Глава 9
Мария зашла в дом. Возле нее весело скакали собаки – просились на улицу.
– Погодите, сейчас погуляем во дворе, не будем по ночным улицам шарахаться. Хотя… – Маша на секундочку задумалась. – Хотя сейчас самое безопасное время – преступник сегодня уже выплеснулся, к следующему преступлению ему надо подготовиться. И все равно… Ребята! Во двор!
Собаки без интереса бегали по двору, подбегали к прозрачному забору и высматривали, кого бы облаять. А Мария не могла себе найти места от беспокойства – и как же там Тонька? И еще – неужели Федор был прав, и маньяк упрямо охотится на нее, на Машу?
Она позвонила в больницу, но отвечать ей просто не стали. Наверное, придется ждать до утра. А вот по поводу маньяка…
И ведь этот паразит сегодня был среди ее приглашенных. Он же был и тогда – на встрече одноклассников. И все же… на слишком близких думать не хотелось вовсе. И, если вспомнить все умные детективные книги… логика маньяка непредсказуема. Потому что это больной человек, и логики у него нет совсем. А это значит… Значит, что убийцей может стать вовсе не близкий человек – со своими одноклассниками Маша знакома не один десяток лет. Любой их сдвиг по фазе стал бы известен мгновенно – городок – то маленький. А вот сумасшедствие какой – либо посторонней личности…
Если подумать, то маньяк запросто мог работать… в ресторане «Тюльпан». А что? И на встрече он мог высмотреть… Да! А это интересно! Тогда получается, что вовсе не за Машей охотятся! Чем это Маша так выделилась? А вот за Иркой запросто мог кто-то подсмотреть. Она была красивой, яркой… может быть, кого-то и раздражала ее красота. Например, какую – то повариху ресторанную! А что? Кстати, надо еще посмотреть, кто там работает на этой ресторанной кухне. Сегодня, например, очень удобно было бы что-то подсунуть в блюда или в напитки именно поварам… Кстати, У этого красавчика Никитина, наверняка есть подружка, которой тоже выгодна смерть Ирины. И здесь тоже надо будет порыться…
На прогулке ее и застал Федор.
Настроение у него было приподнятым. Но, завидев Марию, он нарочито сдвинул брови.
– Ну? – подошел он к однокласснице. – Что ты скажешь?
– А ты что? – уставилась на него Маша. – Проводил Катерину?
– Да причем тут Катерина? – взвился квартирант. – Ты теперь понимаешь, что охотились явно на тебя?!
– Прекрати ты орать…
– Не прекратю!..щу… Потому что из-за твоей беспечности страдают невиновные люди – Ирина, теперь Тонька!
– Это из-за тебя они страдают! – вызверилась Мария. – Из-за тебя! Я, конечно, понимаю, тебе было бы удобнее, чтобы страдала я. Меня бы грохнули, и дело с концом! А я тебе скажу, что все происшествия случаются на твоем участке. А значит, ты должен нас охранять! А ты хреново справляешься со своими обязанностями.
– Не беспокойся, – уже тише проговорил Сазонов. – Этим делом уже занимаются ребята из оперативки…
– успокоил! И чего? Ты этим Тоньку успокой! Если девка одыбается.
– да все у нее нормально, – засопел Федор. – Я звонил, узнавал. Промыли ей желудок, напичкали всякой химией, лежит она, отсыпается… Маш… Ну сейчас-то ты поняла, что это до тебя кто-то решил добраться?
– Хорошо, Федь, кто? – вздохнула Мария. – Если у человека есть цель, она должна быть чем-то обоснована…
– Ого, какие умные слова!
– Я книжку читала… Две! Так вот… У человека должен быть мотив. Скажи, какой мотив у постороннего человека?
Маша, казалось, всерьез изображала Шерлока Холмса. Сейчас она заложила руки за спину и важно вышагивала вокруг клумбы. Не хватало только трубки.
Федор пытался мыслить, а не обращать внимания на Машкины выкрутасы:
– А если…
– А если это не посторонний? – перебила его Мария, – Если это свой, то… давай рассмотрим ближних. Правильнее всего рассматривать наших одноклассников. И так… Ирину и Тоньку вычеркиваем сразу. Дальше… Петушков?
– Нет, тот не может. У него на Тоньку какие-то виды…
– Это сейчас, к тому же, он не мог предугадать, что Тонька схватит отравленный бокал.
– ну да, но да этого он серьезно хотел ухаживать за Иркой, – признался Федор.
– Вот паразит, а Тонька на него планы имела… надо ей сказать… Хотя, зачем? Дальше… Танька Свешникова? Она здоровенная баба. Конечно, Ирку она замочила бы в два счета, но… Но ведь дальше маньяк пытался удушит меня каким-то шнурком, ты ж помнишь? А на меня нападал худосочный маньяк. Точно не Танюха. Я ж тогда его в два счета скрутила. Это точно не Танька была. Не те габариты.
– Тогда… Катя Солодовникова… – было видно, с каким трудом Федьке дается это имя.
Маша постаралась этого не заметить:
– Да, было бы здорово. Но… Скажи, зачем бы бабе с ее-то деньгами лично заниматься такими делами? Наняла киллера и дело с концом. К тому же, я помню еще по школе – Катька дико боится крови. Ее от вида крови просто швыряло в обморок.
– А как же она работает в ветеринарке? – напомнил Федор.
– Она только открывает ветеринарки. Она там не работает, она ими владеет. Я с ней сейчас частенько на телефоне. Про Гришку интересуюсь. И вот… по любым вопросам она обращается к своим врачам, а сама ничего даже посоветовать не может. Не работает она там. Она только владелица. Она боится крови, а Ирину, если ты помнишь, убивали камнем. Там вся голова в крови была. И все вокруг было в ее крови. Нет, там работал отмороженный маньяк. Я бы сказала – сумасшедший.
– Погоди, а если Катерина и наняла маньяка?
– Такого недоделанного, прости Господи? – удивилась Маша. – Хорошо, допустим, в нашем городке хорошего исполнителя трудно найти, согласна… Но если он один раз ошибся, Катерина бы со своими-то деньгами из Москвы запросто смогла выписать профессионала. А этот полудурок никак не может понять, что убийство – не его конек. И все ошибается, ошибается, ошибается. Ну кто такого будет терпеть?
У Федора от Машиных размышлений брови поползли под челку:
– Машка, ты вот так рассуждаешь, как будто только и делаешь, что киллеров нанимаешь!
– Да я просто думаю, – отмахнулась одноклассница. – Вот и получается, что из наших некому.
Федора мучал еще один вопрос, но он так боялся, что Мария поймет его неправильно. И все же, он спросил:
– Маш, а чего это ты в ресторане кинулась этого мужика поздравлять?
– Ха, а вот тут ты, Феденька, дал промашку, – довольно улыбалась Маша. – Это не простой мужик. Это патологоанатом, который в морге работает. А ты его не допросил.
– да не обязан я
