Скоро он перестанет это делать.
Я проникну под его кожу так же глубоко, как он проникал под мою, и он не сможет ничего скрыть от меня.
— Что ты делаешь, королева выпускного?
Его руки сжаты в кулаки по обе стороны, будто он останавливает себя от чего-то.
— Все по-честному.
Я встречаю его взгляд своим умоляющим, когда отбрасываю футболку.
— Ты никогда раньше не раздевала меня.
— С этого момента я это исправлю.
Я наклоняюсь, хватаю его за пояс спортивных штанов и стягиваю их с его ног.
Его твердый член высвобождается из своих оков, и я ловлю себя на том, что смотрю на него. Ашер хмыкает, когда я смотрю на это. Как будто он чувствует, как я прикасаюсь к нему.
— Блядь, Рейна. — он пинком отбрасывает спортивные штаны и швыряет меня обратно на кровать. — В последний, черт возьми, раз спрашиваю, в какую игру ты играешь?
— Ты, — шепчу я.
— Рейна, — рычит он, нетерпение проскальзывает в его тоне.
Его член дергается между моих бедер, его нетерпение совпадает с моим собственным. Мои кончики пальцев касаются уголка его рта.
— Это всегда был ты.
Он делает паузу. Я тоже, осознавая весомость своих слов.
Это всегда был ты.
О каком сроке мы говорим? С тех пор, как ко мне вернулась память? Или это уходит корнями в прошлое?
Ашер не позволяет ни мне, ни себе думать об этом.
Он обхватывает рукой мое горло. Она не такая тугая, чтобы перекрыть мне дыхание, но достаточно прочная, чтобы не дать мне пошевелиться. Хватка достаточно твёрдая, выражая его доминирование.
Если бы это был другой человек, я бы попросила его использовать защиту, но с Ашером это кажется неправильным. Кроме того, я в ударе. Я проверилась во время одного из моих визитов в больницу, потому что, возможно, я уже некоторое время думала о сексе с Ашером.
— Ты хорошо и по-настоящему облажалась, королева выпускного.
— Почему? — я напрягаюсь, чтобы произнести эти слова.
— Потому что теперь ты моя, — рычит он, входя в меня одним движением.
Мое тело словно горит изнутри. И не только тело, но мое сердце бьется так громко, что, если это не вызовет у меня остановку сердца сейчас, я не знаю, когда это произойдет.
Мир останавливается на мгновение.
Ашер заполняет меня целиком и стирает все остальное из нашей близости.
В этой паузе мой взгляд встречается с его взглядом. На мгновение, когда наши тела соединяются, наши души тоже соединяются.
Мы становимся единым целым.
Он начинает медленно двигать бедрами, рисуя мурашки по уже сформировавшимся мурашкам. Пот стекает по моим вискам, когда я наблюдаю за ним. Его жесткий взгляд и прямой нос. Его острый подбородок и его губы, которые можно целовать.
Его прерывистое дыхание и крепкий пресс. Как я могла не бороться за него раньше? Как я могла причинить ему боль?
Как раз в тот момент, когда я впадаю в медленный ритм, он ускоряется. Он входит в меня с известной энергией умирающего, ищущего убежища.
Словно он тоже тонул и теперь тоже выныривает, чтобы глотнуть воздуха.
Я обвиваю руками его предплечье, которое сжимает мое горло. Цепляюсь за него, как он цепляется за меня.
И я отпускаю.
Я таю в его доминировании и его мужской силе, в его безжалостной силе и сводящей с ума энергии.
Движение его бедер становится все жестче и быстрее. Мое тело выгибается дугой на кровати, когда он владеет каждым сантиметром моей души и чем-то еще, в чем я слишком боюсь признаться.
— Эш...
— Что? Скажи мне.
Рокот его голоса усиливает удовольствие, кружащееся внутри меня.
— Я... я...
— Близко? — он облизывает мою нижнюю губу и крепче сжимает шею. Я отчаянно киваю. — Ты кончишь прямо на мой член, потому что ты моя. Только моя.
Я снова киваю, мое горло сжимается от ярости волны, которая вот-вот обрушится на меня.
— Скажи эти слова, Рейна.
— Т-твоя. — мой голос срывается. — Только твоя.
— Блядь!
Его тело напрягается, когда струи его спермы покрывают мои внутренности.
Мое тело дрожит от силы его освобождения и от дикости моего собственного.
Мой рот остается открытым в безмолвном «о», когда многочисленные вспышки удовольствия ударяют в мою матку и пронзают все тело.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Или, скорее, мимо моего тела и в мою душу.
Мои глаза закрываются, когда голова откидывается на подушку. Его хватка на моем горле только усиливает ощущение.
Мне требуется несколько минут, чтобы спуститься с высоты, отдышаться.
Чтобы по-настоящему задышать.
Какого черта я так долго ждала, чтобы сделать это?
Когда я открываю глаза, я обнаруживаю, что Ашер пристально смотрит на меня, но также... с любовью и чем-то еще.
Чем-то настолько зловещим и осязаемым, что я почти ощущаю его вкус на своем языке.
Прежде чем я успеваю получше разглядеть выражение его лица, он отпускает мое горло и заползает на меня сверху, его колени располагаются по обе стороны от моего лица. Он сжимает свой полутвердый член в кулаке и смотрит на меня сверху вниз.
— Ты знаешь, что делать.
— Да? — шепчу я, переводя взгляд с него на его член. — Что я…?
— Тсс, не разговаривай. Используй этот рот для чего-нибудь другого.
Он хочет, чтобы я сделала ему минет? Разве он только что не кончил в меня? Улики все еще стекают у меня между бедер.
И все же я позволяю своим губам приоткрыться и взять его в рот. Он на вкус как...я. О, Боже. Это намного более интимно, чем я думала.
Стон вырывается из горла Ашера, когда он гладит меня по волосам.
— Ты ощущаешь наш вкус, королева выпускного?
Я киваю, мои щеки пылают, когда я облизываю его более усердно.
Его пальцы скользят от моих волос к впадинке на моей щеке.
— Черт возьми краснеешь.
Его голос не звучит счастливым, когда он это говорит; во всяком случае, он выглядит немного сумасшедшим? Но почему? Почему он злится, что я краснею?
— Я больше не знаю, что, черт возьми, с тобой делать.
Он выходит изо рта, и меня охватывает чувство пустоты.
Я ожидаю, что он уйдет, как в тот раз после первого оргазма, который мы оба испытали вместе.
Мрачное облако маячит вдалеке, ожидая, чтобы поглотить меня.
Ашер слезает с меня, и у меня сжимается горло, чувство отверженности... пустоты.
Нет. Я не хочу быть сейчас одна.
Я собираюсь наступить на свою гордость и попросить его остаться. Я собираюсь схватить его за руку и прижать к себе, но он делает нечто неожиданное.
Ашер ложится на спину и притягивает меня к изгибу своего тела за руку. Моя голова покоится на его груди, где линии его татуировок покрывают его плечо; татуировки, значения которых я до сих пор не знаю.
Чувство покинутости исчезает, когда яростные слезы благодарности наполняют мои глаза.
Он... остается по собственной воле.
— Эш...
— Спи, Рейна. Завтра важный день.
Я хочу спросить, почему, но у меня нет сил, поэтому я закрываю глаза и делаю, как он сказал.
Я засыпаю.
Глава 29
Рейна
Утром я просыпаюсь в пустой постели.
Запах Ашера повсюду на моих подушках и на мне, но его нигде не видно.
Он, вероятно, вернулся в свою комнату, чтобы нас никто не увидел.
И все же, просыпаясь в таком холоде после тепла прошлой ночи, чувствуешь себя опустошённой. Каждый раз, когда я двигаюсь, между ног возникает сладкая боль, и это навевает воспоминания о том, как он владел мной.
Я одеваюсь в милое темно-синее платье и трачу дополнительное время на макияж.
Я хочу сбить Ашера с ног. Хочу, чтобы он смотрел на меня так, как смотрел вчера в душе, как смотрел, когда трахал меня и когда обнимал, когда я засыпала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Он простит меня.
Теперь я чувствую это всеми своими костями.
Я уже взломала его броню, и должна продолжать, чтобы уничтожить остальное.
Когда я спускаюсь вниз, меня поражает мрачная энергетика в доме.
