Читаем без скачивания Амнистия - Андрей Троицкий

Вспоминая затянувшуюся свадьбу, Субботин лишь вздыхал, пытаясь подсчитать траты, не поддающиеся строгому подсчету. Но теперь вся эта кутерьма позади, в ближайшие два месяца он раздаст накопившиеся долги и заживет по-старому.

Однако какая-то заноза засела в душе, не давала спокойно спать. На днях Субботину стало известно о бессмысленным убийстве Осипова. Бывшего боксера и телохранителя зарезали на его же квартире кухонным ножом. Скорее всего, пьяная разборка, не поделил с собутыльниками стакан водки.

Дальше – больше. Неизвестно кто заживо сжег делового партнера Субботина директора турфирмы «Онега» Артура Зеленского. Преступников, как водится, по горячим следам не нашли.

Затем последовали другие пугающие события. Взорвали ресторан «Домино», принадлежавший Рафику Оганяну. Тот чудом остался жив, в момент, когда рвануло, отошел то ли в сортир, то ли к телефону. И это совпадение? Что-то их слишком много, совпадений. Но и после того, как ресторан сгорел, от Оганяна не отмоталась, его взорвали в собственном подъезде.

Перед своей гибелью Оганян позвонил Субботину, просил защиты. Успел сказать, что взрыв в ресторане – дело рук Тарасова. Все это беспросветная чушь, – утешал себя Субботин.

С Осиповым все ясно, – пьянка сгубила.

Зеленского сжег какой-нибудь психопат.

А с Оганяном расправились его враги. Армянин владел не только этим несчастным кабаком, но и долей в страховой компании. Через неё Оганян помогал не одному Субботину, помогал многим людям отстирывать грязные деньги. Его убийство дело рук конкурентов или людей, которых Оганян обманывал. А таких немало.

Короче, Тарасов ко всему этому кипешу не причастен. Не может быть причастен по единственной, но главной причине: Тарасов мертв. Субботин наблюдал его гибель собственными глазами. Что ж теперь, самому себе не верить?

Вадим Юрьевич утешал себя как мог, но легче на душе почему-то не становилось. Наоборот, росло беспокойство. Чтобы избавиться от не проходящего чувства тревоги, Субботин усилил охрану, днем стал принимать успокоительное, а на ночь снотворное.

На похороны Зеленского он не пошел. Вдове Оганяна выразил сочувствие по телефону и соврал, что отбывает в срочную командировку к черту на рога, поэтому на кладбище его не будет. На время хлопоты, связанные со свадьбой сына отвлекли от мрачных мыслей. Субботин успокоился. Но вот в голову опять лезут всякие мысли, одна другой ужаснее.

Телефон вдруг ожил, зазвонил. Сквозь шум помех до Субботина донесся незнакомый мужской голос.

– Это я, Осипов Сергей Николаевич. Истопник. Из Карелии.

Субботин хотел ответить, что с истопниками, поломойками и прочим сбродом он не разговаривает, хотел бросить трубку. Но тут он вспомнил… Как же, как же…

Звонит старший брат Осипова, того боксера, которого пришпилили кухонным ножом. Брат покойника действительно живет в Карелии, работает истопником в поселке Рыбачий. Когда Осипов младший был жив, этот истопник помогал организовывать роскошные рыбалки на Онеге.

Субботин включил подсоединенный к его телефону шифратор голоса, делающий разговор недоступным для прослушивания.

– А, это ты. Легок на помине. А я собирался к вам нагрянуть, отдохнуть. Как в прежние времена. Рыба клюет?

– Тут у меня чрезвычайное происшествие, – не ответил на вопрос взволнованный Осипов. – Приезжал какой-то молодой человек, незнакомый. Сказал, что со мной хочет поговорить частный сыщик Журавлев Константин. Тьфу, отчество запамятовал…

– Подожди, какой ещё молодой человек? Какой сыщик?

Сердце Субботина снова затрепыхалось в груди. А Осипов ещё добрые четверть часа что-то лепетал в трубку, отвечал на наводящие вопросы. Наконец, Субботину удалось понять, о чем ведет речь бестолковый истопник. Осипова навестил какой-то молодой человек. Лет двадцати, частное лицо, не милиционер. Назвался Вилкиным, помощником частного сыщика Журавлева из Москвы.

Этот парень пытался что-то разузнать о событиях годичной давности, происходивших при участии обеих братьев Осиповых, Зеленского и Субботина. Само собой, этот сопляк ничего не добился. Уехал ни с чем, но сказал, что этот самый сыщик Журавлев на днях собственной персоной приедет к Осипову. Поговорить. За любую информацию Журавлев платит приличные деньги.

Мысли Субботина разбежались.

Ясно, что этот Журавлев не мент. Менты так не работают. Скорей всего он действительно сыщик, хорошо бы так. Это надо проверить, выяснить личность Журавлева будет не трудно. Субботин сделал пометку в блокноте. Но кто нанял сыщика? Кому нужна эта информация? Вопрос.

– Так что мне делать? – Осипов, напрягая голос, перекрикивал помехи в линии. – Завтра Журавлев будет у меня.

Субботин принял решение.

– Перезвони мне через пару часов, – сказал он. – Я выясню, что это за хрен. Если все как он говорит, если это частная ищейка… Тогда вот что. Ты меня слышишь? Действуй, как год назад. Приеду через пару недель, и рассчитаемся за работу. Понял, что делать?

– Понял. Как не понять? А если этот сопляк снова заявится, ну, помощник?

– Тогда ты станешь ещё богаче. Все понял?

– Все понял, Вадим Юрьевич. Сделаем в лучшем виде. Погода у нас налаживается. Приезжайте. Буду ждать.

– Обязательно приеду. Перезвони через два часа.

Субботину показалось, Осипов обрадовался его поручению и обещанию рассчитаться за работу. Он положил трубку и тут же поднял её, набрал телефон своего помощника Климова.

– Игорь, нужно выяснить есть ли в Москве частный сыщик по имени Константин Журавлев. Обзвони немедленно все их конторы, выясни этот вопрос.

– Нет нужды обзванивать, – ответил Климов. – Сейчас залезу в компьютер, и все узнаю через пять минут. Такая информация у меня в картотеке есть.

Ровно через пять минут Климов перезвонил. Действительно, живет на свете такой Журавлев Константин Степанович, частный сыщик. В прошлом мент, оперативник отдела по расследованию убийств ГУВД, образование – средняя школа милиции.

Безупречный послужной список, несколько отличий, имеет награды. Но дослужился только до майора. Со средней школой милиции звание майора – это потолок. Вышел в отставку по ранению. Ныне хозяин сыскного агенства «Северная звезда».

– Только вы не умирайте со смеху, – предупредил Климов. – В своем агентстве Журавлев единственный сотрудник. Сам у себя работает, сам себе зарплату платит. Ха-ха-ха… Короче, мелочь. Придурок беспортошный.

– Спасибо, Игорь.

Субботин походил по кабинету. Ясно, с Журавлевым можно не церемониться. Таких сыщиков как он, старых, раненых, бедных, солидные люди не нанимают. Значит, и работодатели Журавлева – тоже вшивота. Тем лучше. Проблема мелкая.

Осипов позвонил около девяти утра.

– Действуй, как договорились, – сказал в трубку Субботин. – С этими можно не церемониться. Но по сторонам все-таки оглядывайся. Пока.

Он положил трубку и направился в кухню. Пора рвануть чашку кофе и собираться в офис. Сегодня важные переговоры с иностранцами.

Глава пятнадцатая

Пейджер, молчавший несколько дней подряд, запищал в тот момент, когда Локтев стоял над раскрытой дорожной сумкой, размышлял, брать ли с собой термос с горячим чаем, или обойтись без лишней ноши.

Он прочитал сообщение, высветившееся на экранчике пейджера: «Сегодня, наконец, можем встретиться в моем гнездышке по адресу: улица шахтера Косточкина дом 16, квартира сорок шесть. Ровно в четыре вечера. Не опаздывай. Твоя Даша».

Локтев сел на диван. Вот это подарок.

Точный адрес, точное время. Интересно, что за Даша, свившая гнездышко на улице шахтера Косточкина, отправляет Тарасову столь трогательные многообещающие сообщения? Наверняка замужняя женщина. А муж, мешавший свиданиям любовников, отбыл в командировку или в отпуск. Иначе как объяснить слова: «наконец, можем встретиться в моем гнездышке». Наконец… Значит, долго ждали момента. Выходит, муж мешал, а теперь вот он уехал.

Возможно и другое: у женщины взрослый ребенок или даже взрослые дети. Мешали свиданиям именно они, а теперь заботливая мать сплавила отпрысков, весь свой выводок, в деревню к бабке. Или купила им путевку в летний лагерь.

И вот, наконец, наступила минута долгожданного свидания. Истомившийся без женщины Тарасов, разумеется, к назначенному часу не опоздает. Он живой человек. Его и предупреждать не нужно. Впрочем, гадать бесполезно. Тут возможны варианты. Локтев взглянул на часы.

До отправления поезда «Москва – Петрозаводск» оставалось около двух часов. Отсюда, из квартиры старика Мухина, до вокзала рукой подать. Метро Локтев пользоваться не станет. Бритый наголо человек с разбитой физиономией – слишком колоритная фигура для общественного транспорта. Он возьмет машину.

С другой стороны, есть ли теперь смысл в поездке? Локтев поднялся с дивана, подошел к телефону и набрал номер детективного бюро «Северная звезда». Долгие длинные гудки.