личные сообщения и захожу в переписку с Кевином.
«Слышь, утырок, сейчас я выполню условия нашего договора, только с другим человеком. Но нужный тебе эффект будет достигнут. Но предупреждаю сразу, если материалы появятся в сети, я оторву тебе яйца и заставлю их сожрать. Не веришь? Тогда попробуй. PS: скажи этому сраному мудаку из продюсерского агентства, что если он еще раз подойдет к моей сестре, то я оторву яйца уже ему. И опять же заставлю тебя их сожрать!»
Ответ пришел практически мгновенно.
«Вот идиот! Даже угрозу не смог нормально дописать! Заставишь ЕГО сожрать…»
«Нет, Кевин, я все написал нормально. У тебя есть пять секунд на раздумья. Решай».
И снова ответ прилетел практически сразу.
«Эффект будет медийным?»
«Ты даже не представляешь насколько».
«Тогда по рукам. Сделаешь дело — удалю материалы. Слово аристократа».
«Да засунь это слово куда подальше! Если кинешь меня — создашь себе врага на всю оставшуюся жизнь. А оно тебе надо?»
Судя по молчанию — нет. Ну что ж, тогда действуем.
— Арти, ну ты посмотри, что он делает! — возмутилась Аня.
Пока мы разговаривали с Васильевым, эта парочка отошла в дальнюю часть зала и о чем-то сдержанно беседовала. Касуми была слегка напряжена и улыбалась только, когда кто-то проходил мимо. Низовский же наслаждался ситуацией. Ей богу, такое ощущение, что он был под чем-то и не совсем адекватно оценивал окружающую обстановку. Вот и сейчас он снова активно жестикулировал и как бы невзначай коснулся груди Касуми.
Та попыталась уйти, но была довольно грубо схвачена за руку.
— Ну все… достал! — спокойно произнес я, после чего взял шампанское с ближайшего столика, залпом выпил его и уверенным шагом направился к актерам.
Невозмутимо лавирую между мельтешащими гостями. Вроде бы надо волноваться, но происходящее меня даже немного веселит. Вот шуму-то завтра поднимется…
К моменту, когда я приблизился к парочке, Касуми сумела вырвать руку из его хватки и даже влепила парню пощечину. Точнее, попыталась. Его пыль среагировала на столь слабую попытку и отразила удар.
Не знаю, что было в башке у этого урода, но он реально попытался ответить Касуми. Я вовремя перехватил руку, после чего создал восемь щупалец и нанес несколько быстрых ударов по разным частям корпуса. Защита Леона моментально рассыпалась. Не знаю, что у него с актерским талантом, но боец он жуть какой посредственный.
Продолжая держать его кулак, сделал еще несколько ударов, после чего обвил щупальцами конечности актера и прижал того к стене.
— Что вы делаете⁉ — послышался голос из-за спины.
— Помогите кто-нибудь! Убиваааают!!! — а это явно была старушка в молодом теле.
— Охрана! Быстро сюда охрану!!!
— Арти… — нежная рука Касуми легла на мое плечо, — ты же видишь, что он не в себе. Отпусти…
Только сейчас присмотрелся к его глазам. От его зрачков действительно шло какое-то странное синеватое свечение. Да и в принципе парень выглядел каким-то потерянным, но при этом продолжал ухмыляться.
— Что, Касуми, отказала мне, чтобы потрахаться с еще более молодым? — с презрением выпалил он. — Все вы, актрисы, одинаковые! Сук…
Договорить он не смог, так как одно из щупалец без моей команды дало ему пощечину. А следом еще одну.
— Достаточно, — прозвучал грубый мужской голос из-за спины. — Отпусти его, парень.
Слегка повернул голову. Опять этот здоровенный мужик, который вышел за нами из концертного зала. Еще и смотрит так… с интересом, что-ли. Как будто его вообще не волнует мой конфликт с главной звездой сегодняшнего вечера.
Я отозвал пыль обратно, от чего Леон грохнулся на пол и выдал мощную матерную тираду. Вот тут прям талантище, даже спорить не собираюсь.
— Вам лучше забрать Аню и ехать домой, — абсолютно спокойно произнес я, посмотрев на Касуми.
— Но… мне надо… — актриса явно растерялась и не знала, как поступать в этой ситуации. Еще и весь банкетный зал не сводит с нас глаз.
— Вам надо позаботиться о дочери. Она и так на грани. Да и этот… — я кивнул на Леона, — сегодня явно не успокоится.
Девушка нервно прикусила губу, подумала несколько секунд, затем кивнула.
— Хорошо. Спасибо, Арти…
Она склонила голову и быстрым шагом направилась сквозь толпу людей. Где-то у дальней двери ее ждала Аня. Ну а мне надо было закончить представление…
— Что, — я развел руки в широком жесте, — вам понравился устроенный спектакль? Вы же, суки, даже не подумали помочь Касуми, хотя видели наглые приставания этого ублюдка. Ладно девушки, но мужики… вы аристократы, мать вашу, или кто⁈ Что вообще стало с этим обществом, раз постоять за честь и достоинство женщины стало чем-то постыдным?
С первых рядов щелкнуло несколько вспышек.
— Снимаешь? — спросил я у журналистки. — Ну так ты не стесняйся. Вы все не стесняйтесь! Живете тут, как в долбанном аквариуме и вообще не видите, что творится вокруг! Проснитесь люди и посмотрите, во что вы превратились! Этот, — я кивнул на мужика в зеленом фраке, — внаглую залез под юбку официантке. Те трое, — показал на компанию у одного из дальних столов, — весь вечер окучивают престарелого графа Безмолова.
Мужику реально было уже за сотню лет, вот на него и «охотились» некоторые бедные аристократки. Точнее, на его деньги. Ведь наследников у графа почему-то не было.
— Думали, никто не заметил? Да все всё видят, но всем похер. Мы лучше придем посмотреть на этого обдолбанного актеришку! — я осушил еще один бокал с шампанским и посмотрел на разинувших рот гостей. — Знаете, я провел с простолюдинами всего несколько месяцев. Но даже этого времени хватило, чтобы понять одну простую вещь. Настоящие ЛЮДИ находятся ТАМ! А здесь осталась лишь горстка зажравшихся снобов. Я все сказал…
Молча ухожу из зала. Люди расступаются, но никто ничего не говорит. Только Низовский продолжает вопить что-то на матерном. Это ж
