— Вы уверены, что заряда бортовых батарей хватит для полета туда и обратно? — спросил Валентин.
На сей раз ему почудилась легкая ирония в ответе Марека. Или только почудилась?
— Даже с учетом массы подвесной аппаратуры заряда хватит для облета планеты по экватору.
— Что ж, прекрасно, — подытожил Валентин. — Будем ждать.
Если Марек внутри своего бублика и потешался над таким руководством, то никак не давал это понять.
— На вашем месте я бы еще раз протестировал всю аппаратуру, — сказал Валентин.
— Как раз этим я сейчас и занимаюсь, — небрежно ответил знаменитый диверсант. Проверить, врет он или нет, не представлялось возможным. Марек тестировал сам себя плюс навесную аппаратуру, каковую воспринимал как продолжение своего механического тела. Даже не стоило гадать, какие он при этом испытывал ощущения.
Валентин решил, что будет психологически неверно залечь сейчас в гель-кровать или нырнуть в бассейн. Он позволил это сделать Кваю, но тот решил изображать стоика. И они оба дотерпели в креслах до рассвета. Ураган, или точнее предвестник урагана, заметно стих. По улицам уже не летали ни кусты, ни постройки. Черепаховидная машина куда-то делась: то ли с утра пораньше на ней уехал хозяин, то ли ночью ее сорвало с якоря. Марек по очереди распрямил и согнул каждую из восьми паучьих лап.
— Пора.
— Удачи, — искренне пожелал Валентин.
С легким шелестом бублик оторвался от пола и завис.
— Пожелайте мне чего-нибудь другого, — сказал он. — Перед заданием, где меня убили, мне как раз желали удачи. Не надо.
— Тогда просто: долететь и вернуться.
— Годится.
Во внутренний дворик торгпредства ветер нанес всякой дряни. Пропустив вперед Марека, Валентин остался на пороге. Он видел, как зависший над мусором бублик утратил металлический блеск, как его очертания сделались зыбкими, как спустя секунду и вовсе не осталось никаких очертаний, лишь дрожание воздуха, словно над нагретым камнем, и как это дрожание взмыло вверх. Суток через пять-шесть Марек должен вернуться… Валентин почувствовал, что адски устал. Спать, спать… Когда Марек вернется, все станет куда проще. «Конкистадор» девятой модели махнет до цели по суборбитальной траектории и будет на месте через час.
Возможно, надо было и разведку выполнить с флаера, а не посылать тихоходного Марека. Он, конечно, с большей вероятностью останется незамеченным, но время, время… А ну как туземцы успеют запустить свою ракету?
Не должны успеть. По всем прикидкам не должны… Ну а вдруг? Бывают в жизни добрые чудеса, но случаются и злые.
На Терре эта мысль спать не давала бы. Но здесь Валентин уснул сразу, как только рухнул в гель-кровать.
Потянулись дни ожидания. С утра до вечера Валентин отмокал в бассейне — отращивал жабры, как, пьяно гыгыкнув, выразился торгпред. Агентуру не тревожил. Наметил день решающей операции и мысленно зачеркивал клеточки в воображаемом календаре.
Не хватало только делать это въявь!
Марек вернулся на день позже расчетного. Валентин изнервничался. Тем радостнее он встретил летающий бублик и жалел, что не может предложить гению тайных операций бассейн и бокал хорошего вина.
— Как впечатления? — спросил он.
— Скучно, — ответил Марек. — Воздух плотный, полет медленный. Если бы не шторм на обратном пути, то и вспомнить было бы нечего.
— А… задание?
— Выполнено полностью. Можно скачивать.
Информацию скачали. Валентин всмотрелся в трехмерную прозрачную модель Клоаки Сатаны и не подпрыгнул от радости лишь потому, что прыгать на Дне никому не захочется.
— Вот тут… Леонардо, видишь? Что это, по-твоему?
Морща лоб, Квай соображал.
— Э-э… магматический очаг?
— Точно. Подповерхностный и довольно неплохой. Главное, как раз под западным валом. Марек, вам видно?
— Это уже не мое дело, — равнодушно проговорил бублик.
Он был умен — и прав, предполагая, что Валентин предпочтет обойтись без него на завершающем этапе. Он знал людей. Такие, как Валентин Прямухин, ни с кем не делятся успехом — в лучшем случае отщипывают крохи. Что ж, крохами удовлетворится Квай, а Марек Бем отбудет на Терру, где ему без спешки выращивают из стволовых клеток новое тело — настоящее биологическое, а не бублик с пропеллером.
— Что ж, как вам будет угодно. — Неопытный слушатель не уловил бы радости в голосе Валентина. — В любом случае, спасибо. Вас точно не засекли?
— Смотря кто. Местные птеродактили интересовались. Пришлось их разочаровать.
Валентин не стал спрашивать, какое оружие вмонтировали конструкторы в тело посмертного киборга. Возможно, Марек и не ответил бы.
— М-м… а туземцы?
— С вероятностью девяносто девять и девять — нет.
— Вот и хорошо. Главное, теперь можно обойтись без лучевой пушки… Какой роскошный очаг, а? Одну ракету с гравитонной головкой вот сюда… или вот сюда… и кончено дело. Никто не обвинит Терру в диверсии. — Валентин сиял. Сиял и Квай, но не столь ярко: подозревал, что начальство еще втянет его в неприятности. — Смоделируем, подсчитаем, куда лучше ее направить. Флаер потянет нас двоих и ракету, а?
— Не знаю. — Улыбка Квая погасла, как выключенная.
— Боишься? Еще как потянет. На всякий случай мне понадобится второй пилот.
Валентину почудилось, что Квай тихонько вздохнул. Наверное, так и было.
— Вы когда-нибудь видели действие гравитонного оружия? — спросил Марек.
— Лично — нет, — сознался Валентин. — Но имею представление.
Теперь ему показалось, что вздохнул великий диверсант.
— Я был на борту «Отчаянного», когда он всадил гравитонную ракету в крейсер Унии, — негромко сказал Марек. — Неважно, где и когда это случилось. Просто пограничный инцидент. Вы представляете себе, что такое космический крейсер вообще и крейсер Унии в особенности? После попадания эта громадина попросту обрушилась внутрь себя, а «Отчаянный» испытал такое приливное воздействие, что сам едва не развалился на куски. До сих пор помню, как трещала обшивка. Учтите это. У вас боеголовка меньшей мощности, но все же советую пускать ракету с большой дистанции. И немедленно уносить ноги.
— Кто же захочет висеть над действующим вулканом? — рассмеялся Валентин. — Мы ведь не вулканологи.
Глава 13. Игра всерьез
В день вылета Валентину передали записку: «Они знают о флаере». Подпись отсутствовала, дубина-охранник божился, что получил записку от какого-то мальчишки, но было ясно: писала Астра.
На этот раз она не пришла сама. Что бы это значило? Почуяла опасность и не собирается рисковать? Вероятно. Ставка в игре для нее велика: эмиграция на Терру!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
