Нужно собраться с духом и посмотреть со стороны на все случившееся — посмотреть спокойно, без эмоций. Но почему-то он не мог этого сделать.
Ни один самолет не был ему так дорог, как «Ночное крыло». Его «Крошка» была особенной. Она была его машиной.
Однако Кэролайн тоже была его — его женщиной.
Но если бы пришлось выбирать между Кэролайн и «Крошкой», он все же выбрал бы Кэролайн. Презирая и проклиная себя за это, он все-таки выбрал бы ее. Он не мог допустить мысли, чтобы с ней хоть что-нибудь случилось. Здесь не было выбора. Не могло быть, несмотря на всю страстность и порывистость Кэролайн, она была такой хрупкой и беззащитной, а на допросе была такой испуганной.
Стоп, стоп, стоп… Джо нахмурился. Кэролайн совсем не похожа на злодея, таящегося во мраке. Возможно, он не слишком хорошо знает ее, но готов поклясться, что в ее душе нет места лжи и притворству.
Он должен увидеть ее. Задать ей несколько вопросов наедине, без свидетелей. Он заставит ее сказать правду!
Глава 11
Джо направился было к Кэролайн, но на полпути остановился и вернулся к себе, в казарму для старших офицеров. Он был слишком раздосадован, чтобы предстать сейчас перед ней. Кроме того, в здании для гражданских всегда полно посторонних, а они не должны ничего знать о том, что происходит.
Еще никогда Джо не терзали столь противоречивые чувства. Но ведь и никогда еще его так не предавали! Черт ее возьми, как она могла пойти на такое?! Скорее всего, здесь замешаны деньги, но Джо Маккензи не понимал людей, идущих на измену ради обогащения.
Измена. Короткое слово опалило его мозг. Если Кэролайн будет обвинена и осуждена, ей придется провести в тюрьме лет двадцать, не меньше, без всякой надежды на досрочное освобождение. И он никогда больше не сможет держать ее в своих объятиях… Эта мысль привела его в ярость, и Джо принялся возбужденно мерить шагами крошечную комнату. Всего один уик-энд… Как мало! Черт возьми, даже тысяча уик-эндов вряд ли заставила бы его охладеть к ней!
Кроме того, нельзя забывать, что два раза они сделали это без предохранения. Кэролайн уверяла, что всякая опасность абсолютно исключена, но ведь календарь не дает стопроцентной гарантии.
Черт возьми, ну и дела… А если она и вправду беременна? Если она уже носит под сердцем его ребенка? Ведь он все равно не сможет спасти ее от тюрьмы!
Кэролайн вела себя с ним, как с чужим. Едва переступив порог его кабинета, она отказывалась даже смотреть на него. Он разглядывал ее, пытаясь прочесть ее реакцию, внезапно она как-то потухла… Это произошло прямо у него на глазах. Как будто погас источник ее внутреннего света, и сразу куда-то исчезла вся ее жизнерадостность и брызжущая через край энергия… Перед Джо сидела механическая кукла, монотонно отвечающая на вопросы. И глаза ее были пусты, как у заводной куклы.
Это было ужасное зрелище. Ему хотелось вскочить, сорвать ее со стула и хорошенько встряхнуть, заставить ее взорваться, выплеснуть наружу свою ярость… Но он не сделал ничего подобного, иначе он раз и навсегда потерял бы контроль над собой, а как раз этого он ни за что не мог себе позволить. Больше всего на свете он хотел сейчас одного: ворваться в комнату к Кэролайн, повалить ее на пол и взять ее, взять грубо, так, чтобы она наконец поняла, что отныне принадлежит только ему. Возможно, это не решит ровным счетом ничего, но он почувствовал бы себя лучше. Но ведь и это невозможно! Одного взгляда на Кэролайн будет достаточно, чтобы рухнул последний бастион, за которыми Джо запер свою душу, — и тогда неуправляемый поток чувств захлестнет и поглотит его.
Кэролайн безжизненно лежала поверх покрывала на своей узкой кровати, не в силах заставить себя расстелить постель и лечь под одеяло. Это было выше ее сил. Она уже приняла душ и даже переоделась для сна, но почему-то не могла сделать больше ни одного движения.
Единственное, на что она была способна — это молча лежать в ночной тиши и смотреть в потолок. Кэролайн слышала стук своего сердца, чувствовала, как вздымается и опускается ее грудь. Это говорило о том, что она все еще жива. Но ведь она умерла. Или нет?.. Она чувствовала себя оцепеневшей, мертвой.
Вот сейчас они, наверное, уже поговорили с Кэлом, который подтвердил правоту ее слов. Джо поймет, как ошибался… Но почему мысль об этом не приносит ей никакого утешения? И все же она ждала телефонного звонка от него или от капитана Ходжа, ждала, что в трубке раздастся:
— Извините, мы ошиблись.
Хотя естественно, они даже и не подумают о том, что она ждет звонка, наверное, сообщат ей обо всем только завтра утром…
Если, конечно, Кэл не солгал им.
Кэролайн не исключала и такой возможности. Эта мысль впервые пришла ей в голову уже после того, как она легла. Если бы она не была такой дурой, то давно бы подумала об этом. Ведь это всего лишь логическое продолжение мысли, которая пришла ей в голову еще вечером, в ангаре.
Кэл был программистом от Бога. Ведь именно он нашел ту крошечную неисправность в пятницу. (Кстати, только тогда, когда Кэролайн встала рядом с его пультом.) В тот момент она ни о чем таком не подумала, а он прекрасно знал о ее втором образовании, она неоднократно заявляла об этом.
А еще… оба раза — и в пятницу, и сегодня, то есть уже вчера, ведь сейчас уже далеко за полночь, — Кэл выглядел очень усталым и озабоченным. Отчего? Уж не от ночной ли работы? Ведь обычно Кэла просто распирало от избытка энергии, он прыгал, как резиновый мячик…
Кэл Гилкрист — единственный, кто касался ее личной карточки. Может быть, он подобрал ее в четверг, когда карточка упала, а потом они вышли вместе со всеми — и датчики показали, что количество карточек соответствует количеству выходящих. Это Кэролайн до сегодняшнего дня не подозревала, что приборы отмечают как входящих, так и выходящих, но Кэл-то наверное это знает, ведь он работает здесь с самого начала и вполне мог поинтересоваться такими деталями. Это она, Кэролайн, всегда думала лишь о работе!
Да, но даже если он воспользовался ее карточкой в четверг вечером, то уж в воскресенье-то он никак не мог этого сделать!
Ну а если он изготовил дубликат? Для этого, правда, нужно покинуть базу, но это вполне реально. Датчики зафиксировали, что она, Кэролайн, снова вошла в лабораторию в полночь, значит, у Кэла были в распоряжении несколько часов для того, чтобы скопировать карточку.
А в пятницу утром она сама позвонила ему и попросила о помощи. Тем самым дала прекрасную возможность вернуть ей пропуск и избежать заявления в службу безопасности, ведь в этом случае Кэл уже не смог бы вторично воспользоваться ее удостоверением — старый код был бы навсегда стерт из памяти компьютера.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
