часть Волги – от Ярославля до Самары. Можно было путешествовать и самостоятельно, на одном из многочисленных пассажирских и почтовых пароходов, курсировавших по рекам Центральной России: такой пароход показан в фильме «Волга-Волга» (1938) – он привозит музыкантов в Москву. В 1928 году речные перевозчики улучшили условия для путешествующих третьим классом, предоставив собственные столовые и душевые. В серии «Библиотека пролетарского туризма» в 1930 году вышла карта-путеводитель «Волга – Кама»: на четырех складных картах были отмечены важнейшие предприятия, интересные туристам, и наиболее впечатляющие виды. ОПТЭ, а позже – ТЭУ фрахтовали у речных перевозчиков суда для своих групповых туров, включая те, маршрут которых проходил по Беломорско-Балтийскому каналу (с 1933 года). К 1936 году туристы могли выбрать путешествие на одном из семи «плавучих домов отдыха»: начальной точкой служил Горький, а конечной – различные порты на Каме и Волге [Феденко 1932: 162; Поволжье 1930: 244; Феденко 1930; Хрисандров 1938: 83][187]. Это было самое тесное сочетание «туризма» и «отдыха» из всех возможных.
К концу 1930-х годов советским туристам стали доступны круизы по Черному морю, совершавшиеся в комфортабельной обстановке. Подчеркивалось, что «главная прелесть морских путешествий – чудный бодрящий воздух, постоянная смена впечатлений и созерцание той грандиозной общей картины моря и берега, которая доступна только на корабле» (как и в случае с речными круизами). Морские суда совершали рейсы из Одессы в Батуми и обратно с конца 1920-х годов: обычно те, кто направлялся на курорты Черноморского побережья Кавказа, добирались поездом до Одессы и далее – пароходом до места назначения. Однако в 1940 году ТЭУ стало предлагать круиз по Черному морю как самостоятельный вид отдыха. Для этого модернизировали пароход «Аджария», на котором теперь имелись концертный зал, «библиотека на несколько тысяч книг», бильярдная, фотолаборатория и швейное ателье. Некогда вместимость «Аджарии» составляла 1100 человек, отныне же пароход брал на борт лишь 450 туристов, получавших полноценный отдых во время 10-дневного рейса с отправлением из Одессы. Обо всех достопримечательностях на маршруте рассказывали опытные гиды ТЭУ На 1940 год было объявлено о 15 таких рейсах в весеннее и летнее время, всего планировалось обслужить 7000 туристов [Справочник Совторгфлота 1928:101][188]. Как и 12 круизных судов, заказанных германской «Силой через радость», «Аджария» связывалась в сознании людей с современностью, комфортом, динамикой и развлечениями, о которых государство позаботилось для своих граждан [Baranowski 2004][189].
В конечном счете туризмом можно было заниматься и поблизости от дома – правда, по своей привлекательности эти направления уступали южным. Ландшафты Центральной России с холмами и долинами (и особенно пригороды Москвы и Ленинграда) часто называли «советскими Швейцариями». Там возводили палаточные лагеря, путевки в которые распределялись через профсоюзы: отдыхающие жили на природе и могли отправляться в пешие походы, плавать по рекам и озерам, наконец, просто отдыхать. Эти маршруты местного значения давали трудящимся возможность познакомиться со своим краем, его историческими памятниками, культурными богатствами и живописными видами. В 1939 году существовали, к примеру, 10-дневные маршруты с отправлением из Звенигорода – «подмосковной Швейцарии», Петрозаводска (к северу от Ленинграда), усадьбы в Ясной Поляне, лодочного лагеря на Оке (Тульская область) и т. д. Судя по непрекращающейся критике в туристических изданиях, профильные организации не слишком заботились о развитии местных направлений, предпочитая распределять путевки на
Рис. 3.2. Поход на озеро Крылово (Подмосковье), 1940. РГАКФД г. Красногорск, № 420062. Публикуется с разрешения архива всесоюзные маршруты, полученные от центрального аппарата ТЭУ [Усагин 1930: 14–15][190].
Так называемые «радиальные» маршруты, хотя и в меньшей степени отвечали идеалу подлинного содержательного туризма, позволяли туристу находиться все время на одном месте, участвуя по своему выбору в дневных или ночных экскурсиях. Чиновники окрестили это «бальнеологическим туризмом»: он являлся, при сохранении содержательности, наилучшим способом снять стресс и перенапряжение от работы без необходимости искать место в санатории или доме отдыха. Однако вскоре стало ясно, что эти туры были всего лишь альтернативным способом достать редкие путевки на курорты – как для оздоровительного, так и для развлекательного отдыха. Представители ОПТЭ активно занимались продажей «радиальных» путевок, удовлетворяя спрос на места в санаториях и одновременно поправляя финансовое положение ОПТЭ. Хотя в большинстве своем такие путевки предусматривали пяти– или десятидневное пребывание в определенном месте, можно было приобрести несколько штук и таким образом обеспечить себе обычный двадцати– или тридцатидневный курортный отдых. Количество таких путевок, купленных туристами, было непропорционально велико, писал «Труд» в 1936 году. Летом, в высокий сезон, «стационарные туристы» составляли 40 % от всех участников групповых туров системы ОПТЭ[191].
Любители активного отдыха презрительно относились к таким псевдотуристам, называя их «радиаторами», а позднее – «пижамниками». Авторы сатирических статей в туристической прессе описывали их как избалованных представителей советского среднего класса – инженеров с женами, – которые заказывали номера в капитальных зданиях турбаз, вынуждая настоящих туристов ютиться в палатках. «Тихие часы» и вечера они проводили в клубе, отплясывая фокстрот и при этом настаивая, что слабое здоровье не позволяет им совершать пешие походы или ночевать в палатках. Их целью были отдых и восстановление здоровья, а не слушание лекций о политике или проверка своего физического состояния. «Пижамники» жаловались на шумных «пролетарских» туристов, которые прибывали в любое время дня и ночи и оставались на короткий срок. В свою очередь, любители активного отдыха становились жертвами переполненности турбаз, причиной которой были «радиальные» туристы. Руководители ТЭУ надеялись, что речные прогулки станут альтернативой радиальным маршрутам для тех пожилых рабочих, которые хотели бы провести отпуск в тихой обстановке вдали от дома, – но в 1939 году ТЭУ все еще рекламировало такие маршруты[192]. «Радиальные» туры приносили прибыль туристическим организациям, так как пользовались популярностью у граждан, и, таким образом, курортный отдых по-прежнему предлагался под видом туристической путевки. Проще было идти по пути наименьшего сопротивления, удовлетворяя потребительский спрос.
Особое место на этом начальном этапе развития туризма в СССР занимали заграничные поездки. Советские газеты и журналы были завалены письмами от желающих выехать за рубеж – возможно, вдохновленных описаниями эпических путешествий, вроде книги А. Князева и И. Фрейдберга «Вокруг света на велосипеде», вышедшей в издательстве «Молодая гвардия». Эти два студента Государственного центрального института физической культуры, желая продемонстрировать выдающиеся качества продукции Харьковского велосипедного завода, в 1924 году отправились в кругосветное путешествие. Первого июля они стартовали на своих велосипедах с московского ипподрома в восточном направлении, проехали через Сибирь, Китай, Японию, Мексику, несколько других стран Латинской Америки и наконец через Германию и Польшу вернулись в СССР. Все физкультурники и туристы
