Читаем без скачивания Смерть на кончике пера - Людмила Белякова

– Можно. Но не сегодня.

– Пусть так. И в отношении этого письма… Как там у ваших людей из ментовки… Нельзя узнать, не было ли заявлений на схожую тему? Не все же, как этот дядька, милиции боятся? Мог кто-то заявление подать.

– Ты ж с Загашниковым на дело ходил? Ну, к нему и обратись. Он контактный.

– Про БМВ не забудьте, – напомнил Андрей, видя, что Борода вновь взялся за мышь.

Андрей отправился звонить доблестному майору. В милиции его долго перекидывали с номера на номер, пока он не попал к Загашникову, который согласился принять его прямо сегодня. Андрей поехал в РУБОП – невзрачное помещение на первом этаже жилого здания.

Проходя мимо дверей с табличками: «Следователь Н. Н. Н-ов», Андрей подивился – сколько их? И все при работе? У нас вообще честно кто-нибудь живет?

Майорский кабинет располагался в конце мрачноватого коридора. Андрей выложил майору на стол копию письма. Загашников отмахнулся – мол, знаем. Оказалось, у них было еще два заявления на девиц, которые останавливали иномарки и потом буквально до нитки на сексуальный «гоп-стоп» обчищали владельцев, только через несколько дней приходивших в милицию с заявлениями. Одного из невезучих грабанули здорово – на пятнадцать штук баксов, по стечению обстоятельств оказавшихся в борсетке.

– Угу, значит, если я правильно понял, все случаи имели место в пятницу после трех дня.

– А почему вы пришли к таком выводу?

– Вы мне сами сказали. И дядька, что нам написал, на то же время указывает.

– Это случайность. Места разные, девицы тоже разные – одна стриженая блондинка, другая типа цыганки, про третью ничего не сказано…

– Факт, все это молодые дамы.

– И какие выводы?

– Ну… Может, деньги на воскресный шопинг нужны.

– Может быть, – сумрачно пожал плечами капитан.

– Я сам, как говорится, человек нездешний… Приглашен по контракту из Москвы. Поэтому хочу спросить – географически – эти три места как-то связаны?

– Нет, это разные дороги.

– Я очень удивился бы, если б они, как придорожные путаны, на одном месте торчали. Но они далеко, их «точки»?

Майор неуклюже оглянулся на висевшую за спиной карту.

– Ну, где-то в радиусе пяти километров.

– Да, это многовато. Дайте я запишу, где это. Можно?

– Хотите съездить? – презрительно процедил капитан. – Думаете, поймаете?

– Вот как раз туда я и не поеду. Я отправлюсь на неокученные угодья.

Во взгляде капитана мелькнуло нечто похожее на уважение.

– Охотиться на этих «белянок» не стану, – улыбнулся Андрей. – Это не моя работа. Но в пятницу как раз в это время в область поеду – может, мне тоже сильно не повезет.

– А… что вы делать будете?

– Играть по ее правилам, только с точностью до наоборот. Начнет бабки у меня вымогать – я откажусь, возмущаться стану. Станет на помощь звать – дам себя забрать. Прикроете бедного журналиста? Не дадите по сто семнадцатой загудеть?

– Она теперь сто тридцать вторая, – ухмыльнулся капитан. – Ладно, только не очень-то самодеятельностью занимайтесь. Нам и без вас хлопот довольно.

Андрей вышел наружу. Душное марево сгущалось над городом.

«Похоже, надо поскорей нах хаус. Будет гроза – еще до начала мая».

Солнце, довольно высоко стоявшее над горизонтом, выглядело тусклым желтым пятном. Андрей заметил автобус, направляющийся к центру, вскочил в него и проехал пару остановок.

Окна редакции были раскрыты, значит, Борода еще не ушел.

– Ну чего, гений, узнал чего-нибудь?

– А как же! Это, похоже, организованный бизнес – отлов идиотов на длинные ноги. В милиции есть пара заявлений на такие же развратные действия в отношении состоятельных мужчин половозрелого возраста.

– Я вижу, концепция статьи у тебя уже сложилась.

– Ее, как песнь, сложила сама жизнь. А что там с серебристым БМВ?

– Да, я чего сижу-то!.. Сейчас факс придет от моего старинного дружка… Ты ведь опять угадал.

«Ой, вот некстати!»

– Этот БМВ принадлежал некоему Рубену Оганесяну, сорок девятого года рождения, предпринимателю – торговля фруктами и все такое. А вчера днем он в своем серебристом БМВ попал в аварию – выскочил на встречную полосу и въехал под трейлер, но жив остался. Сам был за рулем – шофер заболел накануне.

– Потому и выскочил, что с шофером ездить привык, – мрачно процедил Андрей. – Практика нужна.

Затрещал телефон.

– Не поднимай! – предупредил Борода. – Это факс пришел.

Из аппарата полез листок.

– Про Оганесяна. Ты особенно никому не показывай, это мне по старой памяти из органов дают.

– А вы в органах работали? – поднял брови Андрей.

– А кто ж в них, сынок, не работал! – сокрушенно вздохнул Борода, вынимая из стола ключи от редакции.

Он успел прийти к себе и распахнуть окна, чтобы выгнать из комнаты густую воздушную недвижимость. По подоконнику зашлепали крупные капли, снаружи пахнуло холодным ветром и потревоженной уличной пылью. Где-то высоко полыхнуло призрачно-голубым.

Пока заваривался чай, Андрей прочел листок, присланный Бороде из родных органов. Там говорилось, что этот ныне усиленно реанимируемый Оганесян был владельцем сети торговых точек. Два дня назад его шофер угодил под капельницу с несвойственным его возрасту гипертоническим кризом. Оганесян был вынужден сесть за руль сам, въехал под КамАЗ и тоже оказался на больничной койке.

«Я и минуты сомневаться не буду, что гипертония разыгралась у одного из тех амбалов, которые сопровождали седого и Анну! А ведь хорошая комбинация, изящная… Вывести из строя шофера, чтобы посадить за руль малоопытного водителя, – не подкопаешься. Вопрос: не слишком ли это заумно, чтобы оказаться правдой? Этот повелитель бананов кому-то мешал торговать. Тот его и заказал – так умненько, так чистенько… Как того короля железяк. Конкурентов смели, ни громких дел, ни разоблачительных статей… Материал налицо, а сажать некого. И писать не о чем».

Дождь снаружи перешел в умеренную фазу. Гром окатывал город несильными, но долгими переливами. Андрей прикрыл окно и помешал остывший чай.

«И в каком качестве теперь выступает Анна К.? Раньше после встречи с ней старички еще недели две-три трепыхались, а теперь молодые за три дня концы отдают! Кто, кто мне докажет, что это случайность?!»

Он равнодушно дожевал бутерброды и сунул посуду в мойку.

«Да, но как в этом участвует Тамарка?! Все-таки поверила в темные делишки Анны К. и, подобравшись к ней близко, изучает? А как тогда трактовать то, что Анну держат под замком? Какая такая тут должна быть подоплека, чтобы все эти факты выстроились в логичную, непротиворечивую схему? Тьфу ты, опять тупик!»

Кажется, дождь прекратился. В рваных облаках появились просветы багрового закатного неба.