привлекая к себе внимание.
Но Никита после пары минут молчания кивнул, и ответил:
— Это правда.
Черт!
Видимо, выражение моего лица о многом сказало Никите. Он невесело усмехнулся, и продолжил:
— Наши родители давно дружат, мне Лиду с детства в невесты назначили. Это бесило. Понятно, что нас не заставили бы в ЗАГС идти, сейчас не те времена, но сам факт наличия «невесты» раздражал. Мне лет тринадцать было, и я решил с Лидой поговорить – мы в одной школе учились. Просто захотел, чтобы мы вместе подошли к родителям, и попросили не сажать нас вместе на семейных сборищах, не развивать эту тему с «женихом и невестой». Поговорил, – поморщился мужчина. — Она сказала, что за нашу свадьбу, и вылила на меня литры розового сиропа.
— Да, Андрей говорил, что она со школы еще в тебя влюблена, – пробормотала я.
— Я нормально к ней относился, но после нашего разговора она стала неадекватно себя вести. После своего признания. Преследовать начала. До того дошло, что в спортивной раздевалке вместе со мной заперлась, подружек подговорила нас закрыть. Меня это разозлило, и вел я себя с ней… некрасиво, – подобрал Никита нужное слово, явно смягчив его. — Вообще, за то, что Лида творила, в некоторых странах немалый срок дают. Она в те секции записывалась, в которые ходил я. Я на учебу – она тоже, я в кафе – и она. Бесконечные звонки, смс, записочки. Я не самым правильным был, признаю, и подруг у меня много было. На один раз, – Никита говорил это, не глядя на меня, он резал мясо, и рассказывал о прошлом. — Андрей говорил тебе про нашу игру «У кого больше»?
— Да. Он рассказал про твой спор с друзьями. Кто познакомится, – из-за Лизы я переиначила слово «переспит», — с большим количеством девушек. И Лида стала одной из них.
— Стала. И спор был, вернее игра. Сначала весело было, потом просто вошло в привычку, а затем надоело. Но с Лидой дело было не в игре.
— Понравилась?
— Нет, – хмыкнул мужчина. — Дело было в юношеском идиотизме. Моем, – пояснил он. — Я себя с ней как скот вел еще со школьных времен, она не отставала, романтизировала все это. Плохой мальчик и хорошая девочка – классика, – поморщился Никита. — Мы на какой-то тусовке были, Лида там была, и мои друзья тоже. Их всех веселила моя «невеста из ада», ну и кто-то дал мне не слишком умный совет, к которому я прислушался. Провести с ней ночь, и выставить утром, как всех остальных. Только на порядок грубее. Чтобы она окончательно поняла, что ничего и никогда у нас не будет. Вот и вся история.
Гаденькая история. Никиту не особо красит, но это было когда? Около десяти лет назад.
Лучше бы мне не знать, наверное.
— Разочарована?
— Нет, это ведь в прошлом, – я немного покривила душой, ведь мне и правда неприятно было все это слушать. Но я ведь сама спросила. Да и не бывает идеальных людей. — Но на Лиду даже это не подействовало, она ведь не разлюбила тебя.
— Она повернутая. Это не любовь, Надь. Я разберусь, – дернул он плечами.
Мы продолжили готовиться к празднику. Я и Лиза делали салаты, Никита занимался мясом, затем мы привели в порядок стол и посуду. Я думала, время до приезда Лиды и родителей Ника еще есть, но они приехали раньше.
Я увидела, как ворота открылись, и во двор въехал внедорожник.
— Приехали, – спокойно резюмировал Никита.
— Приехали, – убито согласилась я.
— Кто приехал? Мам, дядя Ник? Кто приехал? – обрадовалась Лиза.
Хоть кто-то радуется. А у меня ноги вросли в пол. Вот буквально вросли. Пошевелиться не могу как самая распоследняя трусиха. Вдруг представилось, что сейчас холеная жена Бориса Ефимовича ворвется в дом под руку с идеальной Лидой, и укажут мне на дверь.
Ругаться я умею, но портить встречу с семьей Никите не хочется. Да и праздник.
А у меня глаза на мокром месте.
— Ой, деда Боря, – пролепетала Лиза, и понеслась к двери.
И этим помогла мне. Хоть я и трусиха, но раз дочка побежала в пасть к огнедышащему дракону, то и я должна отправиться на этот подвиг.
— Ты со мной. И Надь, не вздумай показывать перед матерью слабость. Я ее люблю, но иногда она попросту невыносима. А именно – когда слабину чувствует. Главное знай, что я не каждую домой приводил знакомиться с родителями. Тем более на Новый Год, – Никита приобнял меня, и повел из кухни в коридор.
Руку на талии сжимал крепко, пальцами вцепился почти больно, стараясь растормошить меня.
— Не каждую водил, – пробормотала я. — А поточнее?
— Тебя первую, – хмыкнул Никита.
Раньше я бы не поверила. Не мальчик ведь, старше меня будет. Явно должны были быть серьезные отношения, или хоть какие-то отношения, а не одноразовые танцы на простынях. Но сегодня я убедилась – Никита старается не лгать. Даже тогда, когда это ему выгодно.
Вот я бы на его месте рассказала правду о прошлом? Там ничего криминального не было, но та история с Лидой и другими девушками – она не красит Никиту. Я бы на его месте, думаю, замяла тему, смягчила рассказ, или вовсе бы соврала, успокаивая себя тем, что прошлое осталось в прошлом. А он правду сказал.
Либо потому что плевать он хотел, какое впечатление у меня создастся, я ведь не невеста а всего лишь подружка. Либо… либо он просто решил ничего не скрывать от меня, и без прикрас показать себя таким, какой есть. Ведь именно так и строятся настоящие отношения – не на фундаменте иллюзий, которые развеются со временем, а на фундаменте правды.
Я потрясла головой, удивляясь, сколько мыслей успевает в ней пролетать именно тогда, когда эти самые мысли только мешают.
— Стой в доме, я помогу с чемоданами, и вернусь, – Никита быстро вышел на улицу, успев потрепать Лизу по голове.
Мы с дочкой остались в коридоре, я придерживала ее за худенькие плечики – очень уж она обрадовалась «дедушке Боре», и рвалась выскочить из дома в одних носках.
— … да мы налегке, родной, всего на пару дней ведь. Потом улетаем в Чехию на неделю, затем в Баден-Баден, полечимся, и полетим греть
