судьбы.]
«…Откровение?»
[В нём говорилось, ‘Наследник Темнейшей Ночи положит конец древнейшему Мифу.’]
Внезапно я вспомнил историю, которую рассказывал мне Дионис.
[«Несколько созвездий, включая меня, считают, что ты достигнешь ■■».]
Наверное, он говорил как раз о Персефоне и Аиде.
Персефона же продолжила свой рассказ:
[Поначалу я была в ярости от этого предсказания.]
«…В ярости?»
[Увы, но у меня не могло быть детей из-за соответствующей истории.]
Я понятия не имел, откуда у Персефоны подобная история. Неужели именно из-за этого у них до сих пор не было детей?
Персефона слегка отвела мои волосы назад.
[В начале я ждала, гадая, возможно ли это. Возможно чудо случится и мне повезёт. Возможно, мы всё же родим красивого ребёнка, который запомнит наши истории. Даже если бы здесь существовала только тьма, адский пейзаж и тюрьмы – мы были уверены, что сможем вырастить нашего ребёнка лучше, чем любой из 12 богов Олимпа, если бы у нас была такая возможность. Мы бы смогли научить нашего ребёнка понимаю тьмы других существ, рассказать ему о том виде ада, которому другие никогда не посочувствуют и показать ему безжалостную тюрьму, карающую зло, попирающее праведность вселенной.]
«…»
[Многие сотни лет я жила в этом заблуждении.]
Кончики её пальцев слегка дрожали.
Я не мог понять значения этой дрожи. Я просто не мог даже осознать всю ту боль и ненависти к Олимпу, содержащемуся в каждом сказанном ей слове.
Персефона тихо вздохнула и продолжила:
[Мы с Аидом придерживались нашей позиции очень долгое время. Мы знали, что у нас не может быть детей, но мы не унывали. Даже если Преисподней придёт к концу в нашем поколении, и никто не вспомни истории, которые мы пережили – мы отличались от 12 богов и от тех родителей, что насильно передали свои истории своим детям. Мы существовали как могли.]
«…»
[Но однажды появился ты.]
Теперь Персефона уже смотрела на меня.
[На самом деле, он был первым, кто обнаружил тебя.]
Она говорила таким голосом, словно была во сне.
[Он сказал, что начал смотреть твою историю с того самого момента, как ты выжил в метро. В начале я с трудом могла поверить, что есть такой как ты. Потому что я верила, что такие истории далеко не уйдут. Я до сих пор помню его взволнованный голос, когда он говорил о тебе.]
«…»
[Мы смотрели небольшую историю, которая росла в одиночестве, сражаясь против самого мира. Мы наблюдали, как ты бросаешь вызов могущественным созвездиям, сталкивался с внешним богом и, в конце концов, сражался с Доккэйби… ты смог собрать пять историй, чтобы переродиться в маленькое созвездие среди наших звёзд.]
Я вспомнил моменты рождения Компании Ким Докча. Тогда Персефона была одной из пяти созвездий, что поддержали меня.
[Тогда мы впервые подумали об этом – о том, чтобы стать твоими родителями.]
Я едва успел воспринять прошлую информацию, как чуть не закашлялся от новой. Кажется, я всё-таки могу понять, что за любовь испытывала ко мне всё это время Персефона… Совсем чуть-чуть.
[Мы с Аидом не желаем, чтобы ты стал Королём Преисподней. Мы также не желаем, чтобы ты был привязан к нам и не хотим, чтобы прожитые нами жизни и история стали для тебя правилами, требующими соблюдения. Всё что нам от тебя нужно – двигаться по сценариям также, как ты это делал всё это время.]
«Но я… я наследник…»
[Ты наш сын. Это всё, что имеет значения.]
Мне нечем было отплатить за эту доброту. Всё что я мог им дать – обещание будущего, которое до сих пор не было написано. Да ещё и без всяких гарантий.
«Когда я достигну ■■ всех сценариев, я… я обязательно буду с вашими историями».
Персефона слабо улыбнулась.
[Отправляйся на террасу. Твой отец ждёт тебя.]
*
У меня не осталось хороших воспоминаний об отце.
Например, я помнил, как пьяный до безумия отец избивал меня. Его выплёвываемое недовольство миром, его необъяснимую враждебность ко мне.
У меня остались воспоминания о жизни, в которой мне приходилось терпеть и существовать дальше.
«Простите…»
Аид, облачённый в тень благородной ночи, ждал на дальнем конце террасы. Он смотрел на Преисподнюю, простирающуюся с другой части дворца.
Я не знал, что сказать и мог лишь смотреть на открывшийся пейзаж преисподней. Я видел притоки рек ада, блуждающие вдоль её берегов души, также смотрящий в том направлении.
[Ты видишь это?]
Там гибли бесчисленные люди. Там была печаль, радость и горести жизни. Все те заветные желания, что так и не осуществились, плыли по поверхности реки.
[Всё это Преисподняя.]
Пока созвездия исполняли свои желания в сценариях – принесённые ради этого в жертву души отправлялись в это место. Мир тех, кто был выброшен, ранен и сломлен сценарием – всем этим была Преисподняя.
Я перевёл взгляд на Аида.
Он понял эту тьму и стал Королём Преисподней.
…Никогда не отворачиваясь от приливов печали, несущихся из мира живых, спасая при этом каждую из этих душ. Слушая рассказы других людей тысячи, хотя чего уж там, десятки тысяч лет.
В этот момент я почему-то подумал, что наконец смогу сказать слова, которые держал в себе так долго.
«…Отец».
Но Аид не ответил. Возможно это слово было так же чуждо для него, как и для меня.
Однако вскоре он сказал:
[Командуй армией.]
Я вновь посмотрел на него, теперь совершенно ошеломлённый.
И в следующий момент я услышал звук, напоминавший оглушительный рёв тьмы.
Все эти души устремились к дворцу. У некоторых были решительные лица, у других – героически мрачные. И вели их трое Судей.
Это была огромная армия, накатывающаяся как мощная приливная волна. Мне было трудно скрыть волнение от мощной ауры великой армии, которую я никогда не видел.
[Во славу Преисподней!] – Закричал первый Судья.
[Во славу Принца Преисподней!] – Громко продекламировал второй Судья, посмотрев на меня.
И вот наконец третий Судья с силой воздел копьё к небу, после чего все души зарычали в один голос:
[ЗА ВЕЧНОСТЬ СЦЕНАРИЕВ И ИХ КОНЕЦ!]
Эхо от их рёва всё ещё разносилось по Преисподней, когда Король Преисподней сказал:
[Теперь иди.]
Аид даже не посмотрел на меня, когда говорил это.
Но хоть я не видел его взгляда – я знал, что он смотрит за мной.
Он всегда смотрел на меня.
Преисподняя стала вашим союзником
Глава 74.5: Великая Война Святых и Демонов (5)
*Донг… Донг… Донг…*
С другой стороны ворот доносился
