— Спасибо за доверие, — отвечаю. — И обязательно приедем. С Варей, — помогаю девушке сесть в машину, как только она распрощалась с бабулей.
— Варя, давай со мной, — встревает жених. — Я что, зря приезжал? — звучит абсолютно по-детски, для полноты картины не хватает устроить истерику.
— Варвара Дмитриевна поедет с нами, — подбегает Ася, целует в щеку бабу Шуру и, потрепав Ваську по загривку, запрыгивает в машину.
— Вот вам гостинцы, — передает сумку бабушка девушки. — Там разберетесь, что и кому. Как будете дома, Варя, позвонишь мне, — дает напутствия бабуля, на прощание помахав рукой.
— Обязательно, спасибо за все.
И мы такой странно новой семьей, все вместе в прекрасном настроении отъезжаем от дома, в котором провели незабываемые выходные.
Ася что-то говорит все время, вовлекая в разговор Варю, что весьма неожиданно, но дает надежду на то, что ее отношение к своей учительнице потеплело в разы. А я, как дурак, улыбаюсь. Только вот предстоящее расставание поднимается и висит надо мной грозовой тучей.
Пара сотен километров пролетает незаметно. Несколько остановок — размять ноги, и ближе к вечеру впереди мелькают первые дома. Ася, в конце концов, не выдержала и уснула. На улице уже начало смеркаться, когда я останавливаю машину у Вариного дома.
— Приехали, — грустно улыбается девушка, отстегивая ремень безопасности, а я разворачиваюсь к ней вполоборота.
— Варь, — привлекаю ее внимание к себе, но она не хочет на меня смотреть, упрямо прячет глаза.
— Что? — не поднимает головы, нервно теребя край кофточки.
— Посмотри на меня, — прошу и, не дожидаясь ответа, тянусь к ее личику, подцепив пальцем за подбородок. — Что не так?
— Все так, — часто-часто моргает она. — Просто так странно, совершенно не хочется расставаться и…
— И мне, поверь. У меня рейс завтра. Не будет около полутора суток. Но обещаю быть на связи. Пиши, пока я в небе, звони в любой момент. Не смог ответить, значит перезвоню. Только прошу, не накручивай себя, хорошо? — провожу подушечкой большого пальца по слегка приоткрытым губам, мучая самого себя. — Не надо ничего придумывать, что нам бы мешало двигаться навстречу друг другу. Я очень хочу быть с тобой рядом, — девушка замирает.
— Ася может быть против, — неуверенно отвечает.
— Ася будет рада, если у нас в семье будет все хорошо, а с остальным разберемся, — и притягиваю ее к себе.
Эти губы… черт возьми, я не могу от них оторваться. Впервые за столько романов я понимаю, что не могу утолить свою жажду никаким поцелуем. Мне их катастрофически мало. Отпустить ее — это практически невозможно, особенно когда чувствую, как она отвечает. Так нежно, трепетно, сладко.
— Чувствую себя мальчишкой, — ловлю ее насмешливый взгляд. — Я серьезно. Я, похоже, этот период в своей жизни с успехом проспал.
— Кто-то должен быть сильнее, — отстраняется она, поглаживая меня по щеке, легко касаясь губ. — Я пойду. Буду ждать твоего звонка или сообщения. Пока, — целует в щеку и выходит из машины.
Вот так сижу и пялюсь ей вслед, пока она, не махнув мне рукой, не скрывается за дверью.
Ну, вот, Романовский. Похоже, что ты влип по самое не балуй. Такую девушку упустить — то будет верхом идиотизма. Тем более, когда вот так тянет к друг другу с невероятной силой.
Глава 32. Влад
Домой приезжаем, когда за окном уже темно. Асю в квартиру заношу на руках. Спит, как суслик, даже не шелохнется. Впервые так ее вырубило.
Первым делом уложил ребенка в постель, стянул по возможности верхнюю одежду так, чтобы не разбудить ее, и вышел, тихонько прикрыв дверь за собой.
Надышалась она свежим воздухом за эти два дня и набегалась с Васькой, что теперь всю ночь сладко проспит.
Устав с дороги, устраиваюсь на кухне с телефоном.
— Ася спит, только уложил, — тут же набираю Варю, готовя себе чай и делая бутерброды.
— Умаялась, — подтверждает мои слова девушка.
Я замолкаю, пытаясь сформулировать мысли, но мой мозг плавится об одном только воспоминании о Варе. О ее губах и улыбке, которая, готов поспорить, сейчас есть. И, черт возьми, я чувствую себя юным пацаном! Даже когда слышу ее дыхание в трубке, тело тут же реагирует. Хочется все бросить и рвануть к ней.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ох, это будет адски сложная неделя!
— Ты еще тут? — задает вопрос Варя.
— Да, — выдыхаю воздух так, словно пробежал стометровку на время. — Варь!
— М-м-м.
— У меня рейс в Сиэтл, — просматриваю информацию по предстоящему рейсу, пролистывая бумаги в папке, что кинул на стол, приехав с очередного рейса.
— Далеко. Как вы ориентируетесь в небе? Это же не дорога. Знаков нет, — тут же задает она кучу вопросов. И неужели ей и правда, интересно? — А ваша кабина, это же как, ну не знаю, как панель управления межгалактическим кораблем!
— Я тебе покажу, — не задумываясь, говорю я. — Кабину.
— О-у, а можно? — я даже представляю, как она затаила дыхание.
— Есть один вариант, и думаю, тебе понравится, — усмехаюсь я, уже строя планы на будущие выходные. В конце концов, пора устроить настоящее свидание, а не вот эту беготню друг за другом.
Дальше мы прощаемся. Долго достаточно, словно больше не услышим друг друга. А после еще перекидываемся парой СМС.
В душе вспоминая ее в воде, я еле сдерживаю свое желание. И выскакиваю, как ошпаренный. Внутри все переворачивается, и я просто свихнусь без девушки целую неделю.
Направляюсь на кухню выпить стакан минералки, чтобы хоть немного остудить внутренний пожар. А потом устало валюсь в кровать, хоть мысли о Варе и не дают уснуть.
Утро начинается со звона будильника, звонка в дверь и топота ног по квартире, да такого сильного, словно не Ася там ходит, а маленький слоненок.
— Па-а-ап, — в спальню заглядывает дочурка. — Ты решил проспать на любимую работу? Бабушка уже пришла.
— Чего она забыла у нас в такую рань? — приподнимаю голову, с трудом отрываясь от подушки, встречая улыбку Аси.
— Ничего я не забыла, а у тебя рейс. И Ник сказал, что к тебе ни ногой. Что у вас случилось? — вставляет свое слово мама, появляясь в дверном проеме.
Как когда-то в детстве, честное слово. Игрушку не поделили.
— Ничего. Пусть сам рассказывает, — потираю ладонями сонное лицо. — А если молчит, значит, сам виноват, — поднимаюсь с постели, и женщины тут же покидают мою комнату.
Пока меня не видят, тянусь к телефону и быстро набираю сообщение Варе. Да, не могу отказать себе в таком удовольствии, как пожелать ей доброго утра. Мысленно представляя ее заспанной.
Через минуту приходит ответ от нее, и я, довольный, как пацан, начинаю собираться на работу.
Мама отвезет Асю в школу. Я их высаживаю у автобусной остановки, а сам направляюсь в аэропорт.
Как обычно оставляю машину на парковке. Все действия отработаны до автоматизма. Медосмотр, брифинг. Выяснив, что погода штормит, отправляюсь к метеорологам за дополнительной информацией. И инструктаж со старшим бортпроводником. И да, сегодня это Лиля.
— Ты такой напряженный, — тут же выдает любовница, подойдя со спины и начав массировать плечи… прямо в кабинете, в который в любой момент может кто-то зайти. Похоже, ей не мешало бы напомнить о неуставных отношениях.
— Лиль, ты переходишь все границы, — осаждаю девушку. — У нас инструктаж, — скидываю ее ладони и тянусь к папке с полученными документами.
Хоть, как правило, редко бывает такое совпадение, что в пару попадают уже знакомые бортпроводники и второй пилот. Но все же бывает, и в нашей компании достаточно часто. Условно мы уже сработавшийся экипаж, и полеты вместе уже входят в привычку, как и обыкновение видеть Лилю. А это неправильно в корне. Да и в связи с последними событиями, у нас с ней явно назрел серьезный разговор. Но не здесь. Не на работе и не перед полетом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ты меня избегаешь, — констатирует очевидное бывшая любовница. — Не отвечаешь на звонки, — продолжает гнуть свою линию девушка. — Ничего не хочешь объяснить? — поет соловьем, а я все больше и больше закипаю.
