Но разве с ней он не доказал, что способен быть другим? Внезапно приступ злобы сотряс его. Если он не позволил ее прошлому влиять на их будущие отношения, то почему она не может принять его таким, каков он есть, без прикрас?
– Наверное, ты права, – пробормотал Дэниел.
Просто он замечтался и утратил связь с действительностью. Ему хотелось верить, будто он нашел настоящую любовь, как Майк. Но он не Майк и никогда не станет им.
– Мне пора идти.
Он долго смотрел на нее в упор. Невозможно поверить в то, что это конец. Он признался ей в любви, теперь должен уйти.
– У меня и в мыслях не было причинить тебе боль, – сказала Кэтлин. Голос ее дрожал. – Прости меня, если я тебя обидела!
Извинение положило конец неприятному разговору, но Дэниелу лучше не стало. Он повернулся и пошел к выходу. Ему очень хотелось оглянуться, но мешала гордость. Однажды Кэтлин уже входила в его жизнь, и он успешно забыл ее. Забудет и теперь. Только на то, чтобы воспоминания о ней изгладились из его памяти, на сей раз понадобится больше времени.
– Ты выглядишь не лучшим образом, – проворчал Тимоти Лири. – Присаживайся, выпей пивка и приободрись, парень! Жизнь не такая плохая штука, верно?
Дэниел отставил в сторону пустую кружку. Потом откупорил новую бутылку «Гиннесса» и отхлебнул большой глоток прямо из горлышка. Если он как следует напьется, боль притупится. А если ему удастся забыться, может быть, он позабудет Кэтлин О'Доннелл и их короткий, но яркий роман.
– Ну-ка, признавайся. – Тимоти присел рядом. – Небось, свалял дурака с бабой?
Отец был последним, с кем Дэниел Лири хотел бы обсуждать свои личные дела. Не нужны ему постоянные укоры и торжествующее «Я же тебе говорил!» по любому поводу.
– Да нет, па, все у меня нормально. Переживаю за своих ребят.
– За тех парней, которые поранились на пожаре? Как они там, кстати?
– Лучше, – сказал Дэниел. – Финн через несколько дней выпишется из больницы, а Рейли уже завтра поедет домой. Скоро оба смогут вернуться на работу. – Он взял кружку с пивом и вышел из-за стойки. – Пойду посмотрю, чем там Тим занимается, – бросил он.
Брат сидел в кабинке рядом со стойкой. По всему столику разбросаны бумаги, рядом с ними недоеденная порция ирландского рагу.
– Я не помешаю? – спросил Дэниел.
Тим поднял глаза и отодвинул бумаги в сторону.
– Конечно, нет! Я не знал, что ты здесь. Когда ты пришел?
– Несколько минут назад.
– Я слышал о пожаре. – Тим подозрительно смотрел на брата. – Кое-кто из твоих ребят заглянул сюда по пути домой. Они сказали, ты уехал из больницы вместе с Кэтлин. Так что ты здесь делаешь?
– Собственно говоря, мне нужно пиво. Целая бочка пива. Надеюсь напиться так, чтобы не держаться в вертикальном положении. А ты что здесь делаешь? – Дэниел указал на стопку листов бумаги.
– Пишу статью для журнала «Нэшнл джиогрэфик». О путешествии по Амазонке, куда я ездил прошлой весной. Вот собрал материалы для книги. – Тим безуспешно пытался сложить в стопку беспорядочно разбросанные листы. – Мне нужен помощник. Столько материалов нужно собрать воедино, а почти все записано на маленьких клочках или обрывках бумаги. Интервью на ресторанных салфетках, номера телефонов на коробках спичек... Надо как-то организоваться, иначе я никогда не напишу книгу... – Тим осекся. – Ты меня слушаешь?
Дэниел поднял голову и кивнул.
– Да. Маленькие клочки бумаги. Это проблема.
Тим расплылся в улыбке.
– Ты что, поругался с Кэтлин?
У Дэниела не было никакого желания посвящать кого бы то ни было в свои проблемы, но теперь, когда Тим первым заговорил об этом, он решил, что неплохо будет услышать независимое мнение.
– Да нет, мы не поругались. Просто все кончено. – Он покачал головой и отхлебнул еще пива. – Не знаю, что на меня вообще нашло. Навоображал невесть чего. Никогда я не вступал в долгосрочные отношения. Так с какой же стати начинать сейчас?
– С такой стати, что ты ее любишь, глупыш! Это видно по твоему лицу.
– Что, у меня это на лице написано?
– Твоим братьям, по крайней мере, все про тебя ясно. Остальным, наверное, по твоему виду кажется, что тебя мучают запоры или что тебе трусы жмут.
– Она составила план, как завоевать меня, а потом бросить. И все только потому, что я, как она думала, выставил ее на посмешище в школе!
– Знаю. Майк рассказал мне.
Дэниел широко открыл рот от удивления.
– Что-о?! Моя личная жизнь широко обсуждается в нашем баре?
– Да, наверное. Больше-то говорить не о чем. Разве что обсуждать предстоящую свадьбу Майка, но, знаешь, я уже сыт по горло. Не ожидал от него, что он так меня достанет своим интересом к скатертям и сервизам. Бедняга совсем свихнулся. Как считаешь, может, сводить его к врачу?
– Ничего он не свихнулся, – сказал Дэниел. – Я его прекрасно понимаю. Легко увлечься скатертями и всякой такой ерундой, если твоя любимая взволнована по этому поводу. Когда Кэтлин рассказывала о своей кофейне, я, бывало, целый вечер мог слушать, как она толкует про французский или итальянский способ поджаривания зерен и про то, как важно нагреть молоко до нужной температуры. Когда она говорит о своем деле, у нее лицо светится изнутри, и она кажется еще красивее, чем обычно.
– Господи, да ты и впрямь влюбился! – Тим откинулся на спинку кресла и недоверчиво уставился на брата.
– Да, и вот что самое удивительное! Не знаю, что делать – плакать, смеяться или сплясать прямо посередине бара джигу. Она хотела, чтобы я влюбился в нее, я и влюбился. Я люблю ее и ничего не могу с собой поделать. Я признался ей в своих чувствах, но она мне, разумеется, не верит, потому что я Дэниел Лири, который не способен на любовь. Ее послушать, так я просто не в состоянии испытывать какие-либо человеческие чувства.
– Да, братец, понимаю, нелегко тебе сейчас, – сказал Тим. – Видимо, вы с Майком прокладываете новый путь.
– Не смотри на меня так! Будет и на нашей улице праздник, и даже, возможно, скорее чем ты думаешь! – предупредил Дэниел. – Майк невольно, сам того не желая, начал новую семейную традицию. Но он доказал, что отцовские сказочки о Храбрых Лири просто чушь. И рано или поздно тебе самому захочется найти свою половинку, раз это получилось у Майка. И чуть не получилось у меня...
– Чуть не получилось?
– Да, все уже в прошлом.
– Ты, кажется, сам до конца не веришь в то, что говоришь.
Дэниел отпил еще пива.
– Я и не верю. Раньше мне было так легко расставаться с женщинами! Я просто находил себе новую подружку, и все. Но сейчас... Как мне забыть Кэтлин? Ей удалось найти дорожку к моему сердцу. Мне бы разозлиться как следует на то, что она играла мною, и все-таки я верю: у нас с ней все было по-настоящему. Тут невозможно ошибиться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
