Каждый случай ударов по своим войскам расследовался самым тщательным образом. По результатам делались выводы. Выявленные виновники «привлекались к ответственности по условиям военного времени». Естественно, что даже в тех случаях, когда удары совпадали по месту, времени и составу с вылетавшими на боевое задание группами, «летный состав ударов по своим войскам не признавал…»
Многочисленные архивные документы показывают, что «в том случае, когда штурмовики действовали согласно обстановке или просто было совпадение задачи, поставленной штурмовикам, с создавшейся обстановкой на фронте» достигался большой эффект и войска быстро «выдвигались на новые рубежи».
Надо сказать, общевойсковые командиры не сразу поверили в возможности управления авиацией по радио, считая это пустой забавой. Например, когда 15 июля станция наведения 15ВА при 20-м тк перенацелила в воздухе три группы Ил-2 для удара по сосредоточившимся в Касьяново резервам противника и получился хороший результат – противник отказался от контратаки, «начальник АБТВ 61А…не мог поверить, что это правда и предполагал, что случайность, пока не убедился по записи рации и разворотам групп с маршрута».
Постепенно всем стало ясно, что эффективная помощь авиации в бою может быть обеспечена только совместными действиями общевойсковых и авиационных командиров. Ситуация в войсках с обозначением переднего края и выделением оперативным группам авианаведения необходимых средств обеспечения резко изменилась к лучшему.
Несмотря на спешку, выполнить программу поставок противотанковых «илов» и переучить на них летный состав не удалось. К началу сражения в районе Курского выступа в авиачастях не было ни одного Ил-2 с НС-37. Однако незадолго до этого удалось завезти большое количество ПТАБ-2,5–1,5.
Противотанковые бомбы ПТАБ впервые были применены утром 5 июля 1943 г. Счет открыли летчики 2ВА Воронежского фронта. Под удар 8 экипажей от 617-го шап 291-й шад попали немецкие танки из 48-го тк, выдвигавшиеся из Бутова на Черкасское, и скопление танков в 2 км севернее Бутова. Экипажи доложили, что они «наблюдали в районе взрывов авиабомб сильный огонь и дым, на фоне чего выделялось до 15 горящих танков». Кроме этого, было уничтожено 6 автомашин. Всего израсходовано 1248 ПТАБ, 8 АО-25, 28 РС-82 и 890 снарядов к ВЯ-23.
В этот же день ПТАБы применили и летчики 266-й шад 1 – го шак. Группа в составе 10 Ил-2 от 673-го шап атаковали немецкие танки, стоявшие на месте в районе Яковлево – Погорелово. В результате удара было уничтожено и повреждено до 10 танков и 10 автомашин, наблюдался один взрыв большой силы. Помимо осколочных и фугасных бомб, было сброшено 491 ПТАБ.
Учитывая отличные результаты действия ПТАБ, советское командование приняло решение применить эти бомбы массированно одновременно на нескольких фронтах.
Массовое применение ПТАБ имело ошеломляющий эффект тактической неожиданности и оказало сильное моральное воздействие на противника. Бывший начальник штаба 48-го тк генерал фон Меллентин впоследствии писал: «…многие танки стали жертвой советской авиации».
Во всех случаях экипажи докладывали, что от прямых попаданий ПТАБ танки и автомашины горят, а при повторных налетах танки сходят с дороги и рассредоточиваются.
Контрольные вылеты «ответственных командиров» и поездки офицеров штабов на передовую с целью установления действительной эффективности ПТАБ позволили командованию воздушных армий заявить, что «приведенные цифры потерь противника… являются правильными» и заслуживают доверия.
Доработанный вариант РОТ-82 с предохранительной заслонкой с подвешенными 2 РС-82. После выстрела переднего PC заслонка под действием пружины отводилась в сторону и не мешала выстрелу заднего снаряда НИП АВ, июнь 1942 г.
В районе боев около ст. Хотынец был обнаружен танк типа Pz.V «Пантера», уничтоженный тремя бомбами ПТАБ. Бомбы пробили 45-мм броню наклонного броневого пояса корпуса под основанием и вызвали пожар внутри танка.
Недалеко отд. Драгунская были найдены 6 «Пантер», «разрушенных бомбами ПТАБ». Все танки сгорели. Причем в четырех из них произошел взрыв боекомплекта.
Высокая эффективность ПТАБ по бронетехнике получила и совершенно неожиданное подтверждение. В полосе наступления 380-й сд Брянского фронта в районе д. Подмаслово наша танковая рота по ошибке попала под удар своих штурмовиков Ил-2. В результате один танк Т-34 оказался разбитым ПТАБами «на несколько частей». Работавшая на месте удара комиссия зафиксировала «вокруг танка…семь воронок, а также…контрящие вилки от ПТАБ-2,5–1,5».
Как следует из документов, штурмовиками в этом же районе были подбиты и два «тигра». По всей видимости, отличились летчики из состава четверки Ил-2 от 614-го шап (ведущий капитан Чубук), которые 15 июля штурмовали контратакующие немецкие танки – до 25 машин, в том числе около 10 «тигров». Всего было сброшено 1190 ПТАБ. Экипажи доложили об уничтожении 7 танков, из них 4 тяжелых.
Победные реляции и превосходные отзывы из действующей армии позволили сделать вывод: «Бомбометание ПТАБ устранило основную причину низкой эффективности действия авиации по танкам фугасными и осколочными бомбами – малую вероятность попадания в приведенную площадь танка…»
«…Нужно перейти к массовому их изготовлению и самому широкому применению при нападениях на мотомехвойска противника, на его ж.д. транспорт, при ударах по переправам, по огневым позициям артиллерии и т. п. целям; все эти цели с успехом поражаются ПТАБами», – констатировал начальник Оперативного управления штаба ВВС генерал Журавлев.
Оправившись от шока, немецкие танкисты вскоре перешли к рассредоточенным походным и предбоевым порядкам. Естественно, это затруднило управление танковыми частями, увеличило сроки их развертывания, сосредоточения, усложнило взаимодействие между ними.
Эффективность ударов Ил-2 с применением ПТАБ снизилась примерно в 4–4,5 раза, оставаясь тем не менее в среднем в 2–3 раза выше, чем при использовании фугасных и осколочно-фугасных авиабомб.
Противотанковые Ил-2 с НС-37 появились на фронте лишь в августе в составе 2-го шак. В следующем месяце их боевое применение началось в частях 1-го шак, а в октябре – ноябре – 7-го шак, 1-й гшад и 227-й шад. В общей сложности в войсковых испытаниях были учтены результаты боевых вылетов 96 Ил-2 с НС-37.
Строевые летчики отмечали, что новый вариант Ил-2 обладает большей инертностью, ухудшенной маневренностью и управляемостью. Все это затрудняло противозенитный маневр, особенно в составе группы, усложняло выход в атаку, прицеливание и уточнение наводки на цель.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
