково угнетенно.
Достав из гардеробной полотенце, я обмотала его вокруг тела и села за трюмо, с каким-то остервенением выдергивая из волос шпильки. Освобождая прядь, за прядью. В какой-то момент моя рука замерла на пол пути, а глаза испуганно округлились. Я подскочила с грохотом роняя стул. И только чудом этот шум не разбудил старушку.
Бросившись в ванну, развинтила вентили на кране. Вода хлынула стремительным потоком. Схватив с полки мочалку, с еще большим остервенением начала тереть ей кожу на плече. Уже и без того осознавая, что черные линии, появившиеся вместо полоски шрама и идущие от него к лопатке, не исчезнут даже вздумай я ее содрать.
Что это??? Что? Проклятье? Нет. Тогда чернокнижник знал бы достигни оно цели. Да и для умирающей я чувствовала себя на редкость хорошо.
Тогда что? Застыв, пораженно уставилась в зеркало, висящее на стене, напротив мраморной ванны. Более внимательно рассматривая тонкие еще не до конца сформировавшиеся черты. Да не может быть? Или может?
Это же из-за ЕГО магии?
Со злостью отшвырнув мочалку в сторону, я скорчила лицо и передразнила свое отражение: «Раздевайтесь!». Вот не раз говорила мне Нана, что нельзя оголять перед посторонним мужчиной даже лодыжку. Ни к чему хорошему это не приведет. И на тебе, действительно ни привело…
Где в этой богадельне искать нормального целителя? Нет, уверена, у императора прекрасный штат из лекарей. Но ни одному из них довериться не смогу. А идти к самому герцогу, нет уж увольте! Хватит с меня его целительских способностей! Благодаря им на моем плече теперь красуется не известно, что…
Ванну я так и не приняла. Закрутив вентили, вернулась обратно в спальню. Выдрала из волос последние пару шпилек, с негодованием забросив те куда-то в угол комнаты. Сменила полотенце на пеньюар и легла в кровать. Движением руки гася все магические огни в покоях.
В груди клокотала злость вперемешку с досадой. Я была раздражена и что таить напугана. Слишком много потрясений свалилось за последние несколько дней, чтобы оставаться ко всему равнодушной.
В ответ на мои эмоции, Бейнир, по-прежнему лежащий на полу у постели, осветил комнату всполохом голубоватого огня.
— Не смей! — шикнула оружию.
Не хватало мне еще дыры в кровати, если тому вздумается сюда перенестись. Вздохнув, накрылась с головой одеялом, отгородившись от всего его тонкими невесомыми краями. По старой детской привычке решив, что раз мир вокруг исчез, то и проблем не существует.
Слабая иллюзия. Но она позволит окончательно не впасть в панику хотя бы до утра…
Глава 13. О Левиле и целительском крыле
Первые лучи рассветного солнца едва окрашивали спальню в розовые тона. А я уже не спала. Да и спала ли вовсе? Можно ли назвать сном короткие мгновения между пробуждениями полные кошмаров?
Что мне снилось? Детство? Сейчас, когда задумываюсь об этом, то понимаю, что не могу вспомнить, о чем были эти сны. Они растворились с рассветом, оставив после себя шлейф из не понятной горечи и тоски.
Довольно… Рывком откинув одеяло, я поднялась с кровати. Если прошлое так настойчиво стучится в настоящее, то нет смысла игнорировать его. Та руна не давала мне покоя, я определенно видела ее где-то раньше, но настолько давно, что нужные воспоминания не хотели формироваться в картинку. И это тревожило меня.
Проследовав в гардеробную, я остановилась напротив вешалок с платьями, резко сдвинув оные в сторону. И улыбнулась, обнаружив в углу за ними знакомые вещи. Нянюшка не разочаровала, сохранив «не достойную» для леди одежду в целости и сохранности.
Сапоги, рубаха, штаны, а главное плащ, то, что сейчас жизненно необходимо для небольшой тайной прогулки. Я собиралась навестить Рандо. По моему расчету, раз забрала старика императорская стража, то и искать его следовало где-то на территории дворца. Но скорее всего вне этих покоев ко мне бы приставили «конвой». А в сложившейся ситуации он в мои планы абсолютно не вписывался. То, о чем хотела поговорить с поверенным, не предназначалось для чужих ушей. Поэтому и планировала покинуть покои, тайно, а собственно через балкон.
Большинство аристократии развлекалось на балу до самого рассвета. Идеальный шанс. Никто не удивится, что герцогиня Уальд «проспит» до обеда. Тогда как на самом деле она за это время успеет наведаться в целительскую…
Переодевшись, вернулась в комнату и на случай если Нана проснувшись, решит заглянуть в спальню, соорудила на кровати из подушек и одеяла силуэт. Будить меня няня не станет и вряд ли позволит сделать это служанкам, ну а я постараюсь не задерживаться и вернуться до того, как кто-то из них обнаружит мое отсутствие.
Выйдя на балкон, первым делом осмотрелась по сторонам, убеждаясь, что по близости никого нет. Затем перелезла через перила и встала на парапет. Высоко. Но не шло ни в какое сравнение с Эрхейскими пиками.
Призвав магию, я смело шагнула вперед, зная, что северный ветер откликнется на мой зов, подхватит, не дав упасть. Так и случилось. Знакомое ледяное дуновение коснулось лица. Вокруг тела закружились ветряные потоки, которые притормозили падение, бережно опуская на землю.
— Спасибо, — шепнула ветру, прежде чем он исчез, оставляя после себя лишь иней на траве, вокруг того места, где сейчас стояла.
Узкая пешеходная дорожка, выложенная мелким гравием, шла вдоль дворца
