5752 Тут стал он замком любоваться,
Что у залива возведен.
Он видел башню, бастион,
Такие мощные громады,
5756 Что замку не страшны осады.
Он видел город дивный сей,
Его прекраснейших людей
И лавки денежных менял
5760 С сребром и златом созерцал,
И любовался площадями,
Заполненными мастерами,
Где каждый занят был трудом,
5764 Своим привычным ремеслом:
Тот шлемы делал, тот – кольчуги,
Тот – седла, сбруи и подпруги,
Тот – шпоры, тот – гербы, тот – дроты;
5768 Велись кузнечные работы —
Ковались добрые мечи.
Здесь сукновалы и ткачи,
Красильщики и стригали
5772 Труды усердные несли;
Из злата и сребра в избытке
Здесь изготавливали слитки,
Творили мастера иные
5776 Из них изделья дорогие:
Посуду, чаши отливали,
А те – с отделкой из эмали
Запястья, пояса, колье.
5780 И можно заключить сие:
В том славном городе всегда
Торгов и ярмарок страда,
Он был заполнен перцем, воском,
5784 Приправами, богатства лоском,
Мехами векш и соболей —
Товарами любых мастей.
Был, словом, город сей богат.
5788 Все озирал Гавэйна взгляд,
Но он не медлил ни на миг.
Вот башни наконец достиг.
Оруженосцы их встречают,
5792 Коней, оружье принимают,
И рыцарь в башню ту вошел,
Гавэйн вослед за ним. Привел
Тот за руку его в покой
5796 Той самой девы молодой.
И ей: «Подруга дорогая,
Ваш брат, привет вам посылая,
Фламандская ярмарка. Картина Питера Балтенса. Ок. 1570 г.
The Rijksmuseum
Вас просит почести воздать,
5800 Прием достойный оказать
Сеньору, что пришел со мною.
И это сделайте с душою,
Не в одолжение ему,
5804 Родному брату своему.
Вы не скупитесь на радушье,
Но щедрость и великодушье
Явите рыцарю вполне.
5808 Я вас оставлю, ибо мне
Вернуться в лес к нему приспело».
Та вся от счастья просветлела:
«Благословен тот, кто сейчас
5812 Ко мне направил в гости вас.
Сеньор, со мною рядом сядьте,
Красивы вы, изящны статью,
И так как просит брат мой сам,
5816 Компанию составлю вам».
Тут рыцарь удалился прочь,
Гавэйн же вовсе был не прочь
Побыть наедине с девицей,
5820 Такой прелестной чаровницей.
Та столь воспитанна была,
Что с ним наедине могла
Остаться вовсе без надзора.
5824 Любовь – вот тема разговора.
К иной же обратиться теме —
Лишь попусту им тратить время.
Гавэйн авансы ей сулил,
5828 Взывал к ней, о любви молил,
Клянясь ей в верности до гроба.
И «нет» не молвила особа,
Дав все ему, чего желал.
5832 Тут ненароком подвассал
Вошел к ним и узнал Гавэйна,
В то время как они лилейно
Слились в лобзаньях и объятьях.
5836 Увидев их в таких занятьях,
Не удержался подвассал,
Что было мочи закричал:
«О женщина, позор тебе!
5840 Пусть Бог тебя лихой судьбе
Предаст за то, что снизошла ты
К тому, кого должна была ты
Возненавидеть больше всех!
5844 Безумная, ты впала в грех,
Природе низменной верна.
Его ты сердце взять должна
Руками, вовсе не устами.
5848 Одним лишь поцелуем даме
Взять сердце рыцаря дано,
И будет пленено оно.
Его бы лучше, разумею,
5852 Рукой ты б вырвала своею.
Творить добро – роль женщин всех,
А на уме у них лишь грех.
Та, в ком одна лишь добродетель,
5856 Не женщина, Господь свидетель.
Она утратит это званье,
Когда творит благодеянья.
А ты-то женщина и есть,
5860 Коль рядом пригласила сесть
Убийцу твоего отца,
И ты целуешь наглеца.
Как только женщине случится
5864 Всего желанного добиться,
Она забудет все на свете».
Он вышел, молвив речи эти.
Гавэйн и слов тут не нашел.
5868 Упала девушка на пол,
И так без чувств она лежала.
Гавэйн поднял ее, дрожала
От страха, бедная, она,
5872 Еще бледна и зелена.
Придя в себя, сказала так:
«Ах, мы погибли! Страшный знак:
Умру совсем безвинно я —
5876 И вы, мой друг, из-за меня.
Стечется весь народ сейчас же,
Их десять тысяч, больше даже,
И эту башню окружат.
5880 Здесь есть оружья целый клад,
И я его сейчас вам дам.
Храбрец прекрасно смог бы сам
И рати противостоять».
5884 И чтоб хоть как-то страх унять,
Оружье принесла мгновенно.
Вооружив его отменно,
Она не так уже боялась.
5888 Щита, к несчастью, не сыскалось,
Вооружился наш герой
Большою шахматной доской,
Сказав: «Подруга, не ищите,
5892 К такой прибегну я защите».
Фигуры из кости слоновой
Он высыпал на пол дубовый.
Фигуры прочности отличной
5896 Стократ тяжеле, чем обычно.
Раз биться выпало, теперь
Решил он перекрыть и дверь,
И вход в ту башню для защиты;
5900 Эскалибур[106] с ним знаменитый,
На свете самый лучший меч,
Металл, как древо, мог рассечь.
Тот подвассал, из башни выйдя
5904 И мэра по пути увидя,
И эшевенов[107], и простых
Сограждан множество своих,
Не дрянью вскормленных уж точно,
5908 Так были все дородны, мощны,
Стал бегать без оглядки всюду
И так взывать к честному люду:
«Скорей к оружию, сеньоры!
5912 Предатель здесь Гавэйн, который
Сеньора моего убил!»
«Где? Где он?» – всякий завопил.
И тот: «Клянусь вам честью, я
5916 Нашел предателя, друзья.
Вот в этой башне скрылся враг,
Не тратит время просто так —
Шахматная фигура в виде рыцаря из слоновой кости. Ок. 1500 г.
The Metropolitan Museum of Art
Обняв, он госпожу целует,
5920 А та отнюдь не протестует,
Наоборот, как видел я,
Ей по душе игра сия.
Вперед, схватить его нам впору.
5924 А передав его сеньору,
Ему тем самым угодим.
Дрожит предатель, что над ним
Расправа должная свершится.
5928 Но взять живым его годится,
Ведь господин захочет мой,
Чтоб он к нему попал живой,
А мертвым нечего бояться.
5932 И всем нам нужно здесь собраться,
Исполнить долг свой непременный!»
Тут мэр и все с ним эшевены
Поднялись, каждый смел и рьян.
5936 Могли б вы видеть, как виллан
Гизарму[108] и топор хватал!
Кто безременный щит поднял,
Кто – решето, кто – кол, кто – дверь.
5940 Призвал глашатай, и теперь
К оружью толпы поспешили
И в городе в набат забили,
Всех жителей оповещая.
5944 Такого не нашлось лентяя,
Чтоб шел без цепов, кирок, вил.
Ломбардский люд так не бурлил,
Идя убить Лимаса злого[109].
5948 Ребенка не было
