Читаем без скачивания Хазарский словарь (мужская версия) - Милорад Павич

"От одного торговца птицами я слышала, что в городе на берегу Каспийского моря живут два известнейших мастера – отец и сьш. Отец – художник, как сказал мне торговец, и его работу сразу узнаешь по самой синей из всех синих красок, какие когда-нибудь встречались. Сын – поэт, и его стихи ни с чьими не спутаешь, потому что кажется, что ты их уже слышал, но не от человека, а от растения или животного…

Я надела на пальцы дорожные перстни и отправилась на Каспийское море. В городе, который мне назвали, я навела справки и нашла мастеров, о которых шла речь. Я сразу же узнала их по тем признакам, о которых говорил торговец птицами: отец писал божественные картины, а сын – прекрасные стихи на неизвестном мне языке. Они мне понравились, я им тоже, и они спросили меня: кого из нас двоих ты выбираешь?

Я выбрала сына, объяснив это тем, что ему не нужен переводчик".

Грек, однако, не дал водить себя за нос и заметил, что мужчины ходят ровно потому, что составлены из двух хромых, женщины же зрячи, так как сложены из двух одноглазых. Для примера он привел следующий случай из своей жизни:

"Во времена моей молодости приглянулась мне одна девушка. Она меня не замечала, но я был настойчив и как-то вечером рассказал Софии (так ее звали) о своей любви с таким жаром, что она обняла меня и я почувствовал на своей щеке ее слезы. По вкусу слез я сразу догадался, что она слепая, но меня это не смутило. Мы продолжали сидеть с ней обнявшись, как вдруг из ближайшего леса послышался конский топот.

– Какого цвета конь, чей топот мы слышим между поцелуями? Белый? – спросила она.

– Мы этого не можем знать и не узнаем, – ответил я, – пока он не покажется из леса.

– Ты ничего не понял, – сказала София, и в этот момент из леса появился белый конь.

– Понял, я все понял, – возразил я и спросил ее, какого цвета мои глаза.

– Зеленые, – ответила она.

Посмотрите, глаза у меня голубые…"

История грека поколебала кагана, и он уже, казалось, был готов склониться в пользу христианского Бога. Почувствовав это, принцесса Атех решила покинуть дворец, однако перед уходом сказала, обращаясь к кагану:

"Мой господин сегодня утром спросил меня, лежит ли у меня на сердце то же, что у него. У меня в тот момент были длинные ногти, одетые в серебряные наперстки со свистом, и я курила кальян, который пускал зеленые кольца дыма.

На вопрос господина я ответила «нет», и мундштук кальяна выпал из моих губ.

Господин ушел опечаленный, потому что он не знал, что я думала, глядя ему вслед: скажи я «да», было бы то же!"

После этих слов каган вздрогнул, он понял, что грек действительно обладает ангельским голосом, но истина на другой стороне. После этого он наконец дал слово Фараби Ибн Коре, посланцу халифа. Прежде всего он попросил его объяснить сон, приснившийся ему в одну из последних ночей. Во сне ему явился ангел с вестью, что Создателю дороги его намерения, но не дела. Тогда Фараби Ибн Кора спросил кагана:

– Ангел из твоего сна был ангелом познания или ангелом откровения? Он явился тебе в виде ствола яблони или по-другому?

Когда каган сказал, что ангел был ни то и ни другое, Ибн Кора продолжил:

– Разумеется, он не был ни одним, ни другим, потому что был третьим. Этого третьего зовут Адам Рухани, а ты и твои священники пытаетесь достичь его уровня. Это ваши намерения, и они хороши. Но вы пытаетесь сделать это, воспринимая Адама как книгу, которую пишут ваши сны и ловцы снов. Это ваши дела, и они неправильны, и творите вы их, создавая свою книгу, потому что у вас нет «Божественной книги». Постольку, поскольку «Божественная книга» дана нам, примите ее от нас, разделите ее с нами, откажитесь от своей…

В ответ на эти слова каган обнял Фараби Ибн Кору, и этим все было решено. Он принял ислам, разулся, помолился Аллаху и велел сжечь свое хазарское имя, которое по хазарскому обычаю было дано ему еще до рождения.

ХАЗАРЫ – по-арабски Khazar, по-китайски K'osa – название народа тюркского происхождения. Это название происходит от турецкого qazmak (скитаться, переселяться) или от qu** (страна горы, повернутой к северу, теневая сторона). Встречается также и название Aq-Khazar, что означает «белые хазары». Очевидно, такое имя им дали для того, чтобы отличить их от «черных хазар» (Qara-Khazar), о которых упоминает Иштакхри. С 552 года хазары, судя по всему, принадлежали к западному турецкому царству и, возможно, участвовали в походе первого кагана западных турок на крепость Сул, или Дарбанд. В шестом веке территория к северу от Кавказа принадлежала сабирам (одно из двух больших гуннских племен). Однако Масуди-писарь в Х веке отмечал, что турки хазар называли именем «сабир». Во всяком случае, всегда, когда мусульманские источники упоминают хазар, остается неясно, имеется ли в виду один народ. Похоже, что весь народ имел двойника, так же как и его правитель. Если это так, то разделение на черных и белых может быть понято по-другому: так как «хазар» по-арабски означает и белую и черную птицу, не исключено, что белые хазары представляют дни, а черные – ночи. В любом случае в начальный период своей сохранившейся в памяти истории хазары одержали победу над одним мощным племенем с севера, которое называлось W-n-d-r и о котором говорится в сочинении «Худу аль лам» («Пределы мира»). Название этого племени соответствует названию «оногундур», так греки называли болгар. Так что, видимо, первые столкновения хазар в Прикавказье были с болгарами и арабами. По данным из исламских источников, первая арабско-хазарская война произошла в 642 году на Кавказе. В 653 году во время боя при Баланджаре погиб арабский военачальник, этим война и завершилась. Как отмечает Масуди– писарь, столица была сначала в Баланджаре, потом переместилась в Самандар и наконец в Атил, или Итиль. Вторая арабско-хазарская война началась в 772 году, а может быть несколько раньше, и закончилась в 773 году поражением хазар. Это происходило во времена Мухаммеда Марвана, и каган тогда исповедовал ислам. Хазарское государство, как видно из карты арабского географа Идриси, занимало нижнее течение Волги и Дона, включая Саркил и Атил. Иштакхри говорит о караванном пути из Хазарии в Хорезм, кроме того, упоминается и «королевский путь» из Хорезма на Волгу.

Исламские источники считают, что хазары были искусными земледельцами и рыбаками. В частности, они сообщают, что в их стране была низина, на которой в течение зимы собиралось так много воды, что образовывалось озеро. Здесь они выращивали рыбу, такую жирную, что жарили ее без масла, на собственном рыбьем жиру. Весной, после того как вода сходила, на этой же низине они сеяли пшеницу, которая давала прекрасный урожай благодаря тому, что земля была удобрена испражнениями рыб, – таким образом, с одной и той же площади они каждый год получали урожай рыбы и урожай пшеницы. Они были настолько изобретательны, что на деревьях у них росли мидии. Ветки деревьев, стоявших на берегу моря, они притягивали ко дну, закрепляли их камнями, и через два года на них нарастало столько мидий, что когда они на третий год высвобождали ветки, те поднимались из воды, обросшие огромным количеством прекрасных вкусных мидий. Через хазарское царство протекала река с двумя названиями, ее вода текла в русле одновременно в двух разных направлениях: с запада на восток и с востока на запад. Реки назывались так же, как два хазарских времени года, так как хазары считали, что за период смены четырех времен года проходит не один год, а два, притом первый год течет в одном направлении, а второй в противоположном (таким же образом, как и их главная река). Причем дни и времена года этих двух лет можно было перемешивать как игральные карты, так чтобы зимние дни чередовались с весенними, а летние с осенними. Но и это еще было не все – один хазарский год тек из будущего в прошлое, а другой из прошлого в будущее.

У каждого хазара был посох, на котором он вырезал все важные события своей жизни, причем записи эти имели вид изображений животных, которые обозначали не события, а состояния и настроения. Могилу владельцу посоха делали в форме того животного, чье изображение чаще всего встречалось на нем. Поэтому на их кладбищах могилы разделялись на группы в зависимости от того, какое животное они изображали: тигра, птицу, верблюда, рысь или рыбу, а иногда яйцо или козу.

Хазары верили, что в самой мрачной глубине Каспийского моря живет безглазая рыба, которая, как часы, отстукивает самое точное время во вселенной. Вначале, как говорит хазарское предание, все, что было сотворено – прошлое и будущее, все события и вещи, – плавало, растопленное в пламенной реке времени, все существа, бывшие и будущие, были перемешаны, как мыло с водой. Всякая живая тварь, к ужасу других, могла в то время создавать любую другую, и только хазарский бог соли ограничил такой произвол и повелел всем существам рождать только себе подобных. Он разделил прошлое и будущее, поставил свой престол в настоящем, но при этом посещает будущее и парит над прошлым, озирая его. Он сам из себя создает весь мир, но сам же его и пожирает, пережевывает все старое, чтобы потом изрыгнуть его омоложенным. Судьбы всех людей в книгах народов записаны во вселенной, где каждая звезда представляет собой гнездо и уже сформированную жизнь каждого народа или языка. Таким образом, вселенная – это видимая и сжатая вечность, в которой судьбы человеческих родов мерцают как звезды.