– Вроде готово, - сообщила, осматривая своё творение.
– Надо торопиться, люди скоро начнут просыпаться.
– Ты и это чувствуешь? - удивилась я.
– Слух и обоняние оборотней во много раз сильнее, чем у волка. Я слышу, как храпят на другом конце деревни.
– Это получается, тебе кажется, что я сейчас кричу прямо в твоё ухо?
– Нет, - фыркнула Тами. – Когда оборотень рождается, на него накладывают заклинание, привязывая его к жизненным силам. Именно оно позволяет не глохнуть от громких звуков и не позволяет потерять нюх, если понюхать что-то острое. Я могу сосредоточиться на чём-то и тут же услышу, унюхаю, но в тоже время, могу спокойно слушать тебя, даже если ты будешь кричать.
– Какая интересная особенность, - пробормотала я.
– В твоём доме плачет ребёнок, - вдруг сказала Тами. – Нужно поторопиться.
И вот тут я действительно заторопилась. Лиса проснулась и испугалась, что было ожидаемо. Представляю, каких ужасов она себе напридумывала!
– Лисёнок, я дома! - крикнула, как только переступила порог дома. – Тами, подожди здесь, пожалуйста. Лиса может напугаться.
– Хорошо, иди. Ты нужна девочке.
Я едва успела дотащить графа до кровати Лисы, как распахнулась дверь спальни.
– Мама! - закричав, Лиса кинулась ко мне в объятия, пряча заплаканное лицо.
– Тише, доченька, тише, - зашептала, поглаживая по вздрагивающей спинке. – Я рядом, всё хорошо.
– Я видела отца во сне, - сквозь слёзы сказала девочка. – Он лежал мёртвый, совсем. Где отец, мам? Где он?
Я молчала… Что мне сказать ребёнку,который потерял единственного родственника? Да, Лиса боялась его, но любила, как большинство детей любят своих родителей, пусть пусть поведение их очень далеко от идеала.
– Идём, милая, - я подняла Лисы на руки и понесла в сторону комнаты. – Идём.
Девочка прорыдала ещё несколько минут, а затем затихла. Вытерда слёзы и неимоверно взрослым взглядом посмотрела на меня:
– Отец умер? - в лоб задала страшный вопрос. – Как мама? И теперь я никому не нужна?
– Ты мне нужна, очень-очень, - тихо сказала, прижимая Лису к груди. – Мы справимся, милая. Со всем справимся.
Я уложила Лису и дождалась, пока она уснёт. Выйдя на кухню, я позвала Тами и двинулась к нашему больному. Молодой, лет двадцати, парень размеренно дышал, казалось, что он просто спит. Может так и есть? Проснётся завтра и поедет домой… Только его состояние не понравилось Тами.
– Слишком глубокий сон, словно магический, - покачав головой, заговорила волчица. – Сильно ты его приложила.
– Он жить-то будет? - засомневалась я.
– Будет. Очнётся через несколько минут, но не уверена, что сразу сможет колдовать. Должно пройти время.
– И что мне с ним делать? - озадаченно спросила. – Как я людям объясню, откуда мужика притащила? Ладно собака, но мужик.
– Не знаю, но и выгонять нельзя. Помрёт - маги мигом придут, расследовать будут, засекут твою магию и привет…
– Что привет? - сглотнув, спросила, понимая, что ничего хорошего в этом случае мне не светит.
– Казнь, - коротко выдала волчица. – Не знаю, каку вас. Но у нас за такое казнь.
– Ладно, скажу, что мой брат. А ты… Ты его собака, да?
– Подумай лучше, не осталось ли твоих вещей на поляне. Надо людей поднять на поиски, сможешь?
– Нет там моего ничего, - качнула я головой. – А что делать - знаю. Схожу-ка я, сразу после дойки, к Дине. Скажу, что Ратмир ушел в лес, а куда – не знаю. И не вернулся, хотя должен был.
– Если магов в деревне нет, то и не заподозрят, - кивнула волчица. – Точнее, подозревать будут, но доказательств нет. Кстати, тебя зовут-то как, и откуда ты знаешь моё имя? Всё хотела спросить, да времени не было.
– Я Аврора, а твоё им узнала из письма. Сейчас.
Я быстро зашла в комнату, достала сундук и книгу. Притащив на кухню, положила перед Тами.
– Прости, я прочла письмо. И дневник читала, мне надо было научиться. Но больше ничего не брала.
– И правильно, большинство вещей зачарованы, - усмехнулась волчица. – Умереть не умрёшь, а вот прыщи разные, недержание…
– Ладно, пора на дойку, - вздохнула я. – Идём, познакомлю тебя с Лисой, чтобы она не испугалась, когда проснётся. И предупрежу о “брате”.
Лиса распахнула глаза, стоило мне коснуться худенького плеча.
– Милая, я хочу познакомить тебя с собачкой, - тихо сказала, улыбнувшись. – Не пугайся только, хорошо?
– Я люблю собак, - медленно проговорила девочка и тут же охнула, когда Тами поставила лапы на кровать. – Какая большая!
– Да, это собачка моего брата, он сейчас отдыхает там, где ты спала раньше. Мой брат немного болен и устал, так что будет спать долго, не трожь его, пожалуйста, хорошо?
– Не буду. Пора вставать, да?
– Нет, спи пока, я сама управлюсь. А ты отдыхай, - успокоила девочку.
– Аврора, а как мы теперь будем жить? Без отца? - спросила Лиса, когда я уже подходила к дверям. Пришлось вернуться и присесть на край кровати.
– Мне очень жаль, милая. Правда жаль, я знаю, что ты любила его. Но боль со временем утихнет, а жить мы будем лучше, обещаю.
– Лучше? Разве можно жить лучше без папы? - недоверчиво нахмурилась малышка. – У Ефима папа умер прошлой зимой, так мама плачет каждый день, а Ефим работает за отца в поле.
– А мы будем жить по-другому, - уверенно заявила я. – Теперь папа не придёт пьяный домой, и не придётся прятаться под лавку, чтобы его друзья не навредили. А ещё больше не надо бояться, что папе что-то не понравится и он отлупит хворостиной. А что до работы… Мы справимся, Лисёнок, со всем справимся.
И я действительно верила в это. Даже почувствовала облегчение, когда поняла, что больше никто не будет мной командовать. И браслет этот дурацкий…
Браслет!
Я замерла в ужасе, осознав, что браслет так и остался валяться там, на дороге. Его многие видели, такое украшение невозможно не заметить. Бросив ведро около озадаченной Дуськи, рванула в дом.
