Читаем без скачивания Третий источник - Дмитрий Кравцов

— Тебе достался один предмет. — Уверенно сказала Галина, опять впиваясь в него глазами, словно Матрена когтями, когда мыться не хочет. Попробуй отдери. — Теперь тебе грозит большая опасность, если ты от него не избавишься.

— Уже. — Махнул Толяныч рукой. — Уже избавился, мать.

— Кому ты его отдал?! — Ведьма аж подалась вперед. Толянычу показалось, что еще немного и биты информации так и полезут из него через глазницы, но взгляда не отвел. Еще чего не хватало — отворачиваться от старушенции, которая делает вид, что может его загипнотизировать. Не отвел из принципа.

— Никому. Просто у меня его больше нет.

Некоторое время она еще всматривалась Толянычу в глаза, потом давление поослабло. Интересная цепь выстраивается: лысый циклоп — обглоданная рука налет на дом девятнадцать — сушеная рука — цыгане — старая ведьма Галина «один предмет». Теперь понятно, почему она звала приходить через три дня. Ждала, что Рука окажется у него и хотела узнать результат. Что же это за штука: Оружие? Святыня? Артефакт?

Толяныч опять поерзал, пытаясь придать подходящее положение своему телу. Галина сосредоточенно выбивала трубку, бросая на него косые взгляды. В мозгу у нее шла какая-то напряженная работа.

— Да. Я не ошиблась. — Наконец выдавила она. — Ты подходишь. Не спрашивай меня — для чего. Это может еще и не потребуется. И то, что ты спрятал артефакт, тому подтверждение. А я в свою очередь не спрошу тебя, куда ты его спрятал…

— Послушай, мать! — Бесцеремонно вклинился Фантик, даже удивив Толяныча нежданной активностью. — По большому счету мне сильно по фигу, гожусь я или не гожусь для какой-то там вашей поганки. Я сам себе голова… — «Эй, ты полегче на поворотах. Голова-то у нас одна.» — Но мне почему-то не нравится твои слова. Словно бы мной хотят поиграться. Что, не так? Может стоит приоткрыть кусочек информации. Все же… — Толяныч перехватил инициативу. Все же после того, как мы разгромили эту квартирку, по вашей кстати просьбе, может пойти и обратный процесс. А это уже касается меня напрямую. И не только меня.

Теперь уже он буравил старуху глазами.

Она вздохнула, окутавшись табачным дымом:

— Может и так. А может и нет. Иногда чем меньше знаешь, тем лучше спишь. А у тебя ведь «сосед» подсажен.

— Это ты у меня по руке прочитала?

— Это, касатик, у тебя на лбу написано. — Она усмехнулась кривовато. Вот здесь. — И протянула кривой палец прямо ему между бровей. Толяныч чуть отстранился. — И твое обнуление может перевести информацию в нежелательные руки… Ладно, расскажу тебе кое-что. От этого вреда не будет. А еще здесь почитаешь, — Она жестом фокусника вынула из вороха юбок коробочку М-диска. Глянь на досуге.

Похоже, история предстоит километров на сорок, а обижать старушенцию ему уже не хотелось. Что-то повернулось в душе после бесплатного гадания. Может и вправду дело куда серьезнее, чем себе можно представить?

Толяныч конечно предпочел бы покувыркаться с Альбой, но поскольку там обломец вышел, он остался. Зато выслушал вольное изложение мистической доктрины Галины Неизвестной, адъюнкта оккультных наук Первого Таборного Гуманитарного Университета. Шутка…

Тетя Маша уже несколько раз заглядывала в комнату, но сама не оставалась. Лампу старуха раскочегарила посильнее, всю мистическую атрибутику сгребла в сторону, и Толяныч мог разглядеть ее лицо, больше похожее на прошлогоднюю картофелину.

Из того, что рассказала Галина, начавшая от, можно сказать, корней с заездом в Библию, Толяныч вынес основную мысль, в целом сходную с личными воззрениями: человек изначально обладает Силой, кто-то больше, кто-то меньше, но каждый. Не хватает только умения ею пользоваться, не могут люди свое умение вспомнить. А вот дальше старуха приплела виртуальность — мол, благодаря ей человек и вспомнить ничего не сможет, поскольку, мол, в виртуалке истину от фантазии отличить невозможно. Мол, потому и бродят люди кругами по жизни как малые кутята.

— А как насчет того, что человек сам может создавать истину? Ну, своей силой? — Поинтересовался довольно вяло Толяныч, чувствуя в голове сгущение тумана, но не мистического, а самого обыкновенного — похмельного.

— Скоро сам все поймешь. — Загадочно бросила старая гадалка, перебирая предметы на столе. Опять она скрывалась от него за дымовую завесу.

— А как же вспомнить-то? — Осведомился он.

— Как вспомнить? Ладно, это я тебе в другой раз поведаю, коли сам к тому времени не поймешь… — Отмахнулась Галина. — Устала я сегодня. Ох и устала.

— Да, мать, ну и загрузила ты меня. — С этими словами Толяныч поднялся с пуфика и почувствовал, как затекла спина. — Спасибо за политинформацию. Пойду.

— Иди, иди. Вижу, не очень-то ты мне поверил — может и правильно. Ну да ладно, заходи, если что. Может, помогу.

Толяныч вышел с назойливым чувством незавершенности действа. То ли бабка передумала в последний момент, то ли он ляпнул чего-то не так, а может еще какие обстоятельства всплыли, да хотя бы теть Маша знак подала… Только вот замах этой Галины изначально обозначался на сотню евриков, а вышел ломаный чип. Но организм настоятельно требовал пива, а не информации.

Время подходило уже к восьми, когда Толяныч добрался до дома, Матрена встречала его на пороге и мурчала почти по-человечески. Он задал кошке корма и плюхнулся на малютку, пытаясь переварить услышанное от старой ведьмы. Ничего не вышло — ну не мог он воспринять всякую бездоказательную теологию серьезно. Так что старуха напрасно старалась… Зачем, кстати?

«А, ладно, сказала же, что сам скоро все пойму. Ну-ну, поживем увидим» — Толяныч ощущал неясный дискомфорт. Ох и не нравилось то, что сначала и теть Маша и эта старая Галина восприняли его всерьез и чуть ли не с испугом, а закончилось все пшиком. Вернее, какой-то мутной доктриной. Может эм-дюк на это ответит? Толяныч включил покетбук, по прежнему игнорируя свой старенький Селерон, и стал рыться в предложенном списке файлов. В основном это были текстовые документы, надерганные из Сети, некоторые с картинками и даже пара визио-роликов. Ну что ж, давай посмотрим…

На мониторе развернулась примитивная черно-белая диаграмма, словно малый ребенок впервые попробовал графический редактор: шар с подписью «Земля», а вокруг него окружность заштрихованная и подпись «Астрал». Рисунок не менялся довольно долго, и Толяныч уже собирался закрыть его совсем, но пригляделся и оставил все как есть — между «Астралом» и «Землей» шел обмен тонюсенькими стрелочками, отчего грань между ними размывалась до светло серого цвета. Постепенно граница между этими двумя сферами выделилась в довольно широкую размытую полосу, которая продолжала расширяться, тем самым отодвигая «Астрал» все дальше и дальше. Толяныч потянулся за сигаретой, ему было неохота прерывать ролик, но и интереса особого он не вызывал. Пока прикуривал, на картинке сформировался окончательный вариант — мутная полоса обрела название. «Виртуал»!!!