можете и попасть под машину. Простите ли вы себя тогда за тот необдуманный шаг, который может привести к трагедии? Но если даже и ничего плохого не случится, чему вы научите ребенка своим поступком? Нарушать законы, избегать ответственности, не ценить свою жизнь? Как бы этот ваш поступок не стал причиной какой-нибудь трагедии с вашим ребенком в будущем. Дети учатся жить, наследуя нас, взрослых. Так чему вы хотите научить своего ребенка?
— Мама, а о чем говорит дедушка? — мальчик, до этого наблюдавший за Шариком, запрокинул голову и посмотрел на мать.
Женщина опустила голову. Черты лица ее смягчилось.
— Дедушка учит твою маму быть ответственной, — улыбнулась женщина и подняла взгляд на старика. — Спасибо. Иногда мы, в самом деле, не думаем, что делаем. Пошли, Олежка.
Женщина развернулась и направилась с сыном к пешеходному переходу. Александр Петрович какое-то время стоял и смотрел вслед женщине и ее ребенку. Полуулыбка играла на его губах.
— Это совсем другое дело, — прошептал старик, затем последовал за женщиной с ребенком к пешеходному переходу.
Перебравшись на другую сторону проезжей части, Александр Петрович направился к парку, где приметил лавочку, которую и поспешил занять.
— Теперь, мой дружок, мы можем приступить к трапезе, — сказал старик, поглядывая на Шарика, то и дело тыкавшегося мордой в кулек. — Ну, не спеши, не спеши. Купил я тебе то, что ты хочешь.
Александр Петрович достал из кулька половинку колечка ливерной колбасы и снял с нее кожуру до половины, отломав часть колбасы, он спрятал остаток в кулек. После этого поднес колбасу к носу и понюхал.
— Ай-яй, как вкусно, Шарик, — улыбнулся старик, поддразнивая собаку.
Шарик переступил с ноги на ногу и облизался. Хвост ожил и начал мотылять из стороны в сторону. Взгляд собаки ни на секунду не отрывался от колбасы в руке старика.
— Ну, бери, бери, не буду тебя больше дразнить, — Александр Петрович бросил колбасу на снег перед Шариком, затем достал из кулька хлеб, отломал ломоть и отправил вдогонку за колбасой. Уделив внимание собаке, старик занялся собой. Он достал из кулька бутылку кефира, половинку батона и принялся за еду. Такая еда мало бы кого удовлетворила, но старик был доволен и ей. Выбирать не приходилось, но если бы перед стариком стояла необходимость выбора, то отдал бы предпочтение именно этой непритязательной еде. Она была простой и, тем не менее, по-своему вкусной. В какой-то миг старик понял, что неважно какую еду ты ешь, вкусную или не очень, ведь удовольствие от вкусной еды длится всего лишь мгновение, то время, пока ты работаешь челюстями, а потом пройдет несколько минут и от того, что ты ел останутся только воспоминания. Так стоит ли набивать желудок ради воспоминаний? Александр Петрович подумал, что не стоит, к тому же каждая копейка у него была на счету. Сколько ему еще бродить по белому свету? Он не знал, но ему нравилась такая жизнь. Он как будто вернулся в детство, все тот же упрямый, временами взбаламошенный мальчишка, не знающий страха, мечтающий и жаждущий воплотить мечту в реальность. Да, может у старика и было дряхлое, стариковское тело, но душа его была юна, душа маленького мальчика, каким он был когда-то давным-давно.
Поев, Александр Петрович спрятал остатки еды в кулек и достал из кармана тетрадку с ручкой. Пора было браться за книгу. Пора было воплощать мечту в реальность. Старик раскрыл тетрадь и пробежался глазами по написанному, затем окинул взглядом окрестности, людей, идущих вдоль дороги, улыбнулся и склонился над тетрадью с ручкой в руке. Мороз щипал за нос, щеки, но старик не обращал внимания на такие мелочи, ведь он медленно, но уверенно трудился над реализацией мечты, а это, вполне возможно, было самым главным, что он делал в своей жизни. Возможно, именно для этого он и пришел в этот мир.
* * *
— Пошел вон, придурок, — услышал Александр Петрович, закрыв тетрадь.
Старик посмотрел на часы. 16:44. За написанием рукописи он даже не заметил, как быстро пролетело время. Только недавно было утро, а сейчас вот уже вечереет. Александр Петрович спрятал тетрадь и ручку в карман пальто и повернул голову на голоса, раздававшиеся неподалеку.
Неподалеку от него находилась другая лавочка, возле которой стоял парень с девушкой. Парню было не больше двадцати пяти лет, девушка была моложе, года двадцать два, не больше, высокая, с непокрытой головой, в коротком полушубке и полуботинках на коротком каблуке. Парень же был одет в синие джинсы и дутую болоньевую куртку. На ногах у него были то ли кроссовки, то ли туфли, Александр Петрович с этого расстояния не мог разобрать. Черная вязаная шапка завершала гардероб молодого человека. Старика заинтересовала эта парочка и он прислушался к их разговору, вернее монологу девушки, так как парень молчал. Взгляд его блуждал по елям, росшим неподалеку, в то время как его подруга изливала свою душу.
— Я хочу гулять, я не хочу сидеть с тобой дома! Сколько можно? Ты мне надоел! С тобой не интересно и ты скучный! Перестань мне звонить и вообще, забудь номер моего телефона. Такие как я — не для тебя. Найди себе какую-то тихую, скромную дуру, которой будет достаточно одного твоего внимания и наслаждайся жизнью. А про меня забудь! Я не для таких как ты, я для настоящих мужиков, а не для таких, как ты тряпок.
Александр Петрович заметил, как желваки заходили на скулах парня. Ему явно не нравилось, как его поносят, но и ударить девушку он не мог. Александр Петрович подумал, что, если он действительно ударит то в самом деле окажется слабаком и тряпкой, как о нем отзывается девушка.
— Ну и иди к черту! — крикнул парень. — Придет время, сама прибежишь.
— К таким придуркам только собаки возвращаются, — бросила девушка, развернулась и поспешила прочь из парка.
Парень было бросился за ней, но сделав два шага, остановился, что-то пробормотал вслед девушке и опустился на лавочку. Подставив кулаки под подбородок, он погрузился в размышления.
— Молодежь, — пробормотал Александр Петрович. — Даже маленькая ссора способна разрушить отношения. Она, как и маленькая течь способна потопить корабль, корабль под названием «Любовь». Хотя умеют ли любить столь юные особи? Это еще тот вопрос. Надо будет подумать над этим на досуге. Любовь не так проста, как может показаться на первый взгляд. Она совсем не проста. Пойду, что ли, поговорю с молодым человеком. Может, каким советом смогу облегчить ему жизнь.
Александр Петрович улыбнулся,
