начал сейчас вести дневник. В худшем случаи, он поможет психиатру поставить диагноз. Хотя сейчас я в полной мере (или считаю так) осознаю, что это действительность. В тот момент, я предположил, что находился под гипнозом или дурманом. «И как я должен тебе поверить?» обращаясь то ли к этой "мечте хирурга", то ли к собственной жизни сказал я шёпотом. А человек сидел на стульчике и улыбался, помахивая оторванной ручкой. «Пожать хотите» сказал он жёвано и ели-понятно и едва сдерживая смех. И в тот момент я заметил, что оторванная рука движется. «Ты (блять), кто такой?» Я даже чуть было не заматерился, но машинально вспомнил про врачебный этикет. И он мне ответил: «Тот, о ком хорошо смогли позаботиться другие. И я теперь забочусь за них.» (я понял это как "о них" или "все их заботы теперь мои.") «Как?» «Ты как невежъда скажеш бы "магия", а я скажъу "наука".» Меня передёрнуло. Сильно. Дважды. «Наши мехъаники не машыины собирают, а людей. Я пришёл предложъит тебе руку помощи. Точнее, работу, за которую тебе дадут нормальную руку в помощ.»
Это не похоже на сказки сумасшедшего. Точнее, это похоже, но ими не является. Этот молодой человек… доказательно аргументировал. Не смотря на интерес и в наивное желание вернуть руку, из-за которой у меня вся жизнь стала адоподобной, я отказал. Аргументируя это неверием, называл это гипнозом, фокусом. Так или иначе, у меня все ещё есть работа по контракту, ответственность, обязанности. «Ваша работа скоро перестанет быт для вас заботой. И поверит вам придетъся»
Вечером, я обсуждал все это с остальными из группы. Конечно, приуменьшая всё до размеров пальца и теории. Я никому не рассказывал, что видел, как человек отрывает себе руку и управляет ей. Я на самом деле, искренне, поддался общественному мнению. Разве что Альцест решил отстранится от этой темы. Впрочем, зря я ищу в этом скрытый смысл. Он же аутист, хоть и самой лёгкой степени.
На следующий день объявляют тревогу и требуют срочно вернуться с оборудованием в город. Я и остальные пытались предположить из-за чего нас собрали, ведь в городе и так много врачей. Две большие больницы, не считая санитарные пункты. Решили так же, что видимо созвали вообще всех врачей с округи. В пути была сформирована колона, где я пообщался с солдатами и послушал сказочные слухи о нашествии зомби.
Я получил сообщение от брата. С ужасным содержанием.
»
Трансляция террора – мыслей, местности и обстоятельств:
Пауки сошли со стен и потолка и быстро заползают на одержимого. Яд этих видов не опасен для человека, но… Бес замер. Он дрожит, он злиться. Хочет ударить своё тело в место укуса, но сдерживается. Ноги как влитые в пол. Он не хочет их убивать так. Бес… нет такого слова. В общем он направил "метастазы ненависти" в пауков. Сущность этого роя не выдержала такого шквала. Нервная система каждой особи испытала смертельный стресс. Комната замерла. Бес увидел шершавые, толстые стены. Хитиновые, клыкастые шипы из стен, обхватившие его за ноги и тело, "руки" из пауков. Мёртвые. Ненависть перекрыла отвращение. С трудом стряхивает и отдирает с себя трупы и пошёл на второй этаж. Бес достал телефон, включил фонарик, идёт. Уверенно идёт, сжимая телефон перед собой. Телефон был небольшой, крепкий. Бес, подсознательно пытаясь разозлиться, зажимает телефон как можно сильнее. Он так же подсознательно понимает, что он этого не сделает. Это его разозлило. И…, м-да, это и был его план. И он сработал, баф получен. Черный ребёнок стоит посреди комнаты. Бес почувствовал удары своим сознанием, по-звериному усмехнулся. Понял, что теперь они на него не действуют. Осознает, что ему не жалко этого черного чертёнка. «Из-за этой твари пострадали близкие мне люди». Подумать о том, что только через него их можно вернуть, он не успел. Одержимый рванул на ребёнка, даже не боясь, что его бес не проявиться. «Могу и руками забить, да так даже лучше!» Ударил черное дитя в голову своей рукой. Ребенок схватился за неё, повис пролетев вместе с кулаком в сторону. Черныш разжал своими пальцами кулак одержимого. Начал ломать и выкручивать пальцы. Бес беспомощно злиться и боится, пытается скинуть мелкого черта свободной рукой. Бьёт его со всех сил, но ребёнок не обращает внимания. Спустя три пострадавших пальца, он смог трансформировать страх и боль в ярость. Бледная паутина вышла от локтя до сломанных пальцев, разрезав «злобную мразь». Не смотря на боль и осознание, что его пальцев искажены и это как бы очень херово, бес доволен собой. Он ощущает, что на одну слабость у него стало меньше. Теперь он может побороть страх
I Am
Прим. Ему Осталось только побороть себя. Получить полныц самоконтроль без ограничений физических по типу страха, к примеру.умение со всем бороться. И боязнь чужого мнения. Т. Е. Сложный. Компонентарный страх .
Запись 233. Живодёр Грима. Ответственный за гекс 55. Террор нашёл интересную аномалию и начинает слежку и ведёт запись. Транслирую ретранслятору ближайшего большого города посредством террора по кличке Седатив.
#Вампир-обыкновенный.
Аномальный впервые за все время своей сознательной жизни, начал чувствовать себя плохо. Для «энергетического» вампиризма ему нужно было больше контакта с здоровыми людьми, а тут круг его питательного общения крайне узок. Ему не хватало его товарищей и военных, а местное население было, по сути, пустым. Дважды во время приёма у него падали без сознания пациенты. Он не знал, не предполагал, что его питание имеет настолько низкое КПД. Большая часть элементов каким-то образом теряется при транспортировке из тела жертвы в тепло вампира. Формируется слишком мало питательных элементов. Так как его организм все время брал все элементы сложнее БЖУ из других, он просто не имел возможности их нормального усвоения естественным путём (отсутствовали ферменты). Из-за него у всей группы военно-санитарного контингента заметно ухудшилось самочувствие. Все они гнали на условия, на которые они себя послали. Аномальны карил себя за то, что не исследовал свою особенность развития лучше. И что вообще пренебрегал. Относился к ней слишком нормально и спокойно. Принятие это как нормы, почему-то позволило ему считать, что можно не изучать это как явление. Не изучать все особенности. Сейчас осознание и страх перед смертью, приготовили его сознание к принятию свой хищнической натуры. Ему необходимо кого-то "сожрать" целиком, без полумер.
Из памяти следует, что это он умел. В его жизни один случайный раз, он как-то "съел" мышонка, что нашёл крайне ослабленным в пустой банке на кухне.
