или конец поискам Тритеофрена.
От вереницы Берграя на визоры поступило разрешение взлетать:
— «Воздух», — это значило, что у ворот никого.
Осы, мухи, наездники, москиты — все крылатые мгновенно обернулись. От хлопков диастимагии, сопровождавшей каждое превращение, болото затряслось.
— Летим на бреющем, — напомнил Кайнорт, и визоры дублировали приказ текстом.
Навстречу эзерам вылетел сюрприз от клириков: хи-тау. Дроны с умными пулями, которые били только в хитин, оттого так и назывались. Хромосфен не защищал крылья эзеров, и те стали падать в болото. Многие потонули. Увернулись лишь те, кому посчастливилось иметь скорость реакции как у домовой мухи. Командование приказало спешиться.
Карминцы, увидев, что эзеры лишились главного преимущества, высыпали из ворот. Насекомых было втрое меньше них. И хотя бронгауссы эзеров пробивали нательную броню, а их ручные нейтрокли были куда эффективнее деревенских крименганов, клирики обладали сверхъестественной прытью. Они знали расположение узких дорожек наизусть и, в отличие от захватчиков, не смотрели под ноги. Эзеров то оттесняли за вал, то с переменным успехом гоняли по трясине. Шёл второй час вялой атаки.
Картинка боя складывалась из общей массы всего, что видели солдаты. Выбирались лучшие по качеству изображения, а если кто-то выбывал, его место занимали данные других визоров. Новобранец рисковал вывихнуть мозг. Солдаты то и дело оступались, как пьяные, и жижа лизала им ноги до колен. Болото дрожало и пучилось, словно живое.
На визоре Берграя запрыгали строчки:
« Нынешний его бывшей[Кайнорт Бритц] создал новую группу».
«Добавлен Бывший его нынешней[Берграй Инфер]».
«Добавлен ГлавЗло[Альда Хокс]».
Нынешний его бывшей: Здесь что-то не то. Наши тонут один за другим!
ГлавЗло: Думаешь, у них там диастимаг?
Бывший его нынешней: Если так, то недюжинной силы! Раз ворочает воду вместе с трясиной
Нынешний его бывшей: Рассредоточьте солдат по периметру, чтобы вычислить, где он засел
ГлавЗло: Я запуталась, который из вас Бритц! Переназовись!
«Нынешний его бывшей сменил имя на ЗамГлавЗла».
Они заподозрили аквадроу: паука, управлявшего водой. Солдаты перестали толкаться у ворот и разбежались. Невдалеке от входа в посёлок диастимаг поднимал целые языки трясины, и болото слизывало насекомых, как жидкий хамелеон. Как только у карминцев закончились дроны хи-тау, эзеры могли взлетать, но аквадроу принялся хлестать их жижей прямо в воздухе.
ЗамГлавЗла: Берграй, у тебя есть что-нибудь из классики?
Бывший его нынешней: Реквием — «Файл загружен». — А куда это ты собрался? Кай!
ЗамГлавЗла: Если он меня утопит, удалите это видео
« ЗамГлавЗла покинул группу».
Визоры заслонила вибрирующая тень. Карминцы сразу поняли, куда метнулась стрекоза, и начали палить из крименганов как сумасшедшие. Бритц увернулся от снаряда, второго, третьего… и врезался в забор. Снова взлетел.
— Осторожно, пушка!.. — крикнул Берграй, прикрывая рой-маршала пальбой из глоустеров.
Кайнорт поймал ещё снаряд на хромосфен и шлёпнулся в болото. Он распластал потрёпанные крылья, чтобы не утонуть, и перевернулся на живот. Хлебнул мерзкого ила. Разгребая трясину, Бритц по-пластунски выбрался к суше. Да, с крыльями в тот день было решительно невозможно. Привычные к полётам эзеры пренебрегали тренировкой человеческого тела. Берграй справился бы куда ловчей. Кайнорт проскользнул вдоль стены. К нему уже подоспели карминцы. Правой убивал из армалюкса, левой вращал керамбит. Диастимаг тоже его заметил.
Волна ударила под ноги, сшибла со склизкой кочки, толкнула грудью в трясину. Кайнорт выбрался, цепляясь за комья глины, и сплюнул жижу. С узкой тропочки на него испуганно смотрел молоденький шчер. Парнишка лет восемнадцати, худой и грязный. Так вот каков был диастимаг.
— Постой! — Рой-маршал развёл руки с оружием так, чтобы парнишка их видел. — Они же тебя используют. Посмотри вокруг: это — твой последний бой, и я твой последний труп.
Диастимаг затрясся и заволновал болото.
— Боишься их? — Бритц кивнул на карминцев. — Не пустили тебя домой, когда улетали последние корабли шчеров. Заставили защищать не своих, а чужих. Так?
— Заткнись!
— Уходи. Там будет нормальная жиз…
— Нормальная⁈ Ничего здесь уже не будет нормальным!
Цунами грязи смело эзера с кочки и, закрутив, швырнуло в жижу. Весь в болотной слизи, армалюкс выстрелил и промахнулся: съел только идола рядом с парнишкой, выскользнул из пальцев, выбил запястье.
— Не хочешь… как хочешь, — прохрипел Бритц и расправил мятые крылья для последнего броска.
Тина, слякоть в лицо. Он успел схватить диастимага за ноги, и новая волна закрутила обоих. Пацан дрался насмерть: кипятил и морозил клубок из жижи и остервенелых скользких тел, превращался в гигантского фрина, кусал, и наконец потащил Бритца вниз. На глубину. Солдаты на кочках не сразу заметили, как поверхность болота затихла, выровнялась. Как прошла минута. И две. И все три.
Над жижей показалось лицо мага. Он ловил ртом воздух и вращал глазами. Карминцы у ворот завопили от радости…
И умолкли.
Голова мага поднялась над болотом без тела. Её держала за волосы рука в хромосфеновой перчатке. Ликуя, эзеры поднажали, и спустя минуту карминцев оттёрли от ворот.
— Безумец, — Берграй подал руку рой-маршалу, но тот сам выбрался на кочку. Он отбросил голову мага к стене: глаза убитого ещё вращались, а зубы клацали.
Потом Кайнорт поискал в жиже армалюкс. При каждом выдохе у него текла зелёная вода изо рта и носа, а броню пропитала хлябь. В таком виде он, шатаясь, подобрал опять голову диастимага, прошёл сквозь нестройные ряды бойцов и швырнул добычу солдатам в ноги.
— Ну что, принцессы! — приветствовал он их. — Вот вам голова дракона. Мне нужны ваши руки и сердца.
Грянули удары отдающих честь: солдаты трёх свор присягали рой-маршалу, а потом со зверским, первобытным воем кинулись на Кумачовую Вечь.
— Скандируют твоё имя, — сказал Ёрль, равняясь с Кайнортом.
— А?
В ушах Бритца играл реквием.
— Не притворяйся, ты читаешь по губам. Я говорю, человеком один на один ты плоховато дерёшься.
— А? А, да.
— Тренировку тебе устрою. Спарринг с Берграем.
— Он же меня убьёт. Тем более повод есть.
— А и убьёт если разок, тебе чего, жалко, что ли?
Эзеры неистовствовали у стен посёлка, пока не повалили их внутрь, на головы карминцам. Спустя минуты Кумачовая Вечь сдалась.
Глава 17
Читальный зла
Кайнорт волочил чумазые крылья по улицам. Шагая по телам и обломкам, давя осколки выбитых окон, он прошёл в чертоги храма богини Скарлы. Там собрались клирики. Завёрнутые в красные палантины, карминцы стояли на укрытых пеплом плитах вестибюля и шептались.
— Болото вытолкнуло его…
— … прямо как
