алый поток иссяк. Теперь можно было снять боль, спокойно обработать рану. Вот и Анга с аптечкой, а главное, заветным чёрным бруском.
Уже через полчаса Фарид Хамзи лежал в палатке, закутанный в тёплый, сухой спальник. Глотал целебное питьё из кружки, которую держал обеими руками. Повязка на правой почти не мешала, но зубы о край кружки всё равно постукивали.
Ромига молча сидел рядом, мрачнее тучи. Он был очень зол на шаса, которого неведомо зачем понесло на эту ёлку. Но разбор полётов решил отложить до утра, когда недоутопленник оклемается. Свои действия тоже считал далёкими от безупречности. Головоломные прыжки по брёвнам были излишеством, вредным и опасным. Мог бы выдернуть шаса из воды, не сходя с места, одним заклинанием, как позже сделал Анга. Сработала привычка. Когда Ромига путешествовал с челами, всегда проще было объяснять нечеловеческую скорость, ловкость и силу, чем "чудеса". Сейчас вокруг были свои. Нав мог действовать эффективнее и безопаснее. Мог, но не подумал. Это бездумье вызывало досаду. Впрочем, любая ошибка — кирпичик в здание опыта, а не повод себя грызть. Тем более, когда всё обошлось. "Надо только убедиться, что в самом деле обошлось." Ромига намерен был приглядывать за состоянием Фарида, по крайней мере, до утра.
У дверей преподавательской нав снова натолкнулся на Леночку. Дурная тётка трагически посмотрела на объект неразделённой страсти и недавнего обидчика:
— Роман Константинович, вас тут студенты спрашивали.
— Нету. Ушёл. Пусть завтра с утра ищут... А что за студенты?
— Такой большой молодой человек, — глазки Леночки на миг обрели мечтательное выражение. И снова страдальческий взгляд на собеседника. — Представился: Женя Коренной, новенький со второго курса.
— Не сказал, по какому вопросу?
— Нет.
— Ну и подождёт. Хотя...
Ромига заметил: людский полукровка всё ещё мялся в дальнем конце коридора, у стенда с расписанием.
— Хм, упорный студент.
Оставив Леночку, нав стремительно, на грани допустимого при челах, перетёк к Коренному:
— Меня ждёте?
— Да. Эээ...
— Я спешу. Если вопрос срочный, у вас ровно минута. Внимательно слушаю. Или уже завтра, с десяти до пяти.
Здоровенный парень смерил ещё более высокого, по-спортивному подтянутого, но хрупкого на вид преподавателя взглядом, мало подобающим студенту. А вот дружинники зелёных на гарку так посматривали, размышляя: подраться, или ну его? Знали, шансов победить один на один практически нет. Коренной унаследовал крепость сложения людов, однако не выглядел тренированным воином. Да и для "подраться" в нём было маловато агрессии и страха, многовато любопытства. Ромига ухмыльнулся в угрюмо прищуренные серо-зелёные глаза:
— Тридцать секунд. Жду вопроса.
Студент порывисто вздохнул, набираясь решимости, и спросил:
— Роман Константинович, скажите, что и зачем вы со мной сделали на семинаре?
— О! Отличный вопрос, — нав достал из кармана карточку, типа визитки, но чистую, и ручку. Каллиграфическим почерком вывел пару телефонных номеров, а под ними: "Записаться на тестирование. Сказать, рекомендовал Ромига". Протянул Коренному:
— Что я сделал, подробно расскажут по этим телефонам. Зачем? Если кратко, чтобы нам с вами не отвлекаться от темы семинара, — подмигнул озадаченному студенту. — Кстати, не советую показывать кому-либо то, что я вам сейчас дал.
Нав предвидел, полукровка не последует совету хранить тайну, как не послушался бы и прямого запрета. Потому, для посторонних глаз, на карточке были всего-навсего телефоны кафедры археологии.
— А... Ромига? Это ваш псевдоним такой?
Преподаватель ещё раз сверкнул зубами: весело и плотоядно, студента аж слегка передёрнуло. Коротко кивнул, то ли в знак согласия, то ли прощаясь:
— Извините, Евгений, время, которое я мог вам уделить, истекло. Прочие вопросы, если хотите, завтра. Лучше, после обеда. А звонок не откладывайте.
Проносясь мимо открытой двери аспирантской в сторону выхода, услышал (опять!) Леночкино призывное:
— Роман Константинович! А как же чай с тортиком? У Веруни сегодня день рождения. Мы уже стол накрыли!
Веруня была лучшая Леночкина подружка: тоже бестолковая, на взгляд нава, но тихая, незаметная и безобидная. Иногда даже очень полезная бумажная мышка. Ромига заглянул в комнату, поздравил новорожденную и убежал, отказавшись от угощения. "Если профессор узнает, точно подумает, я захворал!" А чувство, что время не ждёт, настойчиво подгоняло прочь. "Очень любопытно!"
Анга притащил еду прямо в палатку. Ужинали. Молчали. Ромига в очередной раз проверил состояние шаса: тот потихоньку приходил в себя. А ведь ещё перед бродом нав почувствовал усталость компаньона! На той грани, когда ещё двигаются, но уже теряют способность соображать, и потому способны на опасные глупости. Не обратил внимания. Не подумал, что опытнейший Фарид может такое отмочить. Вот уж, буквально! Не проследил линии вероятностей...
— Ромига, послушай, — шас виновато щурился сквозь выловленные Зворгой из-под завала очки. В отличие от нава, он не хотел откладывать обсуждение ЧП до утра.
— Ну что?
— Подозреваю, тебе очень хочется обозвать меня старым болваном.
— Не твоё дело, чего мне хочется, — огрызнулся Ромига, у которого на языке вертелись гораздо более крепкие выражения, а руки чесались оторвать злополучному шасу башку.
— Не моё. Как и советовать тебе. По организационным вопросам.
— Вообще-то я приглашал тебя именно консультантом. Все полезные советы слушаю и учитываю. Просто сильно сомневаюсь в твоём здравомыслии в данный момент.
— Ромига, я нарушил технику безопасности. Допустил глупейшую ошибку. Непростительную даже для ученика. Чуть не заплатил за неё жизнью. Создал неудобства всем. Готов понести штрафные санкции. Надеюсь только, они не отобьют у меня интерес к проекту.
— Я с удовольствием отбил бы тебе что-нибудь, помимо интереса, — ухмыльнулся нав. — Да потом опять лечить, энергию тратить. Вот, кстати об энергии и штрафных санкциях. Закупишь брусков на свои деньги. Сколько по твоей последней калькуляции не хватало, помнишь? Умножь на два и ровно столько возьми.
— Это разорение!
— Если станешь дальше работать, а не в речки сигать, в конце сезона Тёмный Двор компенсирует.
— Но ведь для закупок надо в Город? Я как раз хотел предложить небольшую передышку.
— Фарид, завтра мы законсервируем эту стоянку и на два-три дня уйдём на базу на острове. Вероятно, за это время как раз успеет наладиться погода. А теперь заканчивай болтать, спи. Или мне на тебя ещё "пыльцу Морфея" переводить?
Ромига выставил пустую посуду из палатки под дождь. Сквозь бесконечное "кап-кап-кап" услышал тихие шаги Анги. Позвал:
— Анга, сколько времени нужно, чтобы прогреть
